Лето возмездия (ЛП) - Грубер Андреас
- Следующий разговор будет по работе, так что катись отсюда!
- Да, пап.
Он смотрел ей вслед, как она, улыбаясь, нарезала круги на скейте.
Тем временем, Пуласки дошел до автобусной остановки. Пришло время позвонить в Вену. Он сел на деревянную скамейку и набрал номер, который получил два дня назад по смс.
В начале одиннадцатого утра Эвелин закончила все дела. В понедельник она взяла выходной, поэтому в адвокатской конторе появилась только сегодня утром. Несколько часов Эвелин проработала в своем бюро и только что заполнила последнюю коробку. Она оторвала кусочек клейкой ленты и бросила моток в пустой ящик стола.
Зазвонил ее новый сотовый. На дисплее высветился код Германии.
- Эвелин Мейерс, - ответила она.
- Можете порекомендовать мне хорошего адвоката?
Она засмеялась.
- Господин Пуласки! Как Вы? - Эвелин упала на стул и сложила ноги на стол.
- Как там говорят у Вас в Вене? Не жалуюсь! - он рассказал ей о суматохе последних дней, прежде чем перешел к главному. - Со вчерашнего дня полиция вместе с почти сотней добровольцев ведут раскопки в дюнах, на побережье Времена.
- Они когда-нибудь найдут тело Мануэля?
- Наверняка, - ответил Пуласки. - Коллеги не очень то сюсюкаются с Гретой. Она сотрудничает со следствием и точно указала место, где они с Болтеном закопали тело мальчика. Десять лет - это конечно много, но бывало что находили людей, пролежавших под землей гораздо дольше. - Он сделал паузу. - Как у Вас все прошло?
- Последние дни были трудными, но не мне Вам это рассказывать. Я поговорила с Вашими коллегами из Фленсбурга насчет убийства Смолле на острове Зюльт и с доктором Мелани Гесслер из клиники в Оксенцоль.
- О, наша общая знакомая.
- На этот раз она даже была приветливой со мной.
- Что Вы говорите.
- Я тоже заплатила за свой кофе в кофейне. - Он засмеялся, затем спросил уже серьезным тоном. - Как дела у Сибил?
- Она сейчас на лечении у Гесслер.
- А как у Вас дела?
Эвелин вздохнула.
- Если учесть, что все началось с расследования двух на первый взгляд простых судебных дел... Но правда уже всплыла наружу. Федеральное управление уголовной полиции обязано теперь возобновить другие дела о "несчастных случаях", инициированных Сибил.
- А еще убийства трех подростков. У полиции полно работы. Кстати, во время обыска в доме Болтена выяснились ужасные вещи.
Эвелин вспомнила комнату с красной лампой, мягкими игрушками и видеокассетами.
- Я не буду вдаваться в подробности, но ясно одно: не беда, что этой мрази уже нет с нами.
Они молчали некоторое время. Эвелин на мгновение подумала о мужчине с фургоном, который двадцать лет назад похитил и держал ее охотничьем домике. Где бы он сейчас ни был, она твердо решила больше не вспоминать о нем. На его месте сгорел Альфонс Болтен, а вместе с ним и ее ненависть и чувство вины.
- Вы еще помните, что я сказал Вам в скорой? - спросил Пуласки.
- Когда Вы бредили?
- Я прекрасно соображал! - опроверг он.
Эвелин рессмеялась.
- Да, я помню.
- И?
- Я последую Вашему совету, но это не все. Кое что в моей жизни сейчас меняется к лучшему. - Эвелин взглянула на заклеенные картонные коробки, стоящие на полу в ее пустом бюро.
- Рад слышать.
- Я расскажу Вам больше, как только Вы приедете в Вену.
- Договорились, мне уже любопытно.
- Желаю Вам всего хорошего. - Они попрощались и Эвелин положила трубку. При мысли об адвокатской конторе, на нее вдруг нахлынула тоска. Как долго она здесь работала? После смерти родителей она каждый год во время учебы подрабатывала здесь. Одиннадцать лет в этих стенах - это чертовски долго. Поначалу Патрик тоже работал у своего отца, позже Холобек взял ее под свое покровительство. За это время она пережила все взлеты и падения адвокатской конторы. Ну, что ж, одиннадцать лет - это более чем достаточно. Эвелин положила ключ от кабинета на пустой стол и встала.
