Суккубы предпочитают погорячее (ЛП) - Майлз Джилл
— Думаешь, мне есть дело до её желаний? — презрительно спросил Люк. — Думаешь, мне нравится в любое время суток подчиняться ей и её прихвостням? Исполнять их приказы из-за связи с хозяином? Всё ради этого. Всё, что я делаю. — Он с грохотом швырнул на столешницу большой нож, и я вздрогнула. — Больше никаких требований. — Захлопнул ящик. — Никаких её поручений. — Поднял нож. — Только свобода. Рома ценят свободу превыше всего. — С ножом в руке он направился ко мне.
— Наверное, рома от тебя тошнит, — сказала я, поднимаясь у стены. — Смазливая королевская болонка. Да, хозяин. Нет, хозяин. Как скажете, хозяин. — Я заставила себя усмехнуться, глядя, как его пальцы крепче сжимают нож.
В следующий миг он оказался рядом, схватил меня выше локтя и прижал нож к горлу.
— Мне надоела твоя болтовня.
Я в страхе замерла. Перерезанное горло меня не убьёт, но испытывать, каково это — захлёбываться собственной кровью, пока рана не заживёт, — совершенно не хотелось. Если я вообще выберусь живой, конечно.
— Сними браслет, — велел он с убийственным взглядом.
— Нет, — ответила я, с трудом сглотнув, когда нож придвинулся ближе. — Сам снимай.
Он подался ко мне, и я почувствовала, как эрекция упирается в низ моего живота. Синие глаза изучали моё лицо, его дыхание участилось.
— Помнишь, как стонала и извивалась у меня на коленях в машине? Тебе нравились мои прикосновения. — Нож скользнул вниз, прохладным лезвием лаская шею. — Хочу ещё раз это увидеть, прежде чем убью тебя. Хочу засунуть в тебя член и заставить кричать часами. — Он посмотрел на мой рот и поднял нож, слегка коснувшись нижней губы. — В конце концов, через несколько часов убить тебя будет так же легко, как сейчас.
Я сдержала дрожь. Если он снимет браслет, это не будет изнасилованием. Я так возжелаю этого мерзавца, что сделаю что угодно, лишь бы он оказался внутри. От одной мысли становилось тошно.
— Ты позволишь мне прожить ещё день? — выдохнула я, проводя ладонью по его груди и животу, стараясь показать, будто готова на всё ради ещё одного дня.
— Возможно, — ответил Люк, не отрываясь от моего лица, пока моя ладонь скользила за пояс его боксёров.
Я обхватила его член, многозначительно погладила по всей длине и прикусила губу настолько соблазнительно, насколько умела.
— Хочешь меня трахнуть? — прошептала я ему в лицо, выгибая шею так, словно нож был частью любовной игры, а не угрозой.
Синие глаза полыхнули — большего ответа мне не требовалось. Он хотел закончить начатое в машине несколько дней назад.
— Хочешь выторговать себе несколько часов, ma belle?
— Хрена с два, — выдохнула я и, обхватив его член, жестоко крутанула, впиваясь пальцами в кожу.
Он закричал и рухнул на пол, закрыв руками яйца. Я не удержалась и дважды со всей силы пнула его между ног. Наверное, большую часть удара приняли ладони, но мне было плевать.
— Надеюсь, тебе пиздец как больно, ублюдок!
Люк стонал, корчась от боли, а я схватила нож. По-пиратски зажала его в зубах, обеими руками ухватилась за цепь и потянула изо всех сил.
Ни на дюйм.
— Ну пожалуйста, — простонала я и дёрнула снова. Ведь раньше так легко шаталось! Ладони скользили от нервного пота. Я быстро вытерла их, и тут Люк схватил меня за щиколотку. Страх придал сил следующему рывку.
Болт вылетел вместе с изрядным куском стены.
— Маленькая сучка, — выдавил Люк, всё ещё скрюченный над своим пахом. Его пальцы сжались на моей щиколотке. — Ты за это заплатишь.
Меня охватила паника. Я быстро дважды обмотала цепь вокруг кисти и ударила его кулаком в лицо. Благодаря ужасу и цепи удар получился хорошим. Люк отшатнулся, отпустив ногу.
Я кинулась на кухню искать его телефон и ключи от машины. Пешком далеко не уйдёшь — я достаточно смотрела ужастиков, чтобы это понимать.
Ни телефона, ни других вещей Люка на столах не оказалось. Ключей нигде не видно. В панике я обернулась, сжимая нож.
У другого конца кухни стоял Люк. Лицо было в крови там, где я разбила ему нос. Он всё ещё горбился, словно не мог выпрямиться, но смотрел убийственно. Единственный выход с кухни оказался перекрыт: он стоял между мной и свободой.
