Александра. Большая игра 2 (СИ) - Ростов Олег
— Ладно, решайте. Я надеюсь на Казань ты не пойдёшь?
— Не пойду. Зачем? Там тебя вполне хватит. К тому же воевод и военачальников у тебя там будет хороших тоже достаточно. Я через месяц в Венден поеду.
— Зачем?
— Василий, вообще то я королева Ливонии. И не была там более полугода. У меня дела там накопились. К тому же в Риге и Ревеле строят корабли. В Риге уже спустили два корабля на воду. Сейчас их доделывают на воде. Одна каракка и одна каравелла по испано-португальскому образцу с латинским парусным вооружением. К спуску на воду готовится ещё два корабля. Одна каракка и одна каравелла. Ещё в прошлом году, контр-адмирал Пандольфо пригласил в Ливонию корабелов из Нидерландских провинций. Они хорошо и быстро строят.
— То-то я смотрю тебе пушек понаделали. — Кивнул Василий. — Только они какие-то странные.
— Ничего не странные. Это карронада. Пушки, специально изготовленные для морских кораблей. Для них даже лафеты особенные, для более быстрого заряжания. Мне, Василий, на Рейн сходить надо.
— А как же Костя? Ты его с собой возьмёшь?
— Нет. Я думаю над этим. Но скорее всего, здесь его оставлю. На Елену. Она дочку свою грудью кормит, вот пусть и Костика тоже. А за наследником и Дашей Вяземские присмотрят.
— А что, здесь некому присмотреть?
— Пусть там, Василий. Слава и Андрейка братья Константину. А Даша сестра ему. Будет лучше, чтобы они росли все вместе. К тому же тебя тоже не будет в Москве.
— Не сидится тебе на месте, Александра. Даже дитё, которое у тебя ещё титьку сосёт, тебя не останавливает.
— Я знаю, что я плохая мать. Ты думаешь мне от этого хорошо? Я почти не видела, как Вячеслав растёт, на ножки становится? Но у меня нет выбора, Василий. Нам же нужны деньги? Поднимать налоги не самая лучшая идея. Я даже у себя в Ливонии их снижать буду. А то так скоро и до открытых мятежей дойдёт. Особенно высокородные недовольны. Дворяне.
— Что тебе надо на Рейне?
— Взять то, что мне принадлежит по праву. Позже скажу. А ещё лучше, когда вернусь, то покажу тебе. Оно этого стоит. Не хочу никому ничего заранее говорить, чтобы не сглазить. Никто, Василий, не знает, за чем я иду на Рейн. Так нужно. Не из-за того, что я тебе не доверяю. Доверяю, ты же мой супруг и отец моего сына… Но ладно. Только обещай мне, что об этом ты будешь молчать, даже с самыми своими верными людьми, которым полностью доверяешь?
— Хорошо. Обещаю. Ты так это хочешь сохранить в секрете?
— Да. Полная секретность. Об этом узнают, только тогда, когда смогут увидеть всё своими глазами. И, самое главное, когда я сама увижу это своими глазами и смогу потрогать своими руками.
— Что же это такое, Саша?
— Помнишь, что означает кольцо Нибелунгов и о чём говорят руны на моей спине и на спине Елены?
— Кольцо власти. Как там в пророчестве: «Когда дочь наденет Кольцо Власти и вернёт корону, древняя кровь проснётся»! А руны «Одал» и «Тейваз»?
— Совершенно верно. Руны в связке друг с другом говорят, чтобы вернуть назад имущество, принадлежащее семье и не подлежащее отчуждению, я должна пройти испытания, ни перед чем не останавливаться, для достижения своей цели. И ещё, кольцо Нибелунгов, это символ «Золота Рейна». Власть, это то имущество, которое не подлежит отчуждению. Мы с Еленой связаны с этим имуществом кровными узами, так как эта власть не может принадлежать никому другому. Но, власть всегда чем-то подтверждалась. Так ведь, Василий?
— Истинно так. Власть всегда подтверждается как правом на неё, то есть кровными узами и оружием. Они идут вместе. Если ты не имеешь права по своему рождению на власть, тебя не признают властителем. А если ты не имеешь силы оружия, то тебя никто не будет боятся и уважать. А значит, эту власть отнимет тот, кто так же имеет на неё право по своему рождению, только более сильный, чем ты.
— Всё верно, любимый. А если ты оказываешься в ситуации, когда твоё войско разбито, но ты не желаешь отказаться от власти, что необходимо для продолжения борьбы?
— Как что, Саша? Серебро нужно, чтобы набрать новое войско.
— Точно в цель. — Я смотрела на Великого Князя и улыбалась. Он глядел на меня вначале удивлёнными глазами и таким же удивлённым выражением лица. Потом увидела, как догадка пронзила его.
