Служить и защищать (СИ) - Выборнов Наиль Эдуардович
А ведь… Если бы я не торопился, вел себя осторожнее, проработал бы улики и данные, которые дал мне Крауз, еще когда я был при значке детектива… Нет ведь, бежал, как пес за сучкой во время течки. А еще у меня были варианты, те же товарищи, с которыми можно было организовать наружное наблюдение.
Ладно. Когда жизнь бьет со всех сторон, остается только стоять и держать кулаки. Да и откровенно говоря, мне тут нужно спасибо сказать, что вообще живой. Да и жив только потому, что за убийство офицера точно возьмется ФБР, а меня больше угрозой не считают.
Я решил, что нечего тут торчать — пойду сдам ключи и уеду. Номер роскошный, конечно, но ночевать тут после того, как я случайно козырнул именем какого-то высокопоставленного мафиози, было просто неосмотрительно. А раз уж я в Западном Голливуде, то загляну в русский район.
Сперва я на такси добрался до стоянки, откуда забрал свой «Шеветт», уже на нем доехал обратно в Западный Голливуд. И сразу припарковал машину около магазина Аркадия Моисеевича. Хотелось взять еще гречки, пельменей и русской водки. Не то чтобы тянуло напиться после последних провалов, но пропустить пару рюмок — и может действительно станет легче.
Я привычно толкнул от себя дверь, и только потом отметил, что на ней висит табличка «закрыто» на двух языках — русском и английском. А секунду спустя увидел возле прилавка двоих. Одетых в спортивные костюмы, а у одного, несмотря на жару, на голове еще и вязаная шапочка была.
И один из них держал в руках нож, который направил в сторону Аркадия Моисеевича, стоящего за кассой. А второй шарил рукой за прилавком, судя по всему, пытаясь дотянуться до кассы.
Рука сама собой вновь потянулась к оружию, но его не было. Надо купить, мать его, второй ствол уже. Выяснить, какие там правила насчет полицейских, но вроде как они облегченными должны быть. И тогда у меня будет личное оружие, которое я смогу свободно носить.
Колокольчик над дверью звякнул, и тут же оба повернулись ко мне.
— Эй! — проговорил один из них на русском. — Валил бы ты отсюда!
Я выдохнул. Оружия нет, но и у них вроде тоже только ножи. Да и не смогу я отсюда уйти. Я огляделся в поисках чего-нибудь, что можно использовать как оружие. А потом левой рукой достал значок и проговорил:
— Полиция Лос-Анджелеса. Бросьте нож и и поднимите руки.
— О! Мусор, прикинь! — проговорил второй. — Ну иди сюда, мусорок.
И двинулся в мою сторону, вытащив из кармана складень и нажатием на кнопку выщелкнув лезвие.
Настроение у меня было паршивое, вот совсем плохое. А парни нарвались. И я просто двинулся ему навстречу, а когда мы оказались на расстоянии пары шагов, схватил с полки бутылку водки. Он не успел понять, что я собираюсь делать, а секунду спустя эта бутылка оказалась разбита о его голову.
Кровь, осколки стекла и водка брызнули во все стороны. Парень завалился на пол без сознания, а у меня в руке оказалось любимое оружие барных бузотеров — розочка.
— Ну, иди сюда, мудак, — сказал я на русском второму, который уже не смотрел на продавца, а замер на месте, вытянув в мою сторону нож.
И это показатель непрофессионала. Нормальный боец, изучавший ножевой бой, держит его у тела. А новички как раз вытягивают руку, инстинктивно показывая врагу — вот, мол, смотри, докуда могу дотянуться.
Он вдруг с криком кинулся на меня, махнув перед собой ножом крест-накрест. Рефлексы пусть и бывшего, но все-таки боксера, перешедшие в это тело вместе с моим сознанием, позволили мне уклониться, а потом перехватить руку.
Я резко шагнул в сторону, выронив розочку, крепче ухватил его руку, вывернул, заставив выпустить нож. И оказался сзади. Ткнул бандита под колено, а потом добавил еще и локтем по затылку. Гопник упал лицом вперед, а я сел на него сверху, прижав коленом к полу.
— Наручники есть? — повернулся я к продавцу.
— Нет, откуда, — запричитал Аркадий Моисеевич.
— А стяжки кабельные? Скотч? Хоть что-то?
