Александра. Большая игра 2 (СИ) - Ростов Олег
— Ваше Величество. — Произнёс лейтенант. — Его Светлость, лорд-канцлер, упомянул Ричарда де ла Поля. Так вот, Королева Александра тоже про него говорила. Сказала, что если она не получит выкуп за Его Величество Короля Англии, тогда в Англии появится другой король. И упомянула Ричарда де ла Поля.
— Нет! — Воскликнула Екатерина Арагонская. В ярости сжала кулачки. — У Англии есть законная принцесса из Дома Тюдоров. Это Мария.
— Ваше Величество. — Вновь произнёс лейтенант. — Королева Александра предвидела такой ответ и сказала, что принцессе Марии нужно ещё дожить до возраста, когда она сможет занять трон Англии. И что маленькая принцесса слабый аргумент против Ричарда де ла Поля из Дома Йорков. Особенно, если Ричарда поддержит хорошо вооружённый флот и тысяч 10−12 хорошо вооружённых и опытных наёмников, плюс сторонники Дома Йорков, которых в Англии и Уэльсе тоже хватает. — Королева и лорд-канцлер молча смотрели на лейтенанта. Тот стал оправдываться. — Я передаю только её слова, Ваше Величество, Ваша Светлость.
— Действительно, волчица. Если вцепится в глотку, то хватку не ослабит. — Произнёс Томас Уолси. Королева задумалась. Потом взглянула на канцлера, перевела взгляд на лейтенанта.
— Я поеду к ней сама. — Произнесла Екатерина. — Попрошу, если нужно на коленях.
— Ваше Величество, я бы не советовал Вам сейчас покидать Англию. — Сказал в ответ Уолси.
— А что мне делать? Сидеть и ждать, когда сюда придут наёмники де ла Поля? А они придут, теперь никаких сомнений.
Лорд-канцлер и лейтенант ничего ей не ответили и только поклонились. Спустя ещё три дня прибыл с континента гонец, сообщивший, что французский король остановил кампанию в Италии и стал перебрасывать оттуда войска на север Франции.
— Они стягивают армию к Кале. — Уверено произнёс лорд-канцлер. — И мы ничего не можем сделать. Вчера в Ла-Манше появились ливонские каперы. У них на флагштоках чёрные флаги с белыми черепами и скрещенными костями. Жгут и топят всё подряд. Даже рыбацкие лодки.
А ещё через день подвергся обстрелу сразу с четырёх каперских кораблей город-порт Саутгемптон, а высадившийся с кораблей десант безвозбранно грабил город несколько часов. Не спасли даже оборонительные укрепления города и самого порта. К тому же сами крепостные стены и башни довольно сильно обветшали, и пушек на них было очень мало. Все кованные, стрелявшие каменными ядрами раз в полчаса или даже в час…
Спустя ещё неделю, из Лондонского порта вышла каракка «Саффолк». На её флагштоке реял королевский штандарт. Екатерину отговаривали от поездки, ссылаясь на то, что море опасно, кишит каперами и откровенными пиратами. Но она никого не послушала. Молодая Королева прекрасно понимала, что если ничего не делать, то ей в любом случае придётся тогда бежать с маленькой дочерью на руках, так как удержать власть она не сможет. Если уже в самом Лондоне нарастали недовольства. Английская знать, выдвинувшаяся при Тюдорах начала дистанцироваться от Екатерины.
Примерно в десяти милях от юго-восточного побережья Англии, появились две каравеллы. На их флагштоках реяли чёрные флаги с черепами и перекрещенными костями. Это были ливонские каперы. Они стали зажимать каракку с двух сторон, беря в клещи. С одной из каравелл прогремел орудийный выстрел. Возле борта «Саффолка» взметнулся водяной столб взрыва. Это был сигнал к остановке. Капитан пояснил это королеве.
— Тогда прикажите спустить паруса, капитан. — Потребовала Екатерина. Каракка стала замедляться и, наконец, легла в дрейф. К её правому борту вплотную подошла одна из каравелл и на палубу «Саффолка» полетели крючья с закрепленные на них верёвками. — Никакого сопротивления. — Вновь велела Королева. Матросы и гвардейцы сгрудились возле капитанского мостика. На палубу полезли ливонские матросы, вооруженные пистолями и абордажными саблями. Екатерина хоть и отчаянно боялась, но гордо выступила вперёд. Она думала, что увидит оборванцев, но матросы Ливонской королевы были хорошо и добротно одеты. На них были нательные полосатые рубахи, с продольными, чередовавшимися полосами синего и белого цвета. Добротные штаны и сапоги. На многих поверх полосатых рубах, были надеты темные короткие куртки. При этом смотрели на неё нагло, ухмылялись. Даже услышала смех. Её нервы были как натянутая струна. Всё же Екатерина была молодой женщиной. Ей едва исполнилось 30 лет.
