Преступления, в которые трудно поверить: Резонансные дела из архивов судов и спецслужб - Меркачёва Ева Михайловна

В 1990-х годах в Генеральную прокуратуру обратилась дочь Василия Сталина, Надежда, с просьбой о посмертной реабилитации отца, которого она всегда считала порядочным и честным человеком. В итоге Верховный суд РФ, рассмотрев материалы с подачи Генпрокуратуры, полностью пересмотрел это громкое дело. С сына вождя сняли клеймо политического преступника, полностью реабилитировав его по статье об антисоветской пропаганде. Однако обвинения в злоупотреблениях служебным положением оставили, но смягчили наказание, снизив срок с восьми до четырех лет лишения свободы. Поскольку новое наказание оказалось не столь суровым, уголовное дело Василия Сталина задним числом подпало под действие советских амнистий 1953 и 1955 годов, что позволило Верховному суду РФ закрыть его. Почему же Верховный суд отказался полностью оправдать Василия Сталина?

Василий Сталин

Начнем с того, что обвинения были двух видов — экономические и политические.

Обвинения в растрате и превышении должностных полномочий охватывают период с 1948 года, когда Василий возглавил Военно-воздушные силы Московского округа.

Так, в официальном обвинительном заключении по его делу сказано: «Василий Сталин, будучи командующим ВВС МВО, преступно-халатно относился к исполнению служебных обязанностей, вопросами боевой подготовки по существу не занимался, от воспитательной работы в частях самоустранился и, злоупотребляя своим служебным положением, занимался разбазариванием государственных средств».

Василий Сталин действительно страстно любил спорт и был щедр к спортсменам. Однако вся эта щедрость и масштабное меценатство осуществлялись за счет бюджета военной авиации и военнослужащих.

Начнем со строительства масштабных спортивных объектов. Поскольку целевой бюджет Военно-воздушных сил не предполагал подобных гражданских трат, в официальной отчетности эти сооружения были указаны как военные ангары. Яркий пример: строительство водного бассейна на территории Центрального аэродрома. Василий Сталин исходил из того, что в Москве нет ни одного 50-метрового водного бассейна для подготовки к олимпийским соревнованиям. Однако за высокими государственными целями скрывались и сугубо личные мотивы. На прямой вопрос судьи «Какое отношение имели ВВС к спортивным сооружениям?» Сталин-младший ответил так: «Бесспорно, я занимался не своим делом, и никто, конечно, мне не поручал строить водный бассейн. Одной из побудительных причин к этому явилась мастер спорта по плаванию, моя сожительница Васильева Капитолина».

Василий Сталин, судя по всему, действительно руководствовался искренними побуждениями, однако нарушал закон. На допросах он сам признавал этот факт: «Я никого не хотел обманывать, но иначе получить средства для строительства было нельзя. В данном случае я признаю, что нарушил финансовую дисциплину».

Помимо скрытого финансирования строек, в деле фигурировали и злоупотребления иного характера. Командующий ВВС использовал в личных целях как деньги военнослужащих, так и казенные средства. Например, он регулярно отправлял офицеров в заграничные командировки с единственной целью — для покупки и доставки лично ему имущества.

Моя коллега Марина Гриднева, которая изучила эти материалы задолго до меня, опубликовала уникальные выдержки из судебного допроса Василия Сталина:

Дача действительно была обустроена с размахом. На ее территории располагались баня, оранжерея, собственная конюшня, огромный фруктовый сад (плодово-ягодные деревья для него доставляли самолетом в Москву из Мичуринска), личная автоматическая телефонная станция (АТС), которая предусматривала установку аппаратов даже в ванной и нескольких уборных.

Политические обвинения заключались в том, что Сталин-младший дискредитировал руководителей партии своими заявлениями об убийстве отца. Ему также вменили измену Родине за намерение дать интервью иностранным корреспондентам и «террористический выпад в адрес одного из руководителей СССР». Последний пункт появился из-за брошенной Василием в сердцах фразы: «Булганина убить мало!» Он произнес ее после того, как министр обороны Булганин настоятельно предложил ему навсегда покинуть Москву.

Вечер 4 января 1956 года. Окраина Владимира, расположенного в 200 километрах от столицы.

К массивным воротам знаменитого централа бесшумно подъехал черный правительственный лимузин ЗИМ в сопровождении точно такого же автомобиля охраны. Конвоиры вывели Василия Сталина и под роспись передали начальнику тюрьмы. Тот незамедлительно распорядился оформить новоприбывшего под вымышленным именем — Василий Павлович Васильев. Саму фамилию Сталин отныне было строго-настрого запрещено произносить на всей территории тюрьмы под страхом наказания.

Гремит связка ключей. Надзиратель неспешно ищет тот самый. Находит. Проворачивает его в замке. Скрип двери. Внутрь вводят заключенного…

Эта сцена происходила во Владимирском централе в 1958-м, но повторилась и теперь. Тогда в камеру № 31 завели Василия Сталина, уже отсидевшего до этого три года в Москве, а сегодня сюда зашла я, решив лично пройти по тюрьме его путь.

Владимирский централ

Его камера небольшая и довольно светлая. Мне показывают угол, в котором стояла кровать Василия Сталина. Сейчас там тоже установлены нары, только уже другие. Вообще, эта камера и сегодня жилая. Ее нынешний «постоялец» — молодой человек, арестованный за кражу. Быт здесь незамысловат: железное ведро с питьевой водой, шахматы (он играет сам с собой), шкафчик, заполненный нехитрой провизией… Заключенный сидит за столом и сосредоточенно пишет письма. Он даже не подозревает, что каждую ночь спит на том самом месте, где когда-то лежал сын генералиссимуса.

Камера, где, по некоторым данным, сидел сын Сталина.

Фото сделано во время посещения автором Владимирского централа

А я иду дальше. Судя по документам, Василий Сталин поменял во Владимирском централе минимум три камеры. Сначала его содержали во втором режимном корпусе, который старожилы называли больничным, поскольку там располагалась медчасть. Затем последовал третий и, наконец, четвертый.

Коридор, по которому ходил известный заключенный

Именно в «четверке», в угловой камере на третьем этаже, сын вождя провел большую часть своего срока. По злой иронии судьбы в этих же стенах сидела практически вся родня второй жены Сталина — Надежды Аллилуевой. В их числе ее родная сестра Анна и невестка Евгения (вдова брата Павла).

Несчастные Аллилуевы оказались полностью изолированы от мира якобы за то, что распространяли секретные сведения о личной жизни Сталина. Сотрудники показывают их камеры. Но там все стандартно. Да и что могут рассказать стены? Немного. Другое дело — люди…

Константин Евсеев, который охранял Василия Сталина.

Фото сделано автором во время беседы с ветераном ФСИН

Константин Евсеев почти 40 лет проработал во Владимирском централе. Он отвечал за тюремное производство, а его супруга трудилась там же медсестрой. Оба давно на пенсии и живут недалеко от тюрьмы. Константин Дмитриевич, несмотря на почтенный возраст (недавно он отметил 95-летний юбилей), выглядит и чувствует себя отлично. У него потрясающая память и удивительно ясный, светлый ум. Общаясь с Евсеевым, сразу понимаешь, почему в свое время Василий Сталин позволил себе полностью раскрыться в беседах с этим человеком.

Ветеран пенитенциарной системы пригласил меня в гости: все-таки о тайнах закрытых учреждений действительно лучше разговаривать за их пределами. Жил Константин Дмитриевич скромно. Ничто в его крохотной квартире не напоминало о том, что вся его жизнь была связана с Владимирской тюрьмой.