Заноза для космического Ректора (СИ) - Вознесенская Карина

Твари опускают копья вниз и отступают к дальней стене.

— Ройз! — выкрикивает отец, но я решительно смотрю в глаза этих тварей, и они остаются неподвижными. — Ройз, что ты творишь⁈

— Разве не ты сказал, что они меня не трогают из-за твоего ДНК?

— Я, но…

— А знаешь что еще, папа? — подхожу к отцу, оставляя между нами всего пару метров. — Если ты считаешь их тварями, не заслуживающими жить, то тебе придется уничтожить и меня.

— Что ты имеешь в виду? — его голос дрожит.

— А то, что я ничуть не отличаюсь от них.

Поднимаю подбородок выше. На моих глазах выступают слезы отчаяния. Расправляю черные нити, позволяя им растянуться в разные стороны.

— Я такая же тварь, как и они, пап. Ну, что? Сможешь убить родную дочь?

Глава 51

— Ройз, — голос отца оседает до тихого хрипа. — Нет. Ройз, ты избавишься от этой метки и все пройдет. Ничего больше не будет. Эта дрянь оставит твой организм и все пройдет. Ты снова станешь нормальным человеком, — с запинкой произносит отец, боясь подойти ко мне.

— Пап, если я избавлюсь от этой метки, то едва стерплю боль, которая обрушится на меня. Да, и раковые клетки снова станут активными. ДНК галианца больше не будет их сдерживать, и они вновь начнут пожирать меня изнутри. А вот то, что я стану человеком, маловероятно. Уверен, что все еще хочешь, чтобы я это сделала? — в груди все сотрясается от страха. Смотрю на отца, и в его глазах нет ни малейшего сомнения в том, что это необходимо сделать.

— Ройз, но… Ты должна быть нормальной. Ты не можешь быть одной из них.

— Уверен? Выдержишь, если я умру на твоих глазах?

Набираюсь решимости. Горло сжимает в тугом спазме.

— Ройз, не смей! — выкрикивает Кассиус, хватая меня за руку, чувствуя мою решимость.

— Схватить их! — отдаю приказ своим новым помощникам, и те послушно берут Кассиуса и Стрэйга в кольцо щупалец, не позволяя подойти ко мне ни на шаг.

— Ройз, не глупи. Ты умрешь! — голос Кассиуса звучит пугающе безжизненно.

— Папа, я жду твоего ответа.

— Ты же моя девочка. Моя малышка. Ты не могла… я же проверял. Делал анализы. У тебя ничего не могло быть. Я же проверил, — словно не в себе бубнит себе под нос отец.

Прячу нити и подхожу ближе к отцу. Осторожно касаюсь его плеча. Он вздрагивает и поднимает на меня растерянный взгляд. Хозяин планеты, которую все боятся и облетают за сотни световых лет, сейчас выглядит максимально уязвимым и всему виной я.

— Пап, о чём ты говоришь? Какие анализы?

Пустые глаза впиваются в меня с сожалением.

— Твоя мама.

— Мама?

— Ройз! Отойди от него! — выкрикивает Кассиус, отбиваясь от кольца щупальцев. Взмахиваю рукой, и твари отступают. В два счета Кассиус оказывается возле меня. Оттягивает от отца и прячет за своей крепкой спиной.

Опираюсь руками о его лопатки, ища в нем поддержки. Силы постепенно покидают мое тело. Дышать становится все труднее. Я ничего не понимаю.

— Твоя мама была такой же, — хрипит папа, и я немею от ужаса.

— Что ты имеешь в виду? — держась за Кассиуса, хочу подойти к отцу.

— Ройз, не надо. У тебя мало сил. Дай своему организму восстановиться. Позволь ему накопить хоть немного энергии, пока ты не отключилась, — мягко тянет Кассиус, подхватывая меня за талию. Ноги действительно ватные. Едва стою, но не могу уйти, не узнав всей правды.

— Твоя мама, Ройз. В ее роду были галианцы, но это было так давно. Когда мы с ней познакомились, она сразу мне рассказала. Я был так ослеплен любовью к ней, что не обратил на это внимания. Да и кровь галианцев была в ее роду чуть ли не с десяток поколений назад. Я думал, что их кровь никогда не проявится, но когда твоей маме поставили страшный диагноз, она дала о себе знать. Их ДНК раз за разом блокировала раковые клетки, но их было слишком мало, чтобы ее спасти. Рак разрастался, пока она не умерла на моих руках. А потом этот диагноз поставили тебе. Уже тогда я понял, что мне нужно найти способ достать ДНК галианца и преобразовать его таким образом, чтобы смесь была максимально концентрирована. Поэтому я оставил тебя и отправился в открытый космос. Я думал, что до тебя их кровь никогда не дойдет, а значит нужно все сделать самому. И у меня получилось. Почти получилось, но…

— Папа, но ведь мне больше не грозит опасность, — касаюсь его холодной руки.

