Участковый.Компиляция (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна
Минут пятнадцать прошло только в уговорах, но потом Младший таки решил поделиться.
Переводя с народно-матерного и убирая все эканье и меканье, он решил прогуляться. Неподалеку от кладбища расположена чебуречная. Закрывается она как раз в одиннадцать, к двенадцати на помойку выносят то, что не доели и не забрали… есть чем поживиться. Вот там он и ждал.
Ожидания не были обмануты. Собрав урожай, бомж по кличке Тюха отправился обратно домой.
Тут-то он их и увидел. Двоих людей.
Вылезали они из большой машины, типа джипа. Номер?
Да кому он нужен? Но кажется, он в грязи был… нет, не обратил внимания. И на этих-то посмотрел потому, что один шел, а второго тащил на себе. Явно ж человек без сознания.
Что пришло Тюхе в голову? Да развлекушки мажорские! Как только эти щенявки ни чудят! Привезти алканария и оставить среди могилок. То-то ему поутру будет весело! Лишь бы не рехнулся…
А еще на нем одежда, часы, наверняка мобила, ботинки…
Короче, сам нажрался – сам и виноват.
Убивать Тюха не собирался, но поживиться за счет растяпы сам Бог велел. А потому продолжал следить. Мужик оттащил свою ношу к свежим могилам и, недолго думая, вывернул из земли крест.
Вот тут Тюха ошалел. Кресты не на ладонь вкапывают, а этот… этот его выдернул так, словно спичку из коробки. Не особо и напрягаясь.
Луна светила, все хорошо видно было. Почему Тюху не заметили?
Да кто ж его знает… Вообще, для него здесь дом родной, а эти-то чужие, вот и не увидели. Да и сам он не дурак, с подветренной стороны зашел…
Ирина покивала и продолжала слушать.
Потом первый что-то делал на земле со вторым, а потом воткнул крест обратно.
Уже с человеком на нем.
Кровь Тюха не разглядел и, что человек прибит, тоже не понял. Но страшно стало… Выражение «оцепенел от страха» не на пустом месте родилось.
Оставалось только смотреть. Как мужик чего-то рисует вокруг креста. Как что-то читает непонятное, пару слов Тюха услышал, ветер-то дул от них в его сторону, вот и донесло, но это явно был не русский язык.
А потом первый ударил второго чем-то в грудь и продолжил читать.
– Они рядом стояли? – уточнила Ирина.
– Ну да. Рукой подать.
– А прибитый не орал, не дергался?
– Нет.
– А вообще – шевелился?
– Н-нет, пожалуй.
– Опоили или обкололи, – кивнул Федя.
Ну да. Без сознания – это логично.
– А первый выглядел довольным, когда уходил? – дернул черт Ирину за язык.
Тюха серьезно задумался.
– Вроде нет. Даже ругался чего-то…
Ирина и Федя переглянулись.
– Это что – нам серию на кладбищах ждать? – озвучил ее опасения кинолог.
Ирина пожала плечами. Вряд ли. Почему-то ей так казалось, но почему? Черт его знает…
– А можешь их описать? Первого?
– Здоровый такой…
Нормального описания получить так и не удалось.
Здоровый, мускулистый, в чем-то темном, вроде джинс и свитера… Волосы вроде светлые, стянуты в хвост, лицо… обычное лицо.
Да, негусто.
Ирина понимала, что большего не добьется, не тот контингент. Но…
– Слушай, а мужик с собой просто принес второго?
– Да.
– А крест стоял?
– Да.
Ирина и Федя переглянулись.
Крест, вот в чем проблема. Если кто видел обычный крест, к нему человека прибить – дохлый номер. Нужно что-то покруче. Помассивнее, посерьезнее…
Вопрос: кто установил этот крест?
Ребята переглянулись, поблагодарили и отправились восвояси.
По закону полагалось бы доставить того же Тюху к начальству, снять показания, да много еще чего сделать.
По закону. А по жизни…
Ирина даже не сомневалась, что больше от него никто и ничего не добьется. Увы… Не доверяют у нас полиции, сколько ни переименовывай.
С тем они и отправились в обратный путь.
– А на диктофон я их все-таки записал, – Федя коснулся кармана.
Ирина тоже записала. Только вот пользы от той записи ноль целых хрен десятых.