Во главе каперов стоял молодой мужчина, лет 25–28. На нём был странный, с точки зрения испанки, наряд. Дублет? Вроде нет. Колет? Нет, явно не колет. Пансерон? Нет, для пансерона одежда капера была слишком длинной, как и для колета. Екатерина так и не смогла понять, как называется верхняя одежда капера. Решила называть её дублетом. На мужчине был надет длинный, чуть выше колен дублет, чёрного цвета, с обшлагами на рукавах, на которых имелось по три золотых пуговицы и вышитые золотыми нитями якоря. Застёгивался дублет на ряд золотых пуговиц с выдавленными на них якорями. На правом рукаве, чуть выше локтя, имелся ещё один вышитый золотом якорь и корона над ним. На плечах имелись странные прямоугольные золотые нашивки с двумя золотыми звездочками, имевшие восемь лучей. Звёздочки были разделены синей полоской. Так же на нём были чёрного цвета штаны с синей тонкой полоской вдоль каждой штанины, и чёрного цвета высокие, закрывавшие спереди колени сапоги. Тёмно-русые волосы собраны в хвост на затылке и перевязанный у основания чёрной лентой. Прямой нос, красивые большие карие глаза с такими же большими ресницами. Красивые чувственные губы, которые расплывались в улыбке, когда он смотрел на Екатерину. И между губ сверкнули белизной две полоски зубов. Екатерина знала, что у многих мужчин и женщин в этом возрасте зубы не отличались большой красотой. И целых оставалась не так много. Этот капер был красив. Высок и хорошо сложен. Екатерина даже засмотрелась на него. Потом поняла, что начала краснеть. Из-за этого она разозлилась ещё больше. Он же смотрел на молодую женщину с любопытством и улыбкой. И в какой-то момент Екатерине показалось, что в его темно-карих глазах заплясали натуральные бесы. Она даже глаза закрыла, стала про себя читать молитву. Он что-то спросил у неё. Но она не знала их языка.
— Я не знаю вашего языка. Если Вы говорите на французском или на латыни, то я могу на них разговаривать. — Знает ли этот молодой капер испанский, она даже спрашивать не стала. Темные брови молодого мужчины вопросительно изогнулись. Он смотрел на неё пристально.
— Как скажите, миледи. И кто же это к нам угодил? — Спросил он на латыни. — Кто такой смелый, что отважился выйти в море на английском кораблей, да ещё без охраны?
Екатерина чуть задрала носик и сказала довольно высокомерно:
— Я Королева Англии, Екатерина Арагонская. А кто Вы? Назовитесь⁈
Офицер, а это явно был офицер, посмотрел на Екатерину удивлённо.
— Ну надо же, сама Королева Англии. Какой у нас знатный улов, Ваше Величество! — Ответил он, усмехнувшись. Потом что-то сказал остальным каперам. Они радостно загалдели. Он вновь посмотрел на Екатерину. — Прошу прощения, Ваше Величество, я капитан-лейтенант флота Её Величества Королевы Ливонии и Великой Княгини Московской Александры Комниной. Василий Карамзин. Командир каравеллы «Авангард». И что заставило, Ваше Величество пустится в столь опасное путешествие?
— Я направляюсь в Ливонское королевство. К Вашей Королеве, капитан. И поэтому требую сопроводить меня до ближайшего ливонского порта. — Кэт смотрела на Василия с вызовом. При этом отчаянно боролась с собой, чтобы вновь не начать краснеть.
— Ваше Величество, давайте сразу договоримся, что Вы ничего не можете требовать от меня, как и от остальных поданных Королевы Ливонии.
— Но…
— Никаких но, Ваше Величество. — Покачал отрицательно головой Василий. Некоторое время они молчали, глядя друг на друга. Карамзин даже чуть склонил голову на бок. При этом продолжал улыбаться.
— Хорошо, капитан. Тогда я прошу Вас, сопроводить мой корабль в ближайший ливонский порт.
