Акционер (СИ) - Коллингвуд Виктор
Ведь Бог на стороне больших батарей.
Глава 5
История с портками Коробицына принесла мне настоящую славу. Ореол отчаянного задиры опустился на мои плечи плотно и тяжело, как хорошо подогнанный английский сюртук. Матросы на палубе теперь расступались передо мной, словно перед боцманом с пудовыми кулаками. Смотрели с уважением и лёгкой опаской — мол, этот граф может и тростью по башке приложить, и стилет из неё вынуть в два счёта. Флотские офицеры первыми кивали при встрече. Кавалеры посольства предпочитали помалкивать и отводить глаза. Промышленные люди уважительно снимали шапки.
Красота.
Ближе к полудню мы снова нанесли визит Армстронгу. Англичанин встречал делегацию на веранде, весь такой гостеприимный и самодовольный. Сообщил, что мясо и вино для погрузки уже готовы. Подвинул по столу бумаги. Я стоял рядом и видел, как у приказчика Шемелина после прочтения счетов глаза буквально на лоб полезли.
— Очень дорого, — увидев мой взгляд, пожаловался он, вытирая пот со лба. — Втридорога заломил, сволочь. Разденет нашу компанию догола.
Подойдя к столу, я обратился к Крузенштерну.
— Иван Фёдорович, — начал я вежливо, — Шемелин говорит, цифры дутые. Разрешите, я потолкую с мистером Армстронгом о скидках? Мы же тут экспедицию снаряжаем, а не благотворительностью для британских торгашей занимаемся…
Капитан окатил меня не самым любезным взглядом.
— Ну, нет, граф. Русский офицер не торгуется на рынке. Это ниже моего достоинства.
Затем Крузенштерн демонстративно отвернулся и подписал векселя. Армстронг спрятал довольную усмешку. Казна экспедиции здорово похудела.
Черт. Идиотизм какой-то. По роже видно, что этот Армстронг из себя представляет. Неужели непонятно, что нельзя рассуждать о чести, имея дело с людьми, не имеющими о чести ни малейшего понятия?
Офицеры на веранде глушили местную мадеру. Армстронг заливался соловьем, травил какие-то пошлые байки. Я уже было раздумывал, под каким благовидным предлогом покинуть эту компанию, как вдруг на веранде появилась она.
Изабелла.
Шуршание юбок. Тяжелый, приторный шлейф цветочных духов. Сегодня она выглядела как-то особенно обольстительно. Или мне показалось?
Мадам Армстронг прошлась вдоль стола с дежурной улыбкой. Кивнула Крузенштерну. Бросила пару пустых фраз Левенштерну. А потом остановилась у нагретых солнцем каменных перил. Взгляд ее метнулся ко мне.
Короткий кивок. Черные глаза полыхнули совершенно недвусмысленным обещанием. Отвернулась и просто растворилась в тени сада.
Выждав минуты три, я оставил недопитый бокал на столе и тихо свалил за арку.
Сад встретил влажной парилкой. Как в бане, блин. Голоса с террасы сразу отрезало густой листвой. Под сапогами захрустел гравий. Как там она говорила? Грот?
Сначала я свернул не туда. Уперся в какую-то колючую живую изгородь. Черт! Развернулся, прислушался. Ага, вот оно! Шум падающей воды.
Грот оказался небольшой такой пещеркой, в которой очень удобно стояла небольшая скамейка. Изабелла уже ждала.
Никаких долгих прелюдий и томных вздохов. Скучающая жена богатого старика просто хотела отплатить мужу побольнее. В который раз убедился, латинки капец какие темпераментые. Ну а я взял свое. Быстро и жестко. Армстронг только что получил ветвистые рога. Нормальная такая скидка за переоцененное вино и мясо.
Изабелла томным жестом провела прохладным ногтем по моей груди. От ключицы и вниз.
— Вы так молоды, граф… — мягко протянула испанка. — И так горячи! Было бы бесконечно жаль, если вы исчезнете в океане.
Такой заход мне не понравился. Вся посткоитуальная расслабленность куда-то исчезла, неприятно засосало под ложечкой. Я перехватил ее запястье. Без лишней грубости, но крепко.
— Что вы имеете в виду, мадам?
— Море жестоко. Вы ведь в курсе, что мой муж связан с пиратами? — не пыясь вырвать руку, она посмотрела мне прямо в глаза.