— А если он разорвет вашу связь? Ты же умрешь, понимаешь?

— Я не разорву связь с вашей дочерью, — уверенно произносит Кассиус.

— Это ты сейчас так говоришь, — морщится отец.

— Вы столько времени отправляли нашу расу на опыты, но так и не узнали главного. Галианцы выбирают себе одну особь на всю жизнь. Мы являемся ярким примером моногамии.

— Хочешь сказать, что никто из вас никогда не любил дважды⁈ — выкрикивает отец.

— Любили, но это возможно только в одном случае.

— И в каком же?

— Если избранница галианца умерла, но и это настолько редкое явление, что оно стремится к нулю.

— Хочешь сказать, что моя дочь в полной безопасности рядом с тобой? — скалится папа.

— Хочу сказать, что я спас вашу дочь, когда еще совершенно ее не знал. Вы не представляете, как много она для меня значит. Я готов отдать за нее все и даже жизнь.

— Кассиус! — выкрикиваю от страха. Как он может говорить нечто подобное?

— Не слишком ли громкое заявление? — лицо отца искажает брезгливость.

— Нет. Моя жизнь — это меньшее, что я могу отдать за вашу дочь.

— Кассиус, прекрати! — к глазам подступают слезы. Что он несет?

— Значит, так? Хорошо, — кивок головы отца и острое копье щупальцы останавливается в паре сантиметров от сердца Кассиуса.

— Папа!

Хватаю Кассиуса за руку, обвивая из последних сил.

— Стрэйг, забери Ройз, — хладнокровно произносит Кассиус, не моргнув и глазом. Слезы ручьями стекают по моим щекам. Нет. Он не поступит так со мной. Он не позволит отцу отнять его у меня.

— Кассиус!

— Стрэйг! Забери ее, — грубо повторяет он.

Черные нити обвивают мое тело и с силой оттягивают от Кассиуса. Выпускаю свои в попытке освободится, но ничего не выходит. Они даже не пытаются меня спасти. Покорно опускаются вниз, свисая безжизненными культяпками.

— Отпусти меня! — кричу я. — Он убьет его, Стрэйг! Так нельзя! Отпусти!

— Стрэйг, — говорит Кассиус, не оборачиваясь.

— Да.

— Оставляю Ройз на тебя. Ты единственный, кому я могу доверять.

— Кассиус! Не смей! — истерика полностью завладевает моим разумом. Вырываюсь из крепкой хватки, но нити лишь сильнее сжимают меня, не позволяя шевелиться. — Стрэйг, не смей! Отпусти меня!

— Прости, Ройз, но я не ослушаюсь Кассиуса. Он знает, что делает, — тихо говорит он.

— Ты сдурел? Отец убьет его! Это из-за моей универсальности? Поэтому ты его не спасаешь? — кричу я, не унимаясь.

— Ройз, верь ему.

— Вы сдурели! Сошли с ума!

— Ройз, — ласково зовет меня Кассиус и оборачивается. Замираю, останавливая свои попытки вырваться.

— Кассиус, — всхлипываю, глядя в ее заботливые глаза, полные нежности.

Время вокруг нас останавливается. Все вокруг теряет смысл. Я вижу только Кассиуса и ничего кроме нас.

— Я люблю тебя, малышка, — уголки его губ трогает легкая улыбка.

Как в замедленной съемке, воздух разрезает зловещий свист. Копье твари взмывает вверх. Время вновь начинает двигаться, но теперь в нем царит только ужас.

— Не смей! Я сказала нет! — кричу, до хрипа в голосе, но тварь и не думает меня слушать. — Отпусти его!

— Ройз, твоей ДНК недостаточно, чтобы противостоять моим приказам, — хладнокровно отвечает отец. — Если решение мною принято, то они будут слушать только меня.

— Папа, ты не посмеешь! Отпусти его! Я его люблю!

— Нет. Моя дочь не будет такой, как они, — с ненавистью слетает с его губ.

Копье с силой летит в Кассиуса, и я зажмуриваюсь. Ужас, заполонивший все мое сердце, разрастается тысячекратно. Пульс зашкаливает. Время словно останавливается, запирая меня в чувстве полного отчаяния и неземного страха.