Государь. Обратный отсчёт 3 (СИ) - Алмазный Петр
Генерал выпятил лошадиную челюсть и признался:
— В какой-то момент вперед бросились штурмовые группы и забросали моих солдат дьявольскими снарядами. И… — он снова замялся, вцепившись в зудящее плечо, из которого в прошлом году извлекли русскую пулю. — И мои люди побежали.
— Побежали? — удивился герцог и скорчил презрительную мину. — И после этого кто-то позволит себе упрекнуть моих гвардейцев за отступление под Альмой? Да, шотландцы тогда не выдержали огня русской артиллерии, но они по крайней мере не уподоблялись зайцам.
Де Ласи был яростным противником системы покупки офицерских патентов, а герцог — его постоянным оппонентом. У де Ласи язык чесался напомнить его сиятельству, как тот потерял своих гвардейцев в ходе Инкерманской битвы и долго не мог их найти. Да-да, взял и потерял вместе со своим штабом.
— Покажите нам, как надо воевать, — не стал спорить сэр Джордж, сообразив, что здесь не место для дебатов и что патенты подождут.
— Ха! — воинственно воскликнул герцог и отдал приказания своим офицерам строить колонны для атаки.
Запели волынки. Застучали барабаны.
Шотландцы, четко отбивая шаг, не смущаясь смены килтов на клетчатые брюки, показали образцовую выучку в перестроениях. Их черные шапки и красные мундиры были великолепны — особенно на фоне людей де Ласи в безобразных длинных пальто с пелериной.
— Шотландская гвардия! — герцог вылетел на коне перед строем и, сорвав с головы, взмахнул в воздухе двууголкой. — Ваша тонкая красная линия на холмах Балаклавы спасла честь английской армии! Пришел час повторить этот подвиг! Вперед! Бейте врага до самых Федюхиных высот!
Сэр Джордж не сдержал громкого хмыка.
Подвиг! О, да! Сделали один залп, ранив нескольких казаков, которые и не собирались атаковать пехоту на высотах. Пресса раздула сие событие, превратив его в невероятный успех, в символ стойкости и мужества гвардии. А герцог вцепился в эту трактовку и никогда ее не упустит.
— Вперед, гвардейцы!
Красно-черные шеренги качнулись, выставив перед собой стену штыков, как дикобраз свои иголки. Двинулись, набирая скорость.
— Alba gu bràth! Шотландия навсегда! — раздался рев, похожий на медвежий.
Бородатые гвардейцы отправились за славой. А заодно узнать, во сколько эта слава им обойдется.
Глава 15
В лагере союзников бытовала злая шутка, в которой была лишь доля шутки. Солдаты с головой льва, офицеры с головой осла и генералы без головы — так они охарактеризовали нашу армию.
12-е февраля должно переменить эту нелестную оценку. Особенно после того, как самомнение сгубило и генерала Боске, и герцога Кембриджского.
О том, что случилось в лагере союзников перед атакой королевских гвардейцев, мне обстоятельно поведал один джентльмен, которого я предпочел бы видеть в разделанном виде. Увы, не вышло. Он благоразумно успел сдаться в плен.
— Признаюсь честно, ваше величество, когда шотландцы бросились в атаку, это было красиво и впечатляюще. Они опрокинули русские батальоны и погнали их вниз по дороге в неудержимом порыве. Я было на мгновение решил, что все вернулось на круги своя, как было во время Инкермана. Когда отчаянное усилие небольшого отряда приводило к невероятному успеху, когда один лишь маневр в тыл или во фланг обращал в бегство пятикратно превосходящие войска князя Меншикова.
Генерал де Ласи прервался, зашарил глазами по столу, уперся взглядом в бутылку бренди.
— Сэр Джордж, в вашем состоянии спиртное противопоказано. У вас наверняка сотрясение мозга, и лучше поберегите здоровье, — заботливо предупредил я, наступая на горло собственной песни. Мне хотелось, чтобы он копыта откинул, а не любезности ему расточать.
Голову англичанина украшала здоровенная шишка. Он схлопотал удар прикладом во время штурма его лагеря.