За матовым стеклом двери показалась чья-то тень. Дверная ручка опустилась вниз, и вошел Крагер. Не зря его прозвали "Питбулем". Молча сощурившись, он огляделся в ее бюро. В руке мужчина держал сложенное заявление об увольнении, которым он нервно постукивал по бедру.
- Как быстро все закончилось, - пробурчал он. - Вы были правы насчет Петера Холобека, а я Вам не поверил. Простите.
Эвелин удивленно приподняла брови, не ожидая услышать из его уст такие слова.
- Вы по этой причине меня покидаете?
Эвелин покачала головой.
- Я прислушалась к Вашему совету.
Он вопросительно посмотрел на нее.
- Поработала над своим прошлым. Теперь я знаю, чего хочу.
- И чего Вы хотите?
- Вы всегда отговаривали меня это делать, но это мое призвание. Я хочу открыть частную контору и стать адвокатом по уголовным делам. - Эвелин заметила легкие нотки гордости в своем голосе.
- С чего начнете? - скрипя зубами спросил Крагер.
Эвелин ожидала этого вопроса.
- Скоро я возьмусь за свое первое дело,- ответила она. - Сибил Воска, двадцать один год, гражданка Австрии. Обвиняется в убийствах десяти человек мужского пола. В течение следующих недель будет выдана нам Германией.
- Девушка богата?
Это было похоже на него, задавать такие вопросы.
- Вряд ли. Но мы позаботимся о достаточной освещенности в СМИ и найдем споносоров, чтобы профинансировать адвокатскую защиту, назначенную судом.
Крагер медленно кивнул.
- Мощная программа для начала. Если Вам понадобится моя помощь... - Мужчина сделал движение рукой, должно быть, означавшее, что он всегда будет в ее распоряжении.
- Спасибо.
- И... - Крагер помедлил. - Передайте моему сыну привет от меня. - Он протянул ей руку.
Эвелин удивленно посмотрела на него. На такое она не рассчитывала.
- Передам.
На улице ее ждал Патрик. Его левая штанина была разрезана сбоку. Гипс доставал до самого бедра. Он стоял косо, опираясь на костыли, на другой стороне улицы. И выглядел при этом как жалкое подобие Джеймса Дина.
Эвелин подошла к нему.
- Привет, ёжик.
- Привет, дорогой.
- Как все прошло?
- Твой старик передавал тебе привет.
- Ты шутишь, что ли?
- Нет, у меня даже создалось впечатление, что вся эта история изменила его в лучшую сторону. Может, однажды он пригласит тебя на обед.
- Обедать со звездным адвокатом Крагером? Нет уж, спасибо. Кстати, я только что вспомнил шутку.
- Выкладывай! - нетерпеливо сказала Эвелин.
- Выкладывай? - озадаченно повторил он. - Ты же обычно не хотела слушать мои шутки.
- В этот раз хочу. Давай, рассказывай!
Они пошли по улице к парку, где Эвелин оставила машину.
- Итак, в открытом море, где водятся акулы, затонула яхта. Акулы съели всех пассажиров, кроме одного, который был адвокатом. Почему?
- Потому что он мог быстрее плавать?
- Потому что акулы своих не трогают!
Патрик громко рассмеялся.
Эвелин улыбнулась.
- А что ты делаешь сегодня вечером?
- Мне сопровождать тебя на пробежке по городскому парку?
- Нет, я серьезно.
- Положу ногу повыше и буду смотреть телевизор. А что?
- Если я заеду за тобой на машине, ты согласишься на ужин при свечах в "Марриоте"?
- Скажи, ты..? - у Патрика челюсть отпала. - Но мы не сможем так быстро заказать столик.
Улыбаясь, Эвелин подумала о пожилом, седом полицейском из Лейпцига, который, лежа в скорой среди капельниц, хорохорился и пытался встать на ноги. Пуласки оказался прав, в тот вечер он действительно был в здравом уме.
- Три дня назад я по телефону зарезервировала для нас столик и надеялась, что ты согласишься.