— Кажется, те джентльмены, которых мы видели в прошлый раз, называли себя каперами? — я чуть прищурился.
Изабелла горько усмехнулась.
— Каперские свидетельства у них есть. Бумажки с красивыми печатями от английского консула. Но это совсем не мешает им трясти нейтралов. Таких, как вы и ваша экспедиция, граф!
Таак…. Ну ничего себе новости. Вот тебе и респектабельный толстяк, торгующий вином!
— Где действуют эти люди? — спросил я, отпуская ее руку.
— По всему океану. В том числе у берегов Бразилии, — ответила она, застегивая лиф платья. — Особенно опасен капитан Хорас Смит. Этот отморозок сидит у мужа на коротком поводке. Делает для него разные грязные делишки. В прошлом году бесследно пропали немцы из Гамбурга. Ни судов, ни людей. Они хотели закупить партию местного вина помимо мужа. А Смит потом спокойно торговал их грузом.
Она круто развернулась и шагнула из грота на слепящий солнечный свет, и быстро пошла в сторону дома.
Я вышел на солнце, щурясь от яркого света. Спасибо за сведения, мадам. Возможно, они спасут нас. Предупрежден — значит, вооружен.
На следующий день готовилось отплытие.
Пораньше прибыв на корабль и поднявшись на шканцы, я сразу наткнулся на Шемелина.
— Федор Иванович! — он едва не вцепился мне в рукав. От него отчетливо разило чем-то мерзко-кислым. — Катастрофа, граф! Ограбили!
— Без истерик, мосье Шемелин. Изложите суть проблемы!
— Англичанин этот… Армстронг проклятый! Денег содрал втридорога, а подсунул дерьмо! — Приказчик тряхнул кружкой. — Вино! Вы только посмотрите! Уксус голимый!
Понюхав, я брезгливо отодвинулся. Пахло действительно паршиво.
— А мясо?
— Какое мясо⁈ — Шемелин чуть не плакал. — Я велел бочку вскрыть. Граф, этим матросские сапоги подбивать можно, а не в котел класть. Одни жилы. Мы черти с чем в океан пойдем!
Ну елки… Раздосадованный, я облокотился на нагретый солнцем планширь, потер подгоревшую под местным солнцем шею. Хреново, но, черт возьми, ожидаемо! Старый бритт кинул экспедицию, как лохов у привокзального ларька. И ведь Крузенштерн даже торговаться вчера не стал. Гордый он, видишь ли. Такие-ка кон — просто идеальная мишень для барыги.
— Ладно, тезка, успокойся. Чего теперь ныть. Придумаем что-нибудь!
— Что здесь придумать, граф! — Приказчик безнадежно махнул рукой. — Капитан уже приказал зарезать нашу корову к ужину!
Взгляд мой сам собою скользнул к палубному загону. Бурёнка меланхолично жевала сено, даже не подозревая, что часы её сочтены. Скотинку было откровенно жалко, к тому же без свежего молока мой утренний кофе превратится в унылую мутную бурду. Парнокопытное требовалось спасти любой ценой.
Так. У нас закуплено хреновое, жилистое мясо. И как с этим быть?
И тут в памяти всплыли дорогие рестораны и модная технология су-вид. Длительная готовка при низких температурах без доступа воздуха. А почему бы и нет!
Мысли закрутились, сталкиваясь друг с другом. Идея хорошая. А как ее реализовать? Этот самый су-вид штука непростая. Мясо нужно томить. Долго, при низкой температуре и без воздуха. Обычно его упаковывают в вакуумный мешок и суют в специальный аппарат для поддержания постоянной температуры — что-то в районе 60–65 градусов. Только где я возьму вакууматор и точный термостат в этом проклятом девятнадцатом веке? Водяная баня на камбузе не годится. Местный кок температуру не удержит. Сварит все в резину!
И тут меня осенило. Песок!
Точно. Закопать закрытую посудину в горячий песок. И все получится.
Только вот была одна проблема.
Я посмотрел на желтую кромку берега. Песок был там. А я уже стоял на палубе. Черт!
Тут вдруг внизу раздались голоса наших матросов. Перегнувшись через фальшборт, я увидел, что внизу мерно бился о доски шлюпа наш тяжелый баркас. Матросы перевозили с берега последние припасы. Красный от дикой жары Ефимка был среди них.
— Эй, Ефим! — гаркнул я вниз.
Парень вздрогнул, задрал голову.