Атака гвардейцев, беспощадная и бессмысленная, не спасла британцев от поражения, лишь на время отсрочила. Павел Липранди сумел собрать растрепанный Азовский полк и лично повел его в атаку, вернув не только потерянный редут, но и прорвавшись в лагерь де Ласи. Он же принял и саблю у сэра Джорджа, когда тот очухался и смог хоть что-то соображать.
В общих чертах картину я представлял. Но хотелось послушать английскую точку зрения на произошедшее. Рассказ о предшествующих событиях, о том, как принимались решения генералом Боске и лордом Рагланом и как выпендривался герцог Кембриджский — это было крайне занимательно, хоть и изобиловало лишними подробностями. Де Ласи прервался на самом интересном месте.
— Прошу, продолжайте, — поторопил я своего пленника.
— Да, атака шотландцев, — сэр Джордж с отвращением промочил горло водой и продолжил. — Герцог Кембриджский слишком увлекся. Гвардейцы выбили ваших солдат из редута, заставив их разбежаться по склонам. Им бы в тот момент остановиться, но порыв оказался слишком стремителен. Они преследовали убегавших по шоссе, кололи и кололи, а потом увидели подходившую артиллерию и вконец обезумели. Захватить русские пушки, да еще на марше — о, такой приз упустить герцог не мог. В общем, они унеслись в долину, и очень скоро их отрезали.
— Но они же могли вернуться, — удивился я.
— Возможно. Только им не дали, да и герцог не силен в быстрой реакции на изменение обстановки.
Эка он его сиятельство поддел! Тонкий английский юмор?
— С вершины холма я видел, — продолжил генерал, отрабатывая ласковый прием, — как на них сперва накинулись казаки, вынудив сбиться в каре. А потом прискакала легко-конная артиллерия и буквально снесла людей герцога. Они, эти жалкие остатки от двух полков, вынуждены были отступить в сторону Балаклавы, бросив раненых, но сохранив знамена. Их спасли зуавы, выдвинувшиеся навстречу. Не знаю, жив ли, ранен ли герцог Кембриджский?
— Жив. Ни царапины, — с легкой досадой сообщил я и отпустил сэра Джорджа отдыхать, не удержавшись на прощание от шпильки: — Генерал, ваша ненависть к России привела к этой войне. Вас отправят в нашу глубинку, в Воронеж или Саратов. Хочу, чтобы вы познакомились поближе, чем живет моя страна. Может, тогда ваши бредни о замыслах России покажутся высосанными из пальца. По крайней мере, тот факт, что вас не повесили, уже свидетельствует в мою пользу. «Капризным и неуправляемым маньякам», как вы окрестили меня и моих предшественников, казнить вас показалось бы наилучшим выходом, не так ли?
Эванс де Ласи не посмел возражать. Удалился с высоко поднятой головой — или с чувством облегчения? — глубоко уверенный, что его книга «О замыслах России» четвертьвековой давности очень своевременно открыла глаза британскому обществу на агрессивную сущность русской монархии.
Мне стало интересно: а что если его захомутает в сети какая-нибудь наша бойкая провинциальная барышня и он настрогает с нею маленьких де-ласиков? По-прежнему останется убежденным русофобом?
К дьяволу этого сноба! Без него забот выше крыши. У нас порох на исходе. Чем дальше воевать?
А ведь все висело на волоске. 12-я дивизия справилась, но какой ценой! Ее фактически опрокинули всего два полка шотландцев. Генерал Химшиев убит, старшие офицеры изломали ножны сабель, пытаясь привести в чувство разбежавшихся солдат. Помогли оркестры и «знаменные ряды», как назывался в это время знаменный взвод. И, конечно, артиллерия, и то, что Липранди-младший лично контролировал действия своей бывшей дивизии и вовремя пришел на помощь.
Как только мы выбили пробку в виде лагеря де Ласи, дело пошло на лад. Боске тут же вывел свой корпус из мясорубки у Килен-балки, и прямо скажем, очень вовремя. У нас был реальный шанс его окружить.
Немного времени не хватило. Генерал Лабынцев, увидев, что помощь Липранди не требуется, уже вел отряд, занявший гребень Сапун-горы, в атаку на тыл французов. Но они изящно ускользнули. Прошли сквозь главную квартиру лорда Раглана и соединились с основным отрядом Канробера.
