Александра. Большая игра 2 (СИ) - Ростов Олег

— Матушка, а почему ты меня не разбудила? — С обидой проговорила она.

— Ты так сладко спала, Фрося, что я не стала этого делать. Ты же тоже устала. А одеться я и сама могу.

— Не почину это тебе, самой одеваться, Матушка. Даже не говори мне ничего. Какая же я тебе служанка, что одеть тебя не могу?

— Ты, Фросенька, мне больше, чем служанка. Ты моя подруга, очень близкая.

— Тогда тем более. Подожди я оденусь. Я быстро, Матушка.

Быстро одевшись, Фрося принялась одевать меня. Для неё это был некий фетиш. И к этому священнодействию, как она считала, Фрося никого близко не подпускала. Когда оделись и не только я, но и Айтан с Паулой, стояли смотрели на трёх красавиц, спавших возле камина.

— Красотки, ничего не скажешь. Девочки, — обратилась я к княжнам, — когда они заявились?

— Под утро, Матушка. — Ответила мне Паула. — И все не твёрдо стояли на ногах. Держались друг за друга. Хихикали громко, что мне пришлось пристыдить их.

— М-да. В сёдлах они сегодня точно ехать не смогут. Свалятся. Ладно, пусть поспят ещё немного. А мы позавтракаем и начнём готовится выдвинутся. Фрося, скажи кому из палатинов, чтобы насчёт завтрака распорядились.

Фрося вышла из покоев. Я услышала, как она выговаривала мужу.

— Божен, узнай, когда будет завтрак?

— Ефросиния, я на карауле стою.

— И что? Айно постоит. А ты иди на кухню и пни их под зад. Матушка встала. Её покормить нужно. Чего стоишь, смотришь на меня? Ты палатин или кто? Ты дОлжон заботится о ней.

Послышалась матерная брань со стороны Божена. Потом тишина. В покои вернулась Фрося.

— Сейчас, Матушка, Божен пнёт их под зад, поваров ихних.

Вскоре действительно, в апартаменты стали заносить блюда с мясом, курицей, овощами и вином. От вина я отказалась сразу. Попросила принести кипятка.

— Фрося, завари мне чая китайского. — Чай у меня был. Получала его от персидских купцов. Да к тому же на Руси был и свой чай из иван-чая.

Притащили кипяток. Фрося заварила китайский чай. Я пила его и в голове было пусто. Ни о чём думать не хотелось.

Смотрела на трёх красавиц возле камина. До сих пор спали.

— Паула, пни их. Нам ехать надо, а они спят. Я разочарована. Так им и скажи. — Сказав это вышла. Во дворе Алексей Кобыла осматривал экипировку своих кирасир. Проверял лично.

— Алёша, ты готов выдвинутся дальше?

— Готов, Матушка-Государыня.

— Хорошо. Богдан, коня моего седлайте. Мы выдвигаемся через полчаса.

Вернулась назад. Паула будила княжон. У неё откровенно плохо получалось. Они падали назад и устраивались спать.

— Паула. Оставь их. Значит они не едут. Всё, выдвигаемся через полчаса. Пошли.

— Матушка, а что с ними тогда будет? — Спросила итальянская княжна.

— Понятия не имею. Могут там остаться. Могут ещё куда уехать. Паула, не надо тебе за них переживать. Поняла меня? Я не терплю бардака. Если им наплевать на то, что я требую, тогда мне плевать на них самих. Могут быть свободными.

Сказав это, вышла из комнаты. Спустилась во двор.

— Алёша, мой конь подготовлен?

— Подготовлен, Матушка-Царица. Можно ехать прямо сейчас. Карета тоже подготовлена.

— Тогда поехали. Фрося в карету садись. Паула на коней.

— Матушка, а как же Ксюша, Агнешка и Саша?

— А ни как. Им тут понравилось. Пусть остаются. Всё, Богдан, командуй.

— Пошли! — Рявкнул старший палатин. Опять подкованные копыта коней застучали по мощёному двору баронского замка. Мы выскочили за ворота и двинулись по направлению к Риге…

Ливонское Королевство. Рига. Конец апреля 1516 года от Рождества Христова.

— Князь, — обратилась я к контр-адмиралу идя по коридорам городской ратуши, — пусть сюда прибудут капитаны всех кораблей и главные канониры.

— Слушаюсь, Ваше Величество.

— Пандольфо, как бывшие пираты в боевом слаживании с остальными экипажами кораблей?

— Всё хорошо, Ваше Величество. Никаких нареканий.

