Любовь и невроз. Путеводитель по вашей истории любви - Карлин Евгения Александровна

Порой в популярных статьях и книгах можно встретить манипулятивные «рецепты» для тревожных людей: как устроить свою жизнь, не рискуя. Я, в свою очередь, задаюсь вопросом, что за личные истории у авторов девизов и правил обретения женского и мужского «счастья»: «никогда не звони мужчине первой!», «счастливые женщины ходят медленно» (серьезно, есть такая публикация), «отвечай только на его четвертое сообщение!», «не признавайся в своих чувствах, пока он/она…». Кто создает эти удивительные пособия: «Как заполучить мужчину с квартирой и без алиментов», «Как хитро управлять мужчиной», «Как влюбить в себя миллиардера»?

Названия сих пособий/тренингов/руководств можно переформулировать в единое: «Как, будучи невротиком, манипулировать невротиком». Фактически за всеми названными призывами, помимо определенных потребностей, стоят сильнейшая тревога, страх близости и самораскрытия. Ведь их главный посыл — тщательно продумывай свои действия, создавай дефицит, контролируй, играй с контактом и чувствами. То есть веди себя так, чтобы не раниться и получать выгоду. Но все это не имеет никакого отношения к семейному счастью и счастью как таковому. Психологически здоровый человек не возбуждается оттого, что его отвергают, не разгорается страстью, когда его игнорируют и обесценивают, и не бежит догонять после того, как его несколько раз послали подальше.

Мужчина и женщина — это в первую очередь люди, и если они нормальны и уважают себя (а только в этом случае они будут уважать и партнера), то им нужны позитивное внимание, интерес к себе, эмоциональное тепло, нежность и забота. Для того чтобы откликаться на манипуляции, влюбляться в высокомерных обесценивающих мужчин и женщин (в общем-то, невротичных), бежать и доказывать, что ты «настоящий мужчина» (или «роковая женщина»), нужно быть сильно травмированным и иметь серьезное нарушение привязанности в детстве. В общем, затяжная игра в «кошки-мышки» между двумя людьми — это история двух неповзрослевших детей, которые очень боятся быть уязвимыми и до сих пор не прожили свой болезненный детский опыт.

У тревожных людей жажда власти часто сильнее стремления к близости, ведь близость — это уязвимость и риск. Высокая тревога быть отвергнутым запускает механизм сверхконтроля: собственных слов, отправленных и неотправленных сообщений, появления и исчезновения. Такая игра может длиться годами и иногда даже будоражит, веселит и возбуждает, но она лишает возможности психологического благополучия.

На практике мне много раз приходилось встречаться с проглоченными горе-рекомендациями: когда девушки, по природе совсем не хищные и не игроки, а растерянные и сомневающиеся, старались следовать принципам «сфабрикованного счастья». Они верили, что, ведя себя именно так, они смогут обрести любовь, создать пару и семью. Им объяснили: чем больше они будут отвергать, тем больше их будут любить. Но правда здоровых отношений такова, что хорошо там, где любовь, а от хорошего здоровым людям бежать не хочется.

Надежда на лучшее

Надежда умирает последней. И действительно, часто она умирает после того, как все остальное уже давно умерло. Двое продолжают жить в мертвых отношениях, продолжая мертветь сами, но не теряя надежды, что все еще может улучшиться.

Анализируя проблемные отношения клиентов, мы почти всегда находим деструктивный цикл.

Например:

1. Маша в хорошем, радостном настроении, и ей хочется делиться этой радостью с Мишей: быть с ним, говорить с ним.

2. Миша не выносит радость Маши, потому как ему кажется, что причина ее состояния не в нем (или же он просто боится близости, или какая-то другая внутренняя заморочка). Он отвергает Машу — делает то, что ее сильнее всего раздражает.

3. Маша обижается, замыкается, не разговаривает.

4. Миша видит, что теперь Маша слишком далеко. В нем поднимается тревога потерять ее, остаться одному.

5. Он подлизывается к Маше. Всячески ухаживает за ней, «выманивая ее из домика».

6. Происходит единение. Они вместе и счастливы. Кульминация позитивных чувств и эмоцональная разрядка. Спад напряжения. Полдня. День. Два дня.

7. Маше хорошо, у нее чудесное настроение. Она хочет делиться им с Мишей.

8. Вы ведь знаете, что будет дальше? Жил-был царь, у царя был двор, на дворе был кол, на колу мочало — не сказать ли с начала?

Проблемные циклы существуют во многих парах. Мы уже говорили о них. Более того, есть пары, в которых отношения, собственно, и держатся на проблемном цикле — порочном круге, из которого не вырваться. Невозможность разорвать этот круг во многом связана с тем, что в нем, кроме напряженных моментов, обязательно существуют моменты расслабления. То есть боль, усталость, невыносимость, совсем чуть-чуть не доходя до той интенсивности, которая была бы нужна для разрыва, сменяются стадией примирения, которая позволяет снова начать дышать и надеяться, что все будет хорошо. В стадии расслабления мужчина или женщина, встречаясь с хорошим (а сколько-то хорошего бывает в любых, даже самых разрушительных отношениях), говорит себе: «может быть, мне показалось», «на самом деле все не так плохо», «у меня нормальный партнер, бывает и похуже». Но стадия цикла вскоре сменяется, и вновь наступает фаза отчаяния.

В этом смысле вопрос не в том, будет или не будет хорошее в этих отношениях, а в том, хотите ли вы дальше ходить по этому кругу?

Существует и другая причина невозможности выхода из порочного круга и разрушающих отношений — выученная беспомощность.

Выученная беспомощность — состояние, в котором человек не пытается повлиять на ситуацию, даже когда может это сделать.

Чтобы слон служил человеку, жители Азии и Африки еще маленьким приучают его к веревке. Вбивают колышек в землю или привязывают маленького слоненка к дереву веревкой, которая достаточно прочна для него. Ему это не нравится, но у него не хватает сил, чтобы освободиться. Сначала животное делает попытки вырваться, но довольно быстро понимает, что это ему не под силу, и, вырастая, новых попыток не предпринимает. Так большой и могучий слон, над которым веревка не властна, продолжает оставаться на привязи и служить человеку. Потому что у слона есть твердое убеждение, подтвержденное практикой, что пытаться вырваться бесполезно.

Схожее поведение можно наблюдать и в жизни людей. Будучи маленькими детьми, мы зависимы от действий, решений и реакций взрослых. Они часто ограничивают нас, накладывают запреты, «привязывая» на такую же веревку послушания. В детстве у нас мало возможностей: мы не можем не только противостоять, но и просто осознать происходящее. Но почему, вырастая и обладая уже иными ресурсами, мы нередко по-прежнему остаемся «привязанными», боясь нарушить родительские запреты, преодолеть заданные в детстве рамки? Как часто мы пересматриваем ограничения и пробуем свои реальные силы и возможности?

Адюльтер

Согласно данным европейских и американских статистических опросов, около 70 % мужчин признаются в том, что имели по крайней мере одну внебрачную связь; для женщин эти данные колеблются в пределах 40–45 %, что почти вдвое больше, чем 30–40 лет назад (Lawson, 1989). Причем около половины изменяющих мужей вовсе не считают свой брак неудачным, как и около трети изменяющих жен.

Исследования показали, что у 55 % мужчин, имеющих любовниц, любовницами являются замужние женщины. Примерно у 70 % женщин, имеющих любовников, любовник — женатый мужчина. Считается, что измен меньше среди самых молодых и среди пожилых, а самыми неустойчивыми являются браки людей среднего возраста (30–40 лет) (Чайка, 2015).