Он повернулся, взял моток клейкой ленты и кинул мне. Благо неиспользованная, так что начало искать не пришлось. Я перемотал руки этому бандиту, ноги, а потом заклеил рот. И перешел ко второму, который так в сознание и не пришел.
— Хорошо, что ты появился, Миша, — на русском проговорил продавец. — Эти ведь меня не просто без гроша оставили бы, они точно порезали бы.
— Вы полицию лучше вызовите, Аркадий Моисеевич, — сказал я. — А то мало ли.
— Да нет, полиции не до нас. Я сейчас позвоню куда надо, и этих увезут, а потом проведут с ними… Разъяснительную беседу.
— Другим бандитам, что ли? — не понял я.
— Ну да… — кивнул он. — Можно и так сказать.
— И вы им за защиту платите? — спросил я.
— Платим, Миша. Все платят.
— Может, все-таки лучше полицию?
— Нет, Миша. Мы не привыкли сор из избы выносить.
— Ладно, раз так, — сказал я.
— А тебе идти лучше. Ты купить чего хотел?
— Да, — кивнул я. — Гречки и пельменей. И… — подумал было сказать «водки», да только понял, что пить мне больше не хочется. Во-первых, уже нанюхался — от разбитой бутылки тут воняло везде. А во-вторых… Вот подрался и настроение даже как-то лучше стало. — И все.
— Ты бери так, Миша, ты же спас меня.
— Точно? — спросил я у него.
— Точно, точно. И иди, не надо, чтобы парни тут полицейского видели.
— Ладно, — хмыкнул я.
Подошел к полке, взял две большие пачки гречки. Из морозильника — большой пакет пельменей. Раз уж дают, то почему бы не взять.
— А вы аккуратнее будьте, Аркадий Моисеевич, — сказал я. — Если тут такие бегают.
— Да это молодые, залетные, — махнул он рукой. — Но поверь мне, из этих парни Рябого пример сделают — больше никто не сунется.
— Как скажете, — уж чего-чего, а встревать в дела русской, а точнее еврейской, но косящей под русскую, мафии мне не хотелось. — Пойду тогда.
— Иди-иди, Миша.
Я вышел на улицу, подошел к «Шеветту» и сел за руль, забросив доставшиеся мне бесплатно продукты на пассажирское сиденье. И выругался по-русски — от меня водкой разит, так что если остановят, объясняться придется.
Хотя антифризом пахнет все равно сильнее, перебьет. Завел машину и тронулся, потом развернулся и двинул уже в сторону Карсона.
А потом поймал себя на мысли, что на душе мне стало спокойнее. Все-таки чего-то я стою и без жетона детектива. Хотя бы как человек, способный постоять за себя и других, даже без оружия.
Так что буду биться дальше. Что у нас там по плану?
Глава 12
Прошедшие выходные можно было оценить двояко. Если смотреть на объективные достижения, то прошли они хреново — все, что я получил, это две вычеркнутые строчки в списке и два потраченных впустую дня.
Если же оценивать субъективно… Ну, мне снова очень повезло. Я нарвался на Фрау, которая оказалась не просто наемной проституткой на вечеринках, но и, как выяснилось, была вхожа в круг самого Гольдберга. О том, в какой именно его круг она вхожа, я старался не думать.
И на этом моя история могла бы и закончится, если бы она донесла продюсеру о том, что я продолжаю против него расследование. Я вновь прошелся по грани. Но мне повезло — она решила не доносить на меня. По крайней мере, если верить ее словам. А значит, фортуна снова повернулась ко мне передом. И это внушало определенный оптимизм.
Кроме того, драка в русском районе меня неплохо встряхнула. Я еще крепче утвердился в мысли, что нужно заканчивать жалеть себя, и продолжать двигаться вперед, даже если для этого нужно будет претерпеть еще сотню неудач. Рано или поздно я все равно докопаюсь до того, что ищу. Ведь сильный характер — это когда судьба, пиная тебя, ломает себе ногу.
Я усмехнулся под нос, вспомнив этот забавный, но довольно жизнеутверждающий афоризм, который где-то слышал еще в прошлой жизни. Я шел по своему участку, вооружившись книжицей с бланками и ручкой. Беретта, в которой пока, к счастью, не было нужды, покоилась в кобуре.
