Максим Хорсун - Рождение Юпитера
– Они могут сделать прогноз поведения Солнца, скажем, на ближайший звездный год? Когда прекратится его расширение?
– Их прогноз не имеет смысла. Согласно их расчетам, Солнцу никогда не полагалось достигнуть нынешнего размера. Текущие параметры делают Солнце крайне нестабильной звездой. В любой момент оно способно сбросить внешние слои атмосферы и начать гравитационный коллапс.
– Значит, времени нет абсолютно, – пробормотал, сжимая кулаки, Шелли. – Они могут проанализировать имеющиеся данные по инопланетным технологиям и дать ответ сейчас? Ну, хоть какой-нибудь?
Шаровая молния некоторое время молчала. Даже свечение ее стало менее интенсивным, и отсек наполнился пыльным сумраком.
Наконец, плазменный мозг принял решение:
– Нет. Они не могут.
– Если бы мы только нашли способ дотянуться до звезд… – проговорил Шелли с мольбой в голосе. Самому «Страннику» пронестись по галактикам, – все равно что «Рурку» перелететь с луны на луну в окрестностях столичной Нептунии. Только цену за господство над пространством «Странник», а в прошлом – научно-экспериментальное судно «Баунти», и его экипаж из двенадцати человек заплатили непомерную. По человеческим меркам – чудовищную цену.
– Они предлагают назначить новую встречу, – сказала шаровая молния. – Когда Око Императора обогнет Химеру и направится к Солнцу, у них, возможно, будет готов ответ.
Шелли с сожалением покачал головой. В какой-то миг он даже решил, что Капитан хитрит. Что отныне это создание станет врать и изворачиваться, дабы регулярно заполучать на борт корабля-призрака пришедшегося по душе молодого человека.
Сначала Шелли поморщился от отвращения, однако, подумав, отмел эту версию. «Странник» слишком чужероден, чтобы испытывать человеческие чувства. Даже его «с-соскучалисссь…» – всего лишь ширма, за которой скрывается совсем иная потребность.
– Тебе нужно уходить… – сказала шаровая молния. – Парад планет Сопряжения рушится. Скоро внесистемная транспортная сеть выйдет из строя.
Шелли встрепенулся.
– Как?.. Впрочем… я догадываюсь. Опять Плутония!
Плутонианские экстремисты! Вечные борцы за независимость непонятно от чего и во имя чего. Как некстати! Плутониане – вот по кому плачет Партия!
Жаль, что официальное Сопряжение не заинтересовано в культивировании гена Золотой Удачи у мутантов. Божки мира людей – члены Пермидиона, заседающие на Трайтоне, предпочитают бросать в пламя ритуальных схваток благородных юношей. Плутонианам же позволено участвовать в Партии по желанию. Смешное неравенство, когда благородный оказывается в менее выигрышном положении, чем когда-то лишенное статуса человека отродье…
– Внесистемная транспортная сеть под угрозой… такое случается. Эти возмутители спокойствия не причинят серьезных неприятностей! – не так уверенно, как самому хотелось, отмахнулся Шелли. – Плутонианских бунтовщиков усмирят в течение сидерических суток, орбиту планеты синхронизируют…
Без сомнений – синхронизируют, ведь иначе нельзя. Три крайних планеты Сопряжения – Урания, Нептуния и Плутония – перемещаются вокруг Солнца дружным строем; между ними протянуты нити гравитационных лучей, образующих всем известную транспортную сеть. Благодаря ее существованию продолжительность межпланетных перелетов сократилась до нескольких недель, что само по себе – великое достижение человеческой науки, учитывая расстояния окраин.
Увы, но сверхтяжелые Юпитерекс и Сэтан не покорились макроинженерам прошлого. Они продолжают двигаться по своим орбитам точно так, как делали это миллиарды лет до начала эры господства человека в околосолнечном пространстве. Сообщение с ними, вернее, с их спутниками, поддерживалось посредством кольца транзитных станций, которое строилось, если не врут историки, более двух тысяч лет.
Через весь обитаемый космос тянутся невидимые магистрали, и в любой точке пространства Сопряжения можно отыскать «короткую дорожку» к любой планете, к Солнцу или к далекой Химере.
Если Плутония «выпадет» из строя Сопряжения, то внесистемный сегмент сети на какое-то время «рухнет», – это плазменное сознание «Странника» заметило верно. Плутонианские радикалы обожают мелкие пакости, даже если они чреваты нешуточным наказанием.
– Они обнаружили двадцать кораблей, несущих оружие. Группа идет курсом Плутон–Седна. Они полагают, ваши экстремисты решат сами, кого усмирять в Солнечной системе, а кого – нет.
Название мятежной планеты, произнесенное на старинный доимперский лад, резануло слух. Все-таки «Странник» – древняя посудина. Сколько же ему лет? Современное Сопряжение существует пятнадцать… пятнадцать с половиной тысяч лет, если брать в счет период Становления. А до того была Тысячелетняя смута. Была Империя Вторая, просуществовавшая около двухсот лет, было Многолетнее Варварство с нечеткими временными границами. На заре времен Солнечной системой владела Империя Лун, центр которой находился в окрестностях Юпитерекса. Шелли не знал, когда именно взошел на трон первый император. Давно, очень давно. Точную дату можно будет подсмотреть в исторической энциклопедии, когда он вернется домой, на Трайтон. Если вернется.
А «Баунти» построили до рассвета Империи Лун.
– Плутон–Седна? – переспросил Шелли. Слова Капитана откликнулись в душе неожиданной тревогой. – Там же Брут! Там же строят ковчег! Что бандиты забыли на Седне? Хорошо бы предупредить местный прайд… Когда плутонианские корабли достигнут планетоида?
– Они опасаются, что прибытие бандитов к Седне совпадет по времени с отключением сети.
– Если выйдет из строя транспортная сеть… – Шелли на миг замолчал, а затем зачастил на одном дыхании: – Седна – это аппендикс. Гравитационной направляющей нет. Отступить еще дальше, к Химере, невозможно. Население планетоида окажется в ловушке! Более того, когда сеть восстановится, ничто не помешает плутонианам вернуться к ближайшей магистральной развилке, а затем запутать следы, прежде чем к Седне подоспеют патрульные силы Сопряжения.
Он отступил к выходу из рубки.
– Капитан, я должен спешить.
– Должен, – согласилась шаровая молния, – но они так с-соскучалисссь, так с-соскучались…
Мысленно проклиная предстоящую задержку, Шелли расстегнул воротник, открыв жилистую шею. С левой стороны – там, где под кожей угадывалась пульсация артерии, – к шее крепился уродливый нарост вытянутой формы: неприятная мешанина дикого мяса, серое пятно, которое можно было накрыть подушечкой большого пальца. Шелли полагал, что подцепил эту дрянь, когда сопровождал Климентину в ее псевдонаучных изысканиях на Пангее. Он собирался избавиться от нароста хирургическим путем, однако каждый раз операция по каким-то причинам откладывалась. И лишь оказавшись на борту «Странника», Шелли вспоминал, при каких обстоятельствах и для чего его одарили этим недугом.
