Любовь и невроз. Путеводитель по вашей истории любви - Карлин Евгения Александровна
Любить — это не только чувствовать, но и действовать. Более того, чтобы совершать поступки любви, необязательно чувствовать любовь. Часто именно поступков любви достаточно, чтобы другому было хорошо и безопасно, чтобы он имел возможность не раниться, а быть собой и развиваться. В жизни часто все происходит ровно наоборот — вместо поступков любви мы встречаем насилие, отвержение, обесценивание, совершаемые под «любовными» лозунгами. «Пожалуйста, не надо меня любить, просто бережно и уважительно ко мне относитесь», — говорила своим родителям моя клиентка, многократно переживавшая унижение с их стороны.
В нашей культуре стереотип об обязательной родительской любви настолько прочно вбит в головы, что трудно увидеть реальное отношение матерей и отцов к своим детям. Не с целью обвинить, но с целью понять, что происходило на психологическом уровне, что сформировало личность, каким именно способом ребенок приспосабливался, чтобы выжить.
Добрая волшебница и злая колдунья — в реальной жизни часто один и тот же человек. Мать может принимать и опекать свою маленькую дочь, но ее же, повзрослевшую, отвергать и испытывать к ней зависть. Отец может покровительствовать сыну, пока тот послушен, но жестоко карать за проявление самостоятельности (потому что в этом случае он может почувствовать себя ненужным и незначимым). И бывает так, что родители не любят своих детей. Не любят потому, что не умеют любить — ни себя, ни других. Не научились.
Все дети идеализируют своих родителей. Это необходимый этап в развитии, позволяющий беззащитным детенышам следовать за взрослым, тем самым увеличивая свои шансы на выживание. Ребенку проще и естественнее считать себя плохим у хороших родителей, чем хорошим — у плохих, ведь иначе он не сможет за ними следовать. Такова биологическая программа. До определенного возраста она необходима для выживания. Однако по мере развития критического мышления, преодоления наивности и обретения самостоятельности идеализированный образ начинает рушиться. Такая деидеализация необходима для формирования реалистичной и взрослой позиции, доверия к себе, обретения опоры в себе самом, для того чтобы, спустившись с родительских рук, научиться стоять на собственных ногах. Нужно научиться слышать себя, а не родителей, принять в себе то, что, возможно, не принимали они, понять, кем ты являешься и кем можешь быть, осознать, что с тобой все в порядке. Нужно стать собственным адвокатом, а не прокурором. В момент расставания с иллюзиями приходится признать: родители могли быть неправы, родители могли быть несправедливы, родители могли поступать жестоко — не из-за того, что «хотели как лучше», а из-за неумения, собственной боли, эмоциональной глухоты, огромной тревоги или нарушений психики.
Я верю, что большинство родителей любят своих детей (любят по-разному, как умеют), но есть и те, кто не любит. Не стоит забывать, что родителем может стать любой человек, в том числе люди с психическими заболеваниями или просто сильно израненные и/или не желавшие иметь детей. Родителями не всегда становятся по доброй воле: это также происходит в результате насилия, предательства, измены, обмана. Да, ребенок в этом не виноват. Он не просил, чтобы его рожали, как и не выбирал себе родителей. Обстоятельства рождения — это данность, то, что уже случилось. Их нельзя изменить и потому остается только принять. Но какими бы ни были обстоятельства рождения, ценность полученной жизни всегда превосходит их. У человека не было другой возможности появиться на свет, чем реализованная. Вы родились — это хорошо. Вы пережили свое детство — это замечательно. Теперь у вас есть свобода выбирать и действовать так, как вы хотите.
