Последние тайны Ватикана - Леконт Бернар
Преподобный Каас скончался в 1952 году. В это время Маргарита Гуардуччи была занята расшифровкой граффити, встреченных ею в зоне раскопок. Некоторые из них на самом деле упоминали об апостоле Петре. Особого внимания заслуживала длинная надпись христианского толка, сделанная в соседнем с семейным склепом Валериев мавзолее, гласившая о заступничестве апостола за души похороненных рядом с ним людей. Эксперт, рассчитывавший совершить обычный экскурс в подземелье собора, задержался там на целых шесть лет! Нельзя сказать, что это пребывание было лишено серьезных трудностей: некоторые древние надписи на открытом воздухе начинали понемногу стираться, а порой и полностью исчезать. Кое-где из-за влажности осыпалась и отпадала штукатурка вместе с нанесенными на нее граффити.
Однажды неутомимая мадмуазель Гуардуччи работала над надписями знаменитой «стены g». Осмотрев в очередной раз пустой тайник, она спросила у рабочего Джованни Сегони, действительно ли там никогда ничего не находили.
— Там должно было что-то быть, — ответил Сегони. — При монсеньоре Каасе из этого углубления что-то доставали…
Что-то доставали! И об этом умерший прелат никому ничего не сказал! Тогда Сегони отвел молодую женщину в находившийся напротив часовни Святого Коломбана тайник, где по-прежнему покоился тот самый ларец, к которому на протяжении десяти лет никто не прикасался. В тот момент никто еще не догадывался о важности его содержимого, состоящего из фрагментов побелевших костей со следами почвы, двух кусков красной штукатурки, нескольких мотков дорогой золотой пряжи и др. Ни один прелат и ни один ученый не спешили изучить эти останки, рассматривая их как на нечто второстепенное.
Нужно было дождаться 1956 года, когда известный антрополог профессор Венерадо Корренти провел тщательный анализ собранных под исповедальней костных останков. После нескольких лет исследований его работы явили собой полное противоречие выводам доктора Галеацци-Лизи: те кости, которые благоговейно изучал личный врач Пия XII, принадлежали трем разным индивидам, одним из которых была женщина.
Зато спрятанные монсеньором Каасом фрагменты костного скелета, которые исследовал в 1962 году профессор Корренти, оказались весьма интригующими: они принадлежали одному человеку мужского пола в возрасте примерно 60–70 лет, крепкого телосложения, череп которого был отделен от остального скелета. Эти останки были захоронены прямо в земле, но позже завернуты в шитую золотыми нитями пурпурную материю. Согласно анализу, сделанному профессором Римского университета Карло Лауро, состав почвы полностью соответствовал земле некрополя, в котором, как считается, был захоронен Петр. Изученная профессорами Марией-Луизой Стейн и Паоло Малатестой материя демонстрировала необыкновенное благоговение перед ее содержимым. На этот раз все совпадало, даже если и нельзя было с полной уверенностью подтвердить все имевшиеся предположения…
Данные результаты подтвердили интуицию французского историка Жерома Каркопино, увлекшегося раскопками еще в начале 1950 годов. Академик предположил, что в необычном тайнике могли находиться мощи апостола. Он считал, что именно папа Григорий Великий положил драгоценные останки в эту пещерку в конце VI века, чтобы сохранить их от вероятного разграбления (сорока годами раньше местность была опустошена готами), а также от предприимчивых паломников. Это мнение опроверг один из исследователей подземелья отец Киршбаум, полагавший, что вырытая в опорной «стене g» полость восходит к XVI веку. К чему все эти споры о дате находок, важно лишь их содержание!
Личное убеждение Павла VI
Рим, ноябрь 1963 года. В июне папу Иоанна XXIII, не проявившего за пять лет понтификата ни малейшего интереса к археологическим раскопкам, начатым его предшественником, сменил новый папа — Павел VI. Будучи еще субститутом Пия XII, монсеньором Монтини, Павел VI стал свидетелем начала работ, и теперь откровения профессоров Гуардуччи и Корренти его сильно взволновали. Он приказал продолжить исследование и все тщательно проверить: фрагменты земли, кусочки материи и т. д. Можно ли было надеяться, что на сей раз цель будет достигнута?