— Пандольфо, я хочу, после разгрома английского флота, пустить своих каперов на Балтику и в Северное море. Грабить они должны будут датские и английские корабли. Я хочу, чтобы они полностью перекрыли любую торговлю Англии с континентом. Всё понятно?

— Понятно, Ваше Величество.

— Хорошо.

Мы зашли в помещение, которое мне выделил бурмистр местного самоуправления. Хотя сам Архиепископ приглашал меня к себе.

— Пандольфо, я буду ждать капитанов и главных канониров.

Мои сержант-дамы, нагнали нас при въезде в Ригу. Я смотрела на них. Они опустили головы.

— Что, девочки мои? Хорошо развлеклись? — Задала им вопрос.

— Прости, Матушка. — Сказала Ксения. — Виноваты мы. Не казни нас и не гони от себя.

— Хорошо. Но чтобы подобное, Ксюша, было в последний раз. Я не потерплю больше игнорирование моей воли. Если я сказала, что встаём утром и едем, значит встаём и едем. И если вы где-то там пьёте вино и развлекаетесь с кем-то, то будь добра, выспались вы или нет, встать и идти туда, куда я повелела! Поняла меня? — Последнее говорила повышенным тоном. Ксюша и Паула с Сашей съежились от этого, глядя в пол.

— Поняла, Матушка. — Тихо ответила Ксения.

— А сейчас идите с глаз моих. Видеть вас не хочу, до посадки на корабли. Свободны.

Спустя три часа прибыли капитаны и главные канониры кораблей. На рейде Риги стояли два галеона, пять каракк и шесть каравелл. Одна каракка была из трофеев. За зиму её немного переделали. Усилили остойчивость, парусное вооружение и артиллерию. Хотя я понимала, что это, по сути, эрзац! Но и бог с ним. Ещё четыре были транспортными судами.

Когда собрались офицеры флота я сказала:

— Итак, господа. Каравеллы получили бомбы, помеченные белой краской. Это бомбы с белым фосфором. Они страшное оружие. Если бомба взорвётся над каким-нибудь кораблём, он сгорит очень быстро, как сухой хворост, в плоть до киля, даже если погрузится в волны Балтики. Огонь будет их грызть даже под водой. Повторюсь, это страшное оружие. Сгорит всё вместе с людьми. Потушить этот пожар даже вода не сможет, особенно на человеке, когда горит его плоть. Всем капитанам каравелл это понятно? — Мне закивали. — Почему каравеллам? Потому, что таких бомб мало. И каравеллы более манёвренные. Надо рассчитывать так, чтобы эти бомбы взрывались над кораблями. А не просто стрелять бомбой в борт вражеского корабля, а именно, чтобы она взорвалась над кораблём. Чем выше, тем лучше. Тогда площадь поражения будет больше. Попытайтесь добиться такого, что одна бомба, один корабль… Галеоны, ваша задача обездвижить «Мари Роуз», флагман английского флота. Там будет король. Сбить у неё мачты и такелаж. А потом взять на абордаж. Генрих мне нужен живым. Тоже самое с «Совереном». Все они идут в составе флота Генриха. Остальных можно жечь, расстреливать в упор и пускать на дно. Мне они не интересны. Всем всё понятно, господа?

— Всем всё понятно, Ваше Величество. — Ответил за всех контр-адмирал.

— Вот и хорошо. Завтра выходим в море. Всем приготовится. Английский флот будем встречать на подходе к Данцигу.

Офицеры и канониры разошлись. Пандольфо смотрел на меня.

— Моя Королева волнуется?

— Да, дорогой мой Князь. Волнуюсь. Всё же английский флот, это не сборище пиратов, а боевой флот. И он больше датского флота.

— Ваше Величество. Матросы и солдаты верят в Вас. Вы построили самые лучшие корабли. Не сомневайтесь в них.

— Спасибо, Пандольфо. Я иду с эскадрой.

— Ваше Величество…

— Это не обсуждается, контр-адмирал. Флагманом будет «Революшн». Я так решила.

Один галеон я назвала «Революшн». Ну а что? Галеон, это революция в деле военного кораблестроения. Второй галеон, как провокацию, я назвала «Галактика». Этого термина ещё не было в употреблении. Он появится только в 19 веке. Никто не понял, что за галактика такая. Но слово было загадочным. На удивлённый вопрос Пандольфо я пожала плечами. Пояснила, что это от древнегреческого «Млечный путь».

— Поверь, Пандольфо, это хорошее имя для галеона. Оно принесёт ему удачу. — После чего, все вопросы были сняты. Раз Королева назвала корабль «Галактикой» и сказала, что это принесёт удачу, то так и будет, никаких сомнений.