Эхо отражений (СИ) - Марченко Геннадий Борисович
Подумалось ещё, что могу встретить самого себя, и чем эта встреча может закончиться — одному богу известно.
Не прокатило. В том плане, что попасть-то в эту комнату я попал, что меня несказанно порадовало, поскольку я понял — за одну ночь в прошлое можно отправиться не единожды. Разве что в висках молоточки застучали, но я отнёс это на счёт волнения.
Вот только попал я сюда… с пустыми руками. Ларец с драгоценностями попросту исчез в момент перехода.
Я, конечно, малость прифигел и сильно расстроился, однако при виде на столике того же ларца моё настроение резко пошло вверх. Тут же кинулся к нему, открыл, надавив на змейку, ларец открылся, и я вытряс из него содержимое на столик. Сам ларец прихватил с собой. Будет загадка для хозяев этих сокровищ, почему неизвестный воришка, невесть как пробравшийся в дом, украл только ларец.
И этот ларец никуда не исчез, когда я вернулся к себе в комнату. А возвращение получилось тревожным и болезненным. В мозгу словно раскалённый штырь ворочался, да ещё и носом кровь пошла. Ну и общее состояние было такое, будто марафон пробежал. Похоже, второй прыжок в прошлое за одну ночь был лишним.
Ну вот хоть убей меня — не поверю, что Росси или кто-то из её предков не пытались дважды за ночь провернуть этот трюк. Может, у них со здоровьем всё было в порядке, и это только у меня такое? Здесь можно только гадать. По идее хорошо бы пройти медобследование со всеми этими томографами и КТ. Фиг его знает, к каким изменениям в организме могут привести метания по временным пластам.
Принял душ, более-менее оклемался, и завалился спать. Утром пришлось вставать в семь утра, чтобы не опоздать на работу. Пятница, выходной только завтра. Голова ещё побаливала, но таблетка «Спазгана» принесла некоторое облегчение, а то уже шефу хотел звонить, отпроситься. В принципе, в конторе работа сетей мною поддерживается в нормальном состоянии, если только какой-то форс-мажор случится, ну или оборудование заменить старое на новое. Но такое и первое, и второе случается редко.
Тем не менее я всё же оделся и отправился на работу. В офисе у меня выдалось немало свободного времени, и я помимо того, что успел вздремнуть после ещё одной таблетки обезболивающего, так ещё и поискал варианты с экспертизой артефакта из далёкого прошлого. Вот как будет на руках заключение с ориентировочной стоимостью — так можно и выставлять на торги.
Наилучшим вариантом я посчитал институт независимой экспертизы и оценки, который готов был провести искусствоведческую экспертизу. Позвонил по указанному номеру, и был приглашён завтра к 10 часам утра — по субботам, как и было указано на сайте, они там тоже работали.
Ларец положил в тот же рюкзак, и прибыл по указанному на сайте адресу за десять минут до назначенного времени. Сначала я побывал в бухгалтерии, где оплатил заявку на исследование одного предмета, а при получении заключения придётся ещё выложить некоторую сумму, пока неизвестно какую. После чего провожатая — молоденькая, но невзрачная лаборантка — отвела меня в кабинет к какому-то лохматому типу, которого ещё по пути мне авансом представила, как Антона Васильевича Кулебяку, добавив, что он кандидат искусствоведческих наук. Когда мы вошли, Кулебяка, одетый в белый, но не совсем, как мне показалось, свежий халат, изучал через лупу какую-то вещицу, похожую на старинную дверную ручку. При нашем появлении отложил ручку в сторону и уставился на меня сквозь толстые линзы очков с сильными диоптриями, отчего глаза его казались неестественно большими.
— Вот, Антон Васильевич, это к вам.
— Так, ну и что у вас, молодой человек? — поинтересовался он,
Я молча извлёк из рюкзака ларец, на котором тут же сконцентрировалось внимание кандидата искусствоведческих наук.
— Занятная вещица, — пробормотал он себе под нос, согнувшись и приблизив лицо к артефакту. — Похоже… м-м-м… Похоже на вторую половину XV века. И сделано, судя по всему, в Италии. А если точнее…
Он снова вооружился лупой, начав исследовать узоры на ларце, при этом подняв очки на лоб.