В январе 1964 года Павел VI предоставил профессору Корренти право провести самый последний и самый сложный эксперимент: сравнить найденные кости с черепом Петра, который хранился в реликварии Латеранского собора Святого Иоанна Крестителя. Там с 1370 года под соборным киворием внутри серебряного, инкрустированного бриллиантами бюста хранились «главы» Петра и Павла. Однако это изучение было затруднено тем, что реликварии в 1790 году были разграблены французскими завоевателями, оставившими после себя лишь небольшую горсть останков, не представлявших для них никакой ценности: фрагменты костей, позвонки и челюсти с неполным набором зубов.
Мнения историков разделились, некоторые из них были настроены скептически. Первые документы, удостоверявшие пребывание глав Петра и Павла в Латеранской базилике, были датированы XI веком. Кто же укрыл в VII веке головы двух апостолов внутри городских стен? Папа Гонорий I? Известно, что он перенес туда главы наиболее почитаемых святых того времени: Агнессы, Эфемии и Панкраса, поэтому вполне логично предположить, что он сделал то же самое с головами Петра и Павла. Однако ни один письменный источник это не подтверждал. А может быть, так поступил в 846 году во время нашествия сарацинов папа Лев IV?
В действительности никто не мог точно сказать, когда черепа как наиболее ценная часть мощей мученика были отделены от остального костного скелета. По мнению отца Киршбаума, череп Петра изначально мог быть погребен вместе с его скелетом на ватиканском кладбище, а позже отделен от него после перенесения оного в III веке в катакомбы. Однако это была всего лишь одна из многочисленных гипотез. Какой историк в подобных условиях мог бы взять на себя смелость подтвердить, что останки черепа Петра были подлинными?
Впрочем, рассказ Маргариты Гуардуччи таил в себе некую двусмысленность. «Профессор Корренти работал с этими останками шесть месяцев, — вспоминает она, — после чего составил отчет, который остался засекреченным. После прочтения в 1964 году его реляции для перенесения всех мощей в ларцы, находившиеся в Латеранской базилике и соборе Святого Петра, была организована целая церемония». Мадмуазель Гуардуччи говорит, что «получила позволение» сообщить публике о том, что упомянутый отчет «не нарушил собой сделанные ранее выводы». В этом витиеватом заключении усматривается некое отсутствие уверенности и точности.
Потребовалось еще более года, чтобы данные работы были представлены на рассмотрение всемирно известных ученых: археологов, искусствоведов, антропологов, специалистов по тканям, семиологов… И только 26 июня 1968 года в ходе обычной общей аудиенции Павел VI поделился, наконец, официальной новостью:
«Проведенные с особой тщательностью и терпением новые исследования дали результаты, которые Мы считаем позитивными, и, по мнению компетентных, осмотрительных и надежных людей, мощи Святого Петра были идентифицированы способом, который Нам кажется вполне убедительным…»
Итак, официальное заявление звучало следующим образом: вне всякого сомнения, обнаруженные мощи принадлежат Святому Петру. В тот же день папа обнародовал и свое личное убеждение. Конечно, никакой тайны уже давно не было, поскольку еще 18 февраля 1965 года при публикации книги «Мощи Святого Петра» Маргарита Гуардуччи сделала сенсационное признание и осветила как в средствах массовой информации, так и в научных кругах тысячу и одно противоречие, от самого явного до самого тайного. Однако подобное высказывание папы, как правило, кладет конец всем спорам, по крайней мере, внутри церкви.
Осторожный Павел VI тем не менее ничего не исключал: «В настоящее время исследования, проверка и дискуссии еще не окончены…». Папа не был наивным, он ничего не выдумывал, равно как и ничего не преувеличивал, он понимал, что всегда могут найтись ученые, способные оспорить то или иное доказательство: достоверные, но малозначительные подробности, реальные, но хрупкие совпадения, неоспоримые, но расплывчатые рассуждения…