— Идиотка, — сказал он, надвигаясь. — С каким удовольствием я сверну тебе шею.
Я попятилась в угол к плите. Лихорадочно шарила глазами по маленькой кухне в поисках хоть чего-нибудь полезного. Дотянуться можно было только до сахарницы, но она бесполезна.
Или нет?
В голове мелькнула идея, и я начала действовать раньше, чем успела её обдумать.
— Мэй, я приглашаю тебя! — крикнула я и перевернула сахарницу в тот самый миг, когда Люк схватил меня за руку.
Маленькую кухню заполнили багровая вспышка и запах серы. Сила её появления отбросила нас обоих назад.
— Так-так-так, — произнесла Мэй, нависнув над нами, распростёртыми на плитке. Рядом Люк тяжело дышал, задыхаясь от страха. Привычного благопристойного костюма деловой женщины не было: на этот раз Мэй явилась настоящей демоницей: раздвоенные копыта, острые, как бритвы, зубы, пылающие глаза. — Чем обязана такой чести, мерзкая маленькая шлюшка?
Я отползла в угол кухни.
— Я принесла тебе подарок, — выдохнула я, указывая на Люка. — Он твой в обмен на моё спасение.
Её красные глаза радостно заблестели, остановившись на Люке. Он съёжился. Потом она снова посмотрела на меня.
— А почему бы мне сначала не забрать тебя? Ты меня предала.
Когда она приблизилась, гри-гри на шее нагрелся.
— Потому что ты не можешь, — сказала я, надеясь, что магия Делилы ещё действует.
Иначе мне конец.
Демоница немного поразмыслила, глядя на меня. Затем медленно улыбнулась, обнажив слишком много зубов.
— А ты хитрая. Хорошо. — Её красно-чёрная рука обхватила горло Люка и подняла его в воздух. — Вот это лакомый сюрприз. Благодарю.
Пока она поднимала его, я на четвереньках проползла у них под ногами и выбралась из кухни. Позади Люк выдавил невнятную череду слогов. Демоница укоризненно цокнула.
— Никаких заклинаний, сладкий. — Он захрипел и умолк. Я представила, как когтистая ладонь сжимает ему горло.
Цепь хлестнула по ноге, напомнив о проклятии, и я застыла в коридоре.
— Подожди, — сказала я, оборачиваясь. — Прежде чем ты сделаешь с ним… что собираешься… мне нужно снять проклятие.
Мэй погладила когтистыми пальцами тёмные волосы Люка и пренебрежительно посмотрела на меня.
— Мы обменяли его свободу на твою, драгоценная. А теперь беги, пока я не передумала.
Я в нерешительности сжала гри-гри на шее. Без снятия проклятия я обречена, а сделать это может только Люк.
— А если заключить ещё одну сделку?
Красные глаза сузились.
— Я слушаю.
Боже, глупее идеи и быть не может.
— Если ты заставишь его снять с меня проклятие, я… — Я замолчала, раздумывая. — Я буду должна тебе ещё одну услугу. Сможешь потребовать её позже.
— Договорились, — быстро сказала Мэй.
— Не так быстро, — спохватилась я в панике. — У меня есть несколько условий.
Она раздражённо посмотрела на меня и притянула ближе Люка, извивавшегося в попытке вырваться.
— Глупые людишки с вашими условиями. Ладно. Называй.
Я усиленно задумалась.
— Ты предложишь три задания, а я выберу, какое выполнить. И ничего, что противоречит моим принципам… Я не хочу никого убивать или делать что-то подобное. Ничего, что склонит чашу весов моей души в ту или иную сторону. — Господи, согласится ли она на всё это?
Она посмотрела на меня.
— Надо бы отказаться, но мне любопытно. Ты ведь понимаешь, что я постараюсь найти обход твоим условиям?
Я вздохнула.
— Понимаю.
Мэй улыбнулась.
— Тогда договорились. — Схватила Люка за челюсть и заставила приоткрыть рот. — Ну же, любимчик. Сними с неё проклятие, и я буду с тобой нежной.
Его дикий взгляд метался между мной и Мэй. Горло судорожно дёрнулось, и я услышала два сдавленных слова:
— Пошла ты.
— Ай-ай-ай, — ласково сказала Мэй. Провела раскалённым когтем по его груди, оставляя дымящуюся полосу. Люк забулькал от боли. — Нехорошо, сладкий. Знаешь, что бывает с теми, кто плохо себя ведёт? — Дымящаяся ладонь скользнула ему в трусы, и оттуда вырвалось облачко дыма. Крик Люка снова оборвала хватка на горле. — А теперь снимай проклятие, иначе будет плохо.
