Александра. Большая игра 2 (СИ) - Ростов Олег
Он засмеялся. Покачал головой.
— Ловко. Ну если только так, да ещё калмыки с крымчаками пойдут, то может и получится…
Казанское ханство. Казань. Ханский дворец. 7 неделя аль-Ахад, 12 месяца Зу-ль-хиджа, 920 года Хиджры (17 января 1515 года от Рождества Христова)
К хану, вкушающему истекающий жиром плов, зашёл ханский калга.
— Великий хан, для продлит твои годы Всевышний, пришли вести из Москвы.
Мухаммед-Амин, взяв пальцами плов засунул его в рот. Прожевал, проглотил.
— Говори.
— Князь Московский Василий, собирается весной идти на Сибирское ханство.
Хан посмотрел на своего калгу заинтересованно.
— А что так? Как мне известно, он ещё с Литвой не замирился.
— Да, Великий хан. Но Литве сейчас не до Москвы. На них ливонская волчица, Искандер-Султан, давит и гяуры императора.
— Значит он решил воевать этого мирзу Ангиша. Хотя какой он мирза. Говорят, он бастард и крови чингизовой в нём нет ни капли.
— Да, Великий хан, так говорят в степи. Но не это главное. Главное то, почему русы идут воевать сибирцев.
— И почему?
— У него, у Ангиша большие сокровища. Золото, серебро, драгоценные камни, изумруды, яшма, алмазы, аметисты и ещё какие-то, за которые шейхи и султаны готовы платить большие деньги, золотом.
— Что? — Мухаммед-Амин моментально забыл про плов. Даже вскочил на ноги с белой кошмы-войлока. — Откуда такие сведения?
— Об этом вся Москва гудит. Даже гяуры-рыцари из Европы пришли со своими отрядами. Тоже хотят поучаствовать. Говорят, об этом сказала открыто Искандер-Султан. Даже перечислила, что у него там есть.
— Искандер-Султан… Исчадие шайтана. Дочь Иблиса. Проклятая гяурка… А откуда она узнала?
— Говорят, к ней приехала Хозяйка Медной горы, у которой Ангиш и хранит свои сокровища. На самой на ней зелёные одежды были надеты, украшенные изумрудами. Она тоже была у Князя Московского Василия.
— Какая ещё Хозяйка Медной горы? Первый раз об этом слышу… Подожди. У Ангиша целая медная гора???
— Да, Великий хан. И изумруды с алмазами, яшмой и аметистами. — Кивнул калга. Лицо хана исказилось в злобной гримасе.
— Ангиш, собака поганая! Шелудивый пёс. А мне плакался, что плохо у него всё. Что поизносился. Что сибирцы бунтуют, ясак платить не хотят. Паскуда. А у самого и золото, и серебро, и изумруды с алмазами! Вот скажи мне, как верить людям?
— Ангишу верить нельзя, Великий хан.
— Это хорошо, что русские идут походом на Ангиша. А сколько мы можем туда послать нукеров?
— Совсем мало, Великий хан. Мы отбиваемся от набегов Калмаков-ойратов, этих детей шайтана, язычников. Хотя в последнее время их натиск немного ослабел. Они добивают Большую Ногайскую Орду.
— Там ещё не всех ногаев вырезали? — Усмехнулся Мухаммед-Амин.
— Нет. Некоторые, особо сильные рода сопротивляются. Но их всё равно выдавливают в Казахское ханство и в Персию. Но калмаки и к казахским ханам уже заходят. Грабят, вырезают целые кочевья. При этом у них артиллерия Искандер-Султан.
— Везде эта Искандер-Султан… Говорят, она очень красива? Это правда?
— Правда, Великий хан. Все, кто её видел, отмечают это. Некоторые мусульманские имамы, с кем она общается сравнивают её с гурией.
— Она общается с имамами?
— Да. С имамами и муллами. Она очень хорошо знает Коран, шариат, сунну. На память цитирует хадисы. Знает труды исламских мыслителей и философов. Это отмечают все. Она, неверная гяурка, но знает священные книги ислама лучше, чем многие мусульмане.
— Поразительно. — Произнёс хан.
— Это так, Великий хан. Она очень опасный противник. Недаром, падишах осман даёт за неё миллион султани золотом. Знаете, Великий хан, в степи пошли разговоры, особенно у калмаков-ойратов, что Искандер-Султан реинкарнация ханьши Хутулун, праправнучки Чингис-хана. Женщины-воина.
— Ты что несёшь? С ума сошёл?
— Великий хан, я говорю то, что слышал. Эссен-хан…
— Он не хан. Он не может быть ханом. Только чингизиды могут быть ханами! Он всего лишь тайши.