– Давай сначала издалека посмотрим? Вдруг попы не уехали?
– Не хочешь встречаться?
Ирина покачала головой.
Нет, не хочет. Совсем не хочет, никак не хочет… неясно почему, но – вот.
Церковники уже уехали.
Ирина потихоньку подошла к Коле.
– Слушай, мы тут погуляли немного…
– И как – результативно?
– Вполне, – кивнула Ирина. – Послушаешь?
Коля кивнул, прослушал запись разговора с бомжами и перекинул к себе на телефон.
– Задержать их никак нельзя было?
– Могу объяснить, где нашла, – Ирина пожала плечами. – Коль, а правда, кто этот крест делал? Ведь человека, считай, выдержал?
– Хм… верно. Можешь, когда хочешь!
Забегая вперед, оказалось, что крест делали в кладбищенской мастерской. Ребята тоже удивились, но им позвонили и попросили сделать крест именно такого размера. А потом и оплату привезли, наличкой…
Кто принес?
Да, мужик какой-то, кто его там разглядывать будет, кому он нужен? Никто и не разглядывал. И камеры его не засняли. А и засняли бы, что толку? Вряд ли убийца пошел бы сам, скорее, послал бы кого-нибудь постороннего, да хоть и человека с улицы, а сам проследил за ним.
– Сейчас я, минуту.
Ирина никого не знала, но Коля явно нашел знакомых. Подошел, пообщался, дал послушать запись…
Может, и заслуги себе припишет. Ну и пусть.
Вернулся Коля через пять минут и, выдав деньги, отправил Ирину в ближайший ларек. За чем-нибудь съедобным, желательно не ядовитым. А то купишь так беляшик на улице, потом всю его родословную помянешь…
Ирина спорить не стала, сходит, не переломится, а еще сытые мужчины разговорчивее голодных.
И верно. За перекусом речь зашла и о церковниках, которые ее интересовали.
– У нас в области архиепископ, – пояснил Ирине один из мужчин, активно пережевывая гамбургер. – А хочется ему митрополитом быть. Для этого ему надо там какие-то преференции…
– Вроде как в игре? Накопил бонусы – пожалуй на другой уровень?
– Да, примерно так. А тут такое происшествие. Не скроешь, и до патриарха дойдет. Какие там повышения, голову б не открутили.
– Ну, голову-то вряд ли открутят.
– А перевести куда и разжаловать могут. Был ты у нас епископом, а будешь в тьмутаракани коровам проповедовать, – фыркнул кто-то. – У них в этом отношении не хуже, чем у нас. Дан приказ – иди и молись.
– А приезжали-то они зачем?
– А хрен их знает, – откровенно ответил тот же товарищ с гамбургером. – Вот как хочешь… прошлись вокруг, преподобный или как там его, нам на мозг покапал, мол, найдите обязательно, паренек телефоны оставил, мало ли, что потребуется.
– А третий?
– Чего-то ходил, смотрел… на расстоянии. Потом ушел вместе со всеми.
Ирина задумалась. Интересно складывается…
Получается, в церкви тоже что-то вроде полиции есть? Хотя чего тут удивительного? Любая структура рано или поздно обрастает подобными полезными вещами. Сначала для внутреннего пригляда, потом для внешнего.
В любом случае не хотела бы она им на глаза попасться.
– А дело заберут?
– Ага, скорее всего в СК. Жалко?
Ирина покачала головой.
Чего ей жалеть? У нее свои вопросы и свои задачи. А без преступлений века обойдемся. И целее будем, и спокойнее…
Героем-то на них точно не станешь, на этих вековых преступлениях. А вот трупом или крайним – запросто.
Вечером она отправилась по своим делам. А именно, в тот дом, где жила Прасковья Никитична.
Двор был спокойным, ничего не напоминало о случившейся недавно трагедии… Нет, за дверью, за которой нашли Николая Петровича, слышался какой-то шум.
На ловца и зверь бежит?
Ирина постучала костяшками пальцев.
Ждать пришлось недолго, дверь открылась. На пороге стояла женщина лет пятидесяти, круглолицая и симпатичная. Чем-то она Ирина напоминала украинку.
Брови такие… Вот хоть Солоху играть запускай! Постаревшую, но не утратившую способность сажать мужиков и чертей в мешки.