Иногда в процессе взросления человек приходит к выводу, что мама или папа его не любили или не любят теперь, когда он изменился и стал жить иначе, чем хотели они (стал «непослушным ребенком»). Осознание, что родители могут не любить, сопровождается сильными чувствами, не какими-то «просветленными», а совершенно человеческими: со злостью, слезами, апатией и морем печали, которое, кажется, вот-вот затопит. Но в конечном итоге, пройдя через эти чувства, мы получаем возможность принять ситуацию и дать маме и папе внутреннее разрешение нас не любить. Принять факт, что того, что родители дали жизнь, уже достаточно, чтобы эту жизнь проживать, чтобы взаимодействовать с миром, чтобы познавать и развивать себя, чтобы через препятствия и их преодоление все же обрести себя, принять и полюбить. За осознанием, что «невозможное возможно», что мама или папа могут тебя не любить, приходит вторая важная мысль — без их любви можно жить. Да, это может быть грустно. Да, хотелось бы иначе. Но жить можно. Мир не рушится. Взрослый человек может быть кем-то нелюбим, даже если эти кто-то — его собственные родители. Взрослый человек может больше не бояться быть взрослым. Можно быть любимым и принятым другими людьми, можно любить самому, можно ориентироваться на себя, уважать себя, можно строить достаточно хорошие отношения без слез, драм, взаимных упреков — и это уже хорошо. Можно самому слышать собственные потребности и находить способы, чтобы их удовлетворить. Можно самому себя любить.
Мысль о том, что родители необязательно должны вас любить, освобождает. Родительское принятие, одобрение и любовь — это не то, за что стоит платить ценой собственной жизни.
Невротические паттерны, тянущиеся из детства и другого травматического опыта, становятся причиной проблем в отношениях. В последующих главах мы проанализируем отношения (прошлые и настоящие), чтобы понять, сколько в них любви, а сколько — «невроза». Мы также разберем то, как можно работать над отношениями, как выстраивать их, чтобы они приносили больше удовлетворения и меньше разочарования.
Часть 3. Любовь — это отношения
Глава 9. Любовь как отношения
Когда речь заходит о любви, большинство представляют себе нечто, случающееся вне зависимости от их собственной воли, а не то, что они сами создают и на что влияют. Равно как большинство людей озабочены тем, чтобы стать любимыми, а не любящими. Мы хотим, чтобы нас любили, и редко задумываемся о собственной способности любить.
Большинство людей видят проблему в том, чтобы быть любимыми, а не в том, чтобы любить, обладать способностью к любви. ‹…›…предпосылкой такого отношения служит мнение, что проблема любви — это проблема выбора объекта, а не способности любить. Люди полагают, будто любить легко, а вот найти достойный объект для любви и добиться его — трудно. ‹…› Такое мнение, — что нет ничего легче, чем любить, — продолжает быть преобладающим взглядом на любовь, несмотря на очевидные свидетельства того, что это не так. Едва ли существует поле деятельности или занятие, которые бы сулили столь огромные надежды и ожиданияи тем не менее так регулярно приводили к фиаско, как любовь. Случись такое в любой другой сфере, люди непременно пожелали бы узнать причины провала, пожелали найти способы избежать этого или отказались бы от соответствующей активности. Поскольку в случае любви последнее невозможно, представляется, что единственный и действенный способ избежать неудачи — это исследовать ее причины и заняться изучением смысла любви.
Простой ответ на вопрос «Почему меня никто не любит?»: потому что ты сам никого не любишь, начиная с себя самого. Но что значит любить? Как построить отношения любви? Как вырастить любовь из ее зачатков — симпатии, интереса, влюбленности, желания создать семью?
Мила часто размышляла о любви, запоем читала любовные романы и философские книги о природе этого чувства. Для нее любовь была сверхценностью, силой, вдохновляющей на подвиги, трансформирующей и преображающей. Она размышляла о любви в космическом масштабе, обесценивая любовь в простом: семейном, домашнем, повседневном. Мила не умела строить простые отношения, проявить заботу: обнять, подбодрить, заварить чай, накрыть одеялом. Ей это казалось слишком незначительным. Мила искала настоящую и большую любовь, свободную от условностей и быта.