— Да, Великий хан. Но ему вручила ханский бунчук Искандер-Султан. И монгольские ойраты признали его ханом. И он сказал, что ханум Искандер воплощение Хутулум. Что при рождении девочки в неё вошёл дух Хутулун. Женщины-воина, праправнучки Чингис-хана. И они в это верят и готовы идти с ней до конца.
— Проклятая гяурка! Она ведьма. — Мухаммед-Амин замолчал. Некоторое время думал, потом посмотрел на своего калгу. — Миллион султани золотом… Это много. Это очень много, калга. Но… Почему то мне кажется, что она стоит гораздо дороже… И всё-таки, сколько мы можем выделить воинов?
— Для чего, Великий хан?
— Для того, чтобы взять Ангиша. Я должен добраться до сокровищ раньше, чем неверные русские.
— Пять тысяч сабель, Великий хан. Больше нельзя, иначе оголим другие участки ханства.
— Значит так, пошли туда к Ангишу своих людей, пусть смотрят и разузнают всё, что нужно. И приготовь не пять, а десять тысяч сабель. Надо снимай с других территорий моей державы.
Калга посмотрел на хана, но ничего не возразил. Только поклонился ему.
— Да, Великий хан. Я всё сделаю. — Выйдя от правителя, он только сокрушённо покачал головой…
Московская Русь. Москва. Начало января 1515 года от Рождества Христова по сентябрьскому стилю (7023 год от Сотворения мира).
— Матушка, тут к тебе Давыдов челом бьёт. — В мои покои заглянул Богдан. Мы как раз с сержант-дамами разбирали дворцовые этикеты и моё венчание. Агнеша недовольно поморщилась на Богдана, но промолчала, взглянув на меня.
— Позови. — Велела я. Богдан исчез, но тут же ко мне в кабинет зашёл лейтенант Давыдов, который ходил в набег на Литву с юга, вместе с казаками и татарами.
— Госпожа генерал-майор! — Вытянулся он по стойке смирно. — Ваше Высокопревосходительство. Командующая Корпусом. Матушка Государыня!
Михаил застыл. Я некоторое время смотрела на него, потом махнула рукой.
— Иди, Михайло, садись. Девочки, чай налейте лейтенанту. — Первая сразу подскочила Ксения. Я взглянула на неё. Взяла это на заметку. Похоже, к Давыдову Ксюша наша не совсем равнодушна. Михаил сел на стул. — Говори. — Сказала ему.
— Матушка, оборони меня от полона.
Все удивлённо на него посмотрели.
— Поясни, Миша? — Задала ему вопрос. — Вроде ты полон отдал, князя Острожского
— У меня по мимо него ещё есть. Матушка, ты же знаешь, я ходил на Литву.
— Знаю, Миша. Я сама тебя туда посылала!
— Так вот. В Киеве карачибеки Ширин Агиш и Мансур Хаджике подарили мне двух княжон и княжича. Матушка, я не знаю, что с ними делать. Забери их, богом прошу.
— Что за княжны?
— Одна литовская княжна, Александра Ходкевич. Вторая княжна персидская. Айтан, что значит луноликая, прекрасная. И её брат. Княжич Аббас. Матушка они фанатики. И брат, и сестра. И ещё, Аббас оберукий, хорошо владеет саблями в обеих руках.
— Я не совсем поняла. Что значит оборони от полона?
— Избавь меня от них.
— Что значит избавь?
— Забери их у меня. Прошу тебя.
Я удивлённо смотрела на парня. Ничего не понимала. Я знала, что обе княжны юны, красивы. А тут, фактически, юноша отказывается от двух молодых девушек. Хотя имел полное право попользовать их.
— Что, Михайло, не понравились они тебе в постели? — Задала ему провокационный вопрос.
— Прости, Матушка. Но я никого из них не позорил. Я офицер Корпуса, а не дикий кочевник или ещё какой сброд. У меня есть честь.
Я смотрела на него, и не могла поверить. Да неужели, я начала воспитывать всё же настоящих мужчин??? Встала, подошла к Михаилу. Он попытался вскочить, но я его тормознула.
— Миша, ты что, правда не воспользовался своим правом? Ни с одной из них?
— Нет, Матушка. Я же офицер Корпуса!
— Молодец, лейтенант! — Я отошла от него. Улыбнулась. Значит я всё правильно делаю. — Я рада, что у меня такие офицеры. Для которых честь, превыше всего. Хорошо, но раз ты не хочешь персидскую княжну и литовскую, то кто тебе нужен?