— Ты хочешь сказать, Саша, что идёшь за «Золотом Рейна», только по настоящему? Не за мнимым, а за настоящим золотом?
— За ним, Василий.
— И много там его?
— Не знаю. Но думаю, не мало. Ведь это не только королевская казна, но и казна легиона.
Мы оба замолчали. Василий сидел и о чём-то думал. Даша смотрела то на меня, то, наполовину, разворачивалась в руках отца и смотрела на него. В итоге, такими же, как и у Василия, удивлёнными глазками посмотрела на меня.
— Папа?
— Папа, солнышко моё. Думает он у нас думу сУрьёзную. — Улыбнулась ей. Она в ответ тоже. Посмотрела на Костю, коснулась его ручкой:
— Ляля. — Я кивнула.
— Лялечка, Братик твой.
— Ляля уси титю?
— Ляля ещё сосет титю, да, Дашенька.
— Саша тебе нужна охрана хорошая. Если там и правда большая казна, то там полком одним не обойдёшься.
— Василий, у меня хорошая охрана будет. Три корабля пойдёт. Одна каракка, сорокопушечкая. И две двадцатипушечных каравеллы.
— Сорок пушек⁈ Мне тут говорили, что у английского короля корабль есть, у которого сто пушек! А ты говоришь сорок!
— Василий, я много на эту тему разговаривала с Пандольфо. Он был капитан-адмиралом Венеции. Он знает морское дело. Знает корабли. Так вот, он говорил мне об этом английском корабле. Носит имя «Тринити Соверен». Построен в 1488 году от Рождества Христова. Водоизмещение 800 тонн.
— Тонн?.. А, понял. Твои новые меры веса.
— Не только веса, но это ладно. Длина киля тридцать семь с половиной метров. Ширина палубы двенадцать метров. Вооружение сто пушек. Экипаж семьсот человек. Из них 400 солдат, 40 пушкарей и 270 матросов. Кажется, что он гигант. Но, видишь ли, в чём дело. Сойдись он с моей караккой в бою, мой корабль очень быстро отправит его на дно.
— Уверена? — Усмехнулся Василий.
— Уверена. Всё дело, как раз в вооружении. Я же тебе сказала, что много на эту тему разговаривала с Пандольфо. Так вот, он мне прояснил с вооружением, которое сейчас стоит на многих кораблях, как европейских стран, так и стран востока. Сто пушек «Тринити Соверен», это только кажется, что много. Что это очень сильно и мощно. В реальности, подавляющее количество этих пушек лёгкие. То есть, крепятся либо на вертлюгах, либо переносные, типа наших пищалей. Тяжёлых пушек там не больше двадцати или даже меньше. Мало того, стреляют они либо каменными ядрами, либо свинцовыми. Либо чугунными и то не все. У нас же стоять будут каронадды. Ты же видел их. А это далеко не легкие пушечки. Плюс скорострельность, которая на порядок выше, чем у тех же англичан, французов, голландцев или немцев. Плюс мои каронадды стреляют не каменными булыганами, пусть и обтёсанными или свинцовыми, а полнолитыми чугунными ядрами, но самое главное бомбами, которые будут не просто проламывать корабельные борта, а и взрываться внутри корабля. Представь, что там будет? Я уже молчу, если бомба взорвётся в пороховом погребе. Мои пушки лучше. Бьют дальше. Точнее, более скорострельнее. Да, у англичан многие вертлюжные пушки и переносные являются казнозарядными. Это ничего не меняет. У меня тоже по четыре казнозарядных орудия будут. По два с каждого борта. На палубе. Это для ведения стрельбы картечью. Либо шрапнелью. Либо книппелями по мачтам, такелажу и парусам. И абордажные команды у меня будут вооружены короткими ружьями, пистолями и абордажными саблями. Пандольфо уже таких тренирует. Это морской Корпус. А насчёт ста пушек, знаешь почему основная масса из них лёгкие пушечки?
— Почему?
— Лёгкие пушки, типа ручных пищалей или аркебуз не влияют на остойчивость корабля.
— Остойчивость?
— Да. Это способность корабля противостоять внешним силам, вызывающим его крен или дифферент, и возвращаться в состояние равновесия по окончании возмущающего воздействия. Так сказал Пандольфо. Простыми словами уметь хорошо держаться на волнах и не переворачиваться вверх килем. А тяжёлые пушки на это могут повлиять, так как каракки, которые сейчас строят, пока что не рассчитаны на них, вернее на их большое количество. А вот мои корабли изначально, ещё на этапе строительства, уже рассчитаны на тяжёлые орудия. Так понятно, Вася?
