Босс и его малышка (СИ) - Лавель Амелия
Забегаю в уборную, бью себя по щекам. Это что, мать вашу, был Аланский⁈
Какая же я дура. Он сказал, чтобы я возвращалась в зал. Для чего? Чтобы с позором выпнуть меня из своей фирмы? Представляю, как они там надо мной сейчас хором смеются.
Может, ослушаться и просто убежать? Собрать свои вещи и рвануть домой? В понедельник написать заявление по собственному, и никогда никого больше не видеть?
Вздыхаю. Нет. Нельзя так. Я столько надежд возлагала на это место. Попрошу дать мне еще один шанс. Ну да, с вечером облажалась. Но ведь у нас еще целых два дня на этой базе!
Аланский сейчас выступит и уедет. Я у него быстренько прощения попрошу. А завтра и послезавтра буду подбивать клинья к Майе Алексеевне и Илье Сергеевичу. Они меня простят.
Там у нас веревочный курс, групповой квест, огонек у костра. Все, чтобы коллектив сплотился. То, что надо! Не буду косячить, и все будет здорово!
Да, отличный план!
Быстро привожу себя в порядок. Это была не просьба, это был приказ! И я не могу ослушаться главного руководителя. Так и скажу Майе и Илье. Если они не убьют меня раньше!
Сами ведь выгнали! Я же не виновата, что он шел по коридору мне навстречу!
Ничего, Аланский примет их в свою личную команду, сделает помощниками, как они мечтают, и вся их злость улетучится.
Так, хватит болтать с самой собой.
Берусь за подол платья, стакан оставляю тут, потом вернусь и заберу. Еще раз оборачиваюсь. Выгляжу хорошо, румянец на щеках мне очень идет.
Черт, спина. Открытая, голая спина. Хочется исправить хотя бы это недоразумение, но если я сейчас распущу свой идеальный пучок, волосы будут лежать как лохмотья. Нет, есть как есть. Пора бежать, пока он не смылся с нашей тусовки.
Сгорел сарай, гори и хата. Беру себя в руки и быстрым шагом направляюсь к банкетному залу. Стараюсь ступать уверенно и твердо, это придает решимости.
Но вся моя смелость улетучивается, когда я хватаюсь за ручку двери и тяну ее на себя. Предательский скрип нарушает тишину и единственный голос, который вещал, вдруг замолкает.
Все внимание направлено на меня. Ловлю взгляд Майи Алексеевны, которая бледнеет и вот вот грохнется в обморок. Сначала ее зрачки чуть не вылетают из орбит, затем она поджимает губы, демонстрируя всем своим видом, что мне настал конец.
Остальные опускают головы либо делают вид, что ничего не происходит.
Сажусь с краю, на тот самый стул, который мне предназначался. Ищу глазами Илью Сергеевича, он сидит по правую руку от Аланского.
Все настолько напряжены, что, кажется, у нас не корпоратив, а утреннее собрание, где каждый должен отхватить.
— Продолжим. — Произносит Дмитрий, кажется, Германович. — Отделы будут перекомплектовываться, неизбежна оптимизация. Я не говорю, что будут сплошные увольнения. — Ну вот, началось, вздыхаю. Первой в этой очереди буду я, конечно же. — Но эффективность каждого сотрудника будет мною проверена. Где — то лично, где — то через начальников отделов. Которые будут головой ручаться за каждого своего сотрудника.
Майя Алексеевна злобно косится на меня в этот момент. Ну, простите меня, пожалуйста. Уже плакать хочется от того, как я их подставила, и излишнего внимания.
— Компании нужны люди — двигатели. С новыми идеями, новыми взглядами. Те, кто не боятся предлагать что — то новое. Без этого мы застрянем в болоте. Как случилось с предыдущими руководителями. Именно поэтому я лично приехал, и буду доводить все механизмы до совершенства. Пока не пойму, что компанию можно доверить кому — либо еще. Ориентировочно я с вами на год, все будет зависеть от внешних и внутренних факторов.
Нас человек сто в этом зале, и каждый вытянут струной. Все слушают, боятся вдохнуть, выдохнуть. И я сама тоже. Это непроизвольно получается.
Дмитрий Германович, конечно, очень харизматичный. Его хочется слушать, открыв рот. Красивый, статный, серьезный с широкими плечами. Как гора.
