Евгений Лукин - Мгновение ока (Неокиберпанк)

Старший оперуполномоченный Мыльный отличался крайней любознательностью, однако тщательно скрывал от сослуживцев это своё весьма полезное для работы качество. Причина была проста: в босоногом детстве будущего опера дразнили Варварой – в честь незабвенной гражданки, якобы, лишившейся на базаре носа, а ребяческие впечатления, как известно, наиболее глубоки и болезненны.

Неистребимый интерес ко всему новому Мыльный скрывал довольно хитро: скорее выпячивал, чем скрывал, мудро придавая своему любопытству черты скепсиса.

– Во даёт! – цинически всхохотнул он, когда новая, только что установленная программа «Пинкертон» вывела на экран первый десяток подозреваемых. Против каждой фамилии была обозначена в процентах вероятность совершения данным гражданином данного проступка. – Так и поделим, – глумливо сообщил опер неизвестно кому. – Этому – двадцать четыре процента срока, этому – одиннадцать…

А главная прелесть заключалась в том, что преступления-то никакого не было вообще – старший оперуполномоченный его сам придумал. Никто никого не убивал и не грабил вчера в Центральном парке в ноль часов пятнадцать минут местного времени. Тем не менее в списке подозреваемых значились вполне реальные люди. Кое-кого Мыльный, помнится, даже допрашивал когда-то – по другому, естественно, делу.

Круглая тугая физиономия стала вдруг хитрой-хитрой. Тыча в клавиши тупыми толстыми пальцами, любознательный опер набрал собственную фамилию – и скомандовал ввод.

Секунды через четыре компьютер сообщил, что вероятность участия гражданина Мыльного А. М. во вчерашнем (им же самим вымышленном) злодеянии равняется примерно одному проценту.

Угодивший в подозреваемые хмыкнул и, с треском почесав коротко стриженный затылок, проверил за компанию нелюбимого им полковника Непадло. К великому разочарованию старшего оперуполномоченного, против означенной фамилии выскочили жалкие 0,2 процента.

Хотя – понятно. Убийство и грабёж ещё ведь не каждому по губе. Это тебе не генералу задницу лизать…

Тут Мыльного осенило. С сатанинским выражением лица он вновь склонился над клавиатурой. Фамилию начальника, место, время и дату оставил неизменными, а вот деяние сменил. Теперь формулировка была такова: получение взятки от криминальных структур в особо крупных размерах… Нет! В особо крупных – много чести! Сотрём. Просто: получение взятки от криминальных структур…

Ответ последовал почти незамедлительно. Цифра на экране возникла столь внушительная, что Мыльный даже присвистнул. Затем насторожился и вышел из программы, не сохраняя данных. А ещё через пару секунд дверь открылась – и в кабинет ступил полковник Непадло собственной персоной.

Высокий, сухощавый, седовласый – ему бы в кино играть кого-нибудь сильно положительного. Полковника МВД, например. Вот только портили портрет Герману Григорьевичу судорожно подвижный поршень кадыка да беспокойно блуждающий взгляд.

В целом же – вопиющее несоответствие характера и унаследованной от запорожских предков фамилии.

– Осваиваешь? – отрывисто осведомился вошедший.

Был он не на шутку чем-то озабочен.

– Да освоил уже… – хмуро отозвался Мыльный.

– И-и… как? Надёжная штука?

Оперуполномоченный скорчил пренебрежительную гримасу и неопределённо повел округлым плечом. Так, дескать, баловство.

Полковник Непадло помялся, подвигал кадыком, поблуждал глазами. Кашлянул.

– Дзугаева проверить надо, – сказал он наконец.

– Его не проверять, его брать надо, – проворчал Мыльный, набирая в нужных окошечках: Дзугаев Ваха Данилеултанович. – Что шьём?

Не получив ответа, обернулся. Полковник Непадло пребывал в легком замешательстве.

– Да депутат один на генерала нажал, – не совсем понятно и как бы оправдываясь проговорил он. – Люди-то – пропадают. Один за другим… Дескать, вот и компьютерами нас оснастили, а всё равно пропадают…

– Так, – понимающе поддакнул Мыльный, выжидательно глядя на полковника.

– Н-ну… Слыхал, наверно, какая про него поговорка ходит? Про Дзугаева…

– Слыхал. Моргнёт левым глазом – и нет человека.

– Вот проверить надо.

Ошеломлённое выражение исчезло с округлой физиономии Мыльного столь быстро, словно бы вообще не возникало.

– Сделаем, – невозмутимо молвил он, снова поворачиваясь к монитору. – Какого-то конкретного человека или?..

– Или, – жёлчно отозвался полковник.

– Понял… Значит, место преступления – не установлено. Время – не установлено. Потерпевший – не установлен… – Голос Мыльного звучал – комар носа не подточит! – серьёзно, буднично, деловито, но, сказать по чести, давно так не веселился старший оперуполномоченный. – Орудие преступления: левый глаз… Действие… Хм… Действие…

– Мигнул, моргнул… – сердито подсказал Непадло.

– Нет… Мигнул, моргнул – она не поймёт. Тут это надо… существительное… Миг?.. Морг?..

– Какой морг? – вспылил полковник. – Морг ему! Пиши – моргание.

– Моргание… – с наслаждением повторил Мыльный. – Причинённый ущерб – исчезновение потерпевшего. Есть, Герман Григорьевич! Готово. Вероятность – ноль целых ноль десятых процента… Могу распечатать.

– Распечатай! – бросил тот. – Отнесу генералу, а он уж пусть разбирается с этим… с депутатом… – Полковник посопел, похмурился. – Погоди-ка! У тебя ж там, в компьютере, весь наш район, так?

– А как же! База данных, – подтвердил Мыльный, не без удовольствия выговаривая недавно заученные слова.

– Много времени займёт всех проверить?

– Вообще всех? Или только с судимостями?

– То есть как? – Полковник оторопел. – У тебя там что? И несудимые тоже?.. А что у тебя на них?

– Адреса, анкетные данные…

– Откуда?

– Пашу попросил – а он в паспортном столе скопировал. Там ведь сейчас тоже всю документацию дублируют, в электронку переводят…

– М-м… – Полковник поколебался. – Нет, ну их к чёрту! Давай одних судимых.

– Без проблем! – Мыльный убрал фамилию Дзугаева и, наведя курсор на кнопку «Все дела», щёлкнул левой клавишей мыши. Вознамерился было откинуться на спинку стула, как вдруг по экрану побежали первые строчки. Фамилии и адреса подозреваемых.

– Не понял…

Строчки приостановились – и побежали снова. Замерли. Дёрнулись. Замерли. Итого: двадцать две фамилии.

– Глючит! – придя в себя, с досадой бросил Мыльный. – Это бывает. Сейчас перегружусь.

Он вышел из программы и перегрузил компьютер. Непадло ждал, хищно подавшись к монитору ястребиным профилем.

Нарочито замедленно, каждый раз проверяя написанное, Мыльный ввел в окошки тот же текст и вновь щёлкнул по той же кнопке. И опять побежали строчки. Всё те же двадцать два подозреваемых. Моргнут левым глазом – и нет человека…