— А если точнее, — выдал кандидат искусствоведческих наук минуты через две, продолжать разглядывать узоры, — то это Тоскана. Вот, видите это маленькое клеймо в виде лилии? Оно принадлежало тосканской гильдии ювелиров вплоть до начала 18 столетия. И это — я на 99% уверен — чернёное серебро.
Он выпрямился, вернув очки на место.
— Однако, как хорошо вещица сохранилась для своего возраста! Я бы мог даже это принять за новодел, но… Всё указывает на то, что это оригинал второй половины XV века, расцвет эпохи Возрождения. Впрочем, окончательный вердикт я смогу вынести лишь после тщательного исследования, а на это понадобится несколько дней. Откуда этот ларец у вас, если не секрет?
— Получил в наследство вместе с комнатой в коммуналке и несколькими антикварными вещами, — выдал я заранее заготовленный вариант. — Всё на законных основаниях.
— Понятно, — пробормотал он с сомнением в голосе. — Ладно, ваш телефон у нашего администратора есть? Вот и прекрасно, как будет готово заключение — вам позвонят.
Вроде как предлагал выметаться.
— А что насчёт камней в глазах змейки? — спросил я, прежде чем распрощаться. — Они драгоценные?
— Ну, это у нас есть свои специалисты. Вернее, специалист, Ольга Евгеньевна Прокофьева. Она геммолог с большим стажем.
— Только в заключении укажите хотя бы примерную стоимость изделия.
— Ну это я навскидку и сейчас могу сказать. Как минимум 150 тысяч, но это у самого прижимистого любителя антиквариата. А по максимуму… Можно за него и весь миллион получить.
— Ого, — невольно вырвалось у меня. — А вы не знаете, часом, таких антикваров, кто сможет дать достойную цену?
Кулебяка пожевал губами, покосился на лаборантку, так и стоявшую позади меня, потом наконец выдал:
— Есть у меня на примете человек, но давайте об этом более детально поговорим, когда будет готов заключение.
Во вторник после обеда мне на сотовый позвонили и сказали, что я могу забирать свой ларец вместе с результатом экспертизы. Оставалось лишь доплатить ещё три тысячи в довесок к авансу из тысячи двухсот рублей, заплаченных в субботу.
Причём ларец мне вместе с заключением возвращал сам Кулебяка. Экспертное заключение подтверждало предварительный вывод кандидата искусствоведения: Тоскана, вторая половина 15-го столетия. Основной материал — чернёное серебро. В глазницы змейки, как я и предполагал, были вставлены маленькие изумруды.
— А ларчик-то оказался с секретом, — вручая мне раритет, прищурился сквозь толстые линзы очков искусствовед.
— В смысле? — не понял я.
— Двойное дно. И вот что там я обнаружил.
[1] Название Университетская набережная получила в 1887 году. Прежде она называлась Большая набережная, Набережная перспектива, Кадетская набережная, Кадетская Набережная линия. Затем длительное время набережная не имела названия.
[2] Начитанности главного героя можно только позавидовать, поскольку фразу «О женщины, вам имя — вероломство!» произнёс Гамлет — главный герой трагедии Уильяма Шекспира «Гамлет, принц датский». Он сказал это в гневе на свою мать Гертруду, которая вышла замуж за Клавдия сразу после смерти отца Гамлета.
[3] «Ларец Марии Медичи» — советский художественный фильм 1980 года, поставленный режиссёром Рудольфом Фрунтовым по одноимённому роману Еремея Парнова.
[4] «Ларчик» — басня И А. Крылова.
Глава 9
Он протянул мне несколько бумажек. Я развернул одну из них, посмотрел на вязь латинских букв, поднял взгляд на собеседника.
— Это письма на старом итальянском, у нас тут есть эксперт, вчера перевёл, — пояснил тот. — Некто Марко изъясняется в любви некоей Франческе. Если хотите, за отдельную плату можно предоставить подстрочный перевод. И что крайне любопытно — письма были написаны словно вчера, хотя от времени бумага должна была как минимум пожелтеть и стать хрупкой.