На вид ему лет тридцать пять, может чуть больше. А я по рассказам представляла ворчливого, седого старичка. Поэтому и приняла его за охранника. Никто же не говорил, что он вот такой! Волосы темные, на щеках ухоженная щетина. Голос грубый, уверенный, жесткий.
Ловлю себя на мысли, что отвлеклась, куда — то улетела, засмотрелась дурочка.
«Щас как уволит нас, будешь знать, как восхищаться незнакомым мужиком! Он тот еще гад, говорят». — Возмущается внутренний голос.
Я готова зуб отдать, что большая часть женщин сейчас тают при виде своего руководителя. Поговаривают, что он ни разу не приезжал к нам. Отправлял постоянные проверки из столицы, но сам никогда не заглядывал.
Это его первая встреча с нами, за ближайшие несколько лет то уж точно. Сашка из моего отдела тут уже третий год, и она точно врать не станет.
На минутку Аланский отвлекается, о чем — то говорит с Ильей Сергеевичем.
— Ну и непосредственно в команде моих приближенных будут несколько человек. Моя правая рука — Илья Мартынов. — Тот нервно улыбается, все хлопают. — И мой помощник Ангелина Серова.
В зале нависает тишина, одна я аплодирую, потому что до меня еще не дошли его слова. Смотрю на примерно сто пар глаз, которые направлены на меня. В горле образуется ком, взглатываю с трудом.
Чего блин?
Глава 3
— Это какая — то ошибка, Дмитрий Германович. — Встает Майя Алексеевна, пытается выдавить из себя улыбку, нервно поправляет юбку, абсолютно уверенная в том, что Аланский все перепутал. — Меня зовут Майя. Вы, наверно, в списках не так посмотрели.
Ну, слава богу. Сейчас все порешают. У меня уже сердце где — то в пятках валялось.
— А причем тут вы? — Произносит грубо и безжалостно Аланский. Так, что почти все отводят взгляд или опускают головы. Ему не нравятся, когда его обвиняют в ошибках. Понятно. Запомнили, записали.
Майя Алексеевна растеряно смотрит на Илью Сергеевича. Тот еле заметно разводит руками за спиной Аланского.
— Я жду ответ.
Господи, как страшно. Эта его давящая энергетика обволакивает каждого, делает пространство невыносимым. Это же должен был быть веселенький корпоратив. К чему все эти разборки?
— Простите, Дмитрий Германович. Я думала, вы ошиблись. — Опускает голову и обиженно взглатывает.
— Я? Ошибся? Кто еще считает, что я способен допускать ошибки?
Он бросает взгляд с одного края стола на другой, медленно сверля взглядом каждого сотрудника. Тишина настолько не выносимая, что бросает в жар.
Сашка из моего отдела сидит напротив, боясь пошевелиться. Кажется, она сейчас сознание потеряет от того, что перестала дышать.
Майя тихо сползает на свой стул. Наверняка, про себя она жалеет, что вообще задала этот глупый вопрос. Но я видела, как это было искренне, она была в полной уверенности, что Аланский все напутал.
— Вы. — Указывает на парня в очках. — Как вас зовут? И из какого вы отдела?
— Сергей. Айти. — Произносит парень, убедившись, что зовут его.
— Как вы оцениваете потенциал использования дронов или 3D — печати в нашей отрасли, и какие шаги мы можем предпринять для их внедрения?
Господи, мне кажется, сейчас все просто судорожно вспоминают свои обязанности и то, в чем они должны быть компетентны. Потому что он завелся, и теперь никто не остановит эту машину — убийцу.
И, конечно, мы все сочувствующе смотрим на Сергея. Держись, Сережа, мы с тобой.
Он медленно поправляет очки, делает глоток сока, встает, откашливается и начинает говорить:
— Использование дронов и 3D — печати в строительной отрасли имеет огромный потенциал. Что касается дронов, они могут значительно улучшить процессы мониторинга и контроля на строительных площадках. С их помощью можно проводить аэрофотосъемку, что позволяет отслеживать прогресс работ, выявлять проблемы на ранних стадиях и оптимизировать распределение ресурсов. Дроны также могут использоваться для инспекции труднодоступных мест, что повышает безопасность работников.
Ого. Ну ты дал, Серега. Все вокруг зашевелились. Типа, выкусил, самодур? Мы тут вообще — то не ерундой страдаем.
