Невозможно забыть (СИ) - Кажанова Юлия
– Странно. О камнях ты говоришь спокойно, а вот о слонах… – Ох, зря я об этом, так как Кристина тут же меняется в лице.
– Крис?
– Ник, а я ведь, оказывается, плохой друг, – выдаёт неожиданно и, убрав нож, зарывается в волосы руками.
Так, что-то мне это не нравится.
– Хрусталик, ты чего?
– Я просто поняла, что не потрудилась даже сходить к нему на могилу. Да, я была ребёнком, но мне тогда уже исполнилось двенадцать. Но потом? Почему я не искала его? Даже не вспоминала! А ведь я знала дату!
Так, а вот с этого момента надо узнать поподробнее, так как у нас однозначно разные воспоминания.
– Хрусталик, но как ты могла знать дату? Он же уехал. Или…
– Он умер! Дом сгорел за ночь, а я сладко спала в постели! – шепчет, поднимая глаза, а там просто пустота. – Ты представляешь, он горел всю ночь, а я просто спала! Не почувствовала, не проснулась от криков, хотя потом говорили, что всем посёлком пытались потушить. Увидела одни головёшки, когда прибежала на следующий день. Ну и скорую, пожарных и тела! Вернее, останки, по которым было не понять, что это люди! Я впервые увидела смерть так близко… – Вздрагивает, и я вижу страх и отчаяние на её лице. Но всё было не так!
– Он погиб, а я даже не спросила, где могила! Не пришла попрощаться, не принесла цветы! Я плохая! – И вдруг как заплачет.
Так, а вот это уже знакомо.
– Крис, а ну, посмотри на меня! – хватаю её за руки, но нет, истерика уже накрыла её, и она не слышит меня.
Обхожу стол и, взяв малышку со стула, уношу её в спальню, продолжая качать и шептать слова утешения.
Увы, но сейчас не время раскрываться, она просто не услышит. Подожду, а потом расскажу, непременно расскажу! Хватит тайн, ведь, оказывается, мы всё помним по-разному. Я думал, что она забыла меня, но она свято бережёт наше прошлое и так сильно переживает даже сейчас. Я был дорог ей, да ещё как!
Укладываю рыдающую девушку и понимаю, что она не успокаивается. Ладно, план Б.
Хватаю телефон и набираю помощника.
– Слушаю, шеф, – весело отвечает Глеб после второго гудка.
– Живо ко мне и прихвати успокоительное в уколах.
– Хорошо. Но что…
– Живо! – рявкаю в трубку, прижимая светлую макушку к груди.
– Я плохая, такая плохая! Ник, мой милый Ник погиб!
– Всё хорошо, Крис. Ты хорошая. Очень хорошая и светлая, – говорю и надеюсь, что это хоть немного поможет.
Друг прибегает через пять минут и, увидев плачущую Кристину, подлетает к ней и ставит укол. Та даже не вздрагивает, но перестаёт качаться, а потом и всхлипы сходят на нет.
– Спи, моя хорошая, а завтра мы поговорим.
– Ник, он покинул меня. Я одна, – бормочет, уже засыпая.
– Ник рядом! Он всегда был рядом и оберегал тебя! – А вот эти слова помогают, и девушка улыбается и окончательно засыпает.
– Так, может, мне расскажите, что случилось? Почему опять срыв? Судя по словам, она вспомнила тебя?
– Да, но почему-то в её воспоминаниях я умер. Сгорел заживо, если быть точнее!
– Что? Но как?
– Самому интересно. И кажется, я знаю ответ. Родители мне врали. И ей тоже, – цежу злобно и не могу поверить, что отец так обошёлся со мной.
– С чего ты взял?
– Отцы наши после переезда общались, и не раз. Олег даже в гостях у нас бывал. И он ни разу не говорил, что у его дочери срывы из-за моей кончины. А мой, в свою очередь, не давал нам встречаться, отправляя меня на учёбу или ещё куда-то.
– Но зачем? – Глеб непонимающе смотрит на девушку и на меня, сжимающего её.
– Отличный вопрос. Как раз собираюсь это выяснить.
Но, думаю, это не телефонный разговор, а значит, мне предстоит скорая поездка к родным. Ничего, вот отдохнём пару дней и полетим! Пора раскрыть тайны прошлого! Ведь, как оказалось, они сильно влияют на настоящее!
Глава 34
Кристина
Просыпаюсь я от нежного поглаживания по волосам и взволнованного голоса Николая.
– Хрусталик, не пугай меня.
Пугать? Чем?
Нехотя открываю глаза и морщусь от яркого солнца.
– Наконец-то! Кристина, больше никогда не заставляй меня так бояться за тебя!
– Да чем я тебя напугала? – хриплю, так как горло садит, а недавние воспоминания накатывают очередной волной. Но теперь мне легче, немного легче. Слёзы помогли сгладить боль утраты.
Сажусь в постели и смотрю на мужчину, который словно пару дней не спал. Волосы взлохмачены, под глазами тёмные круги. Кажется, даже одежда помятая. Но прошла же всего пара часов. Почему такая разительная разница?
– Хрусталёва, ты проспала два дня! – огорошивают меня, и теперь я понимаю, откуда слабость в теле и почему Ник выглядит таким усталым.
– Прости, я не ожидала такого эффекта. Хотя пара дней – это цветочки. В прошлый раз я угодила в больницу на неделю. А тогда, после произошедшего, на месяц выпала из жизни. Вообще ничего не помню!
– Ты очень дорожила тем мальчиком.
– Он был лучиком света в моей жизни, моим защитником! Мои лучшие воспоминания связаны именно с ним!
– Рад это слышать, – усмехается Ник, вставая, а потом отходит и возвращается с подносом в руках.
Приятный аромат супа сразу вызывает дикий аппетит.
– Кристина, нам нужно серьёзно поговорить, но после того как ты поешь. А я, пожалуй, покину тебя минут на пятнадцать и приведу себя в порядок. – Он приседает рядом и приобнимает, а потом дарит нежный поцелуй в плечо.
Бедный. Он явно не был готов к такой девушке и её странным тараканам.
– Прости, я не хотела тебя волновать.
– Всё хорошо, маленькая, а скоро станет ещё лучше! Ешь, а потом я покажу тебе особую комнату. Думаю, она тебе понравится.
Заинтриговал и ушёл! Страхов в своём репертуаре.
Но поесть перед экскурсией и правда не помешает. Беру ложку, а потом за минуты съедаю всё! Не знала, что Ник готовит, да так вкусно. Он явно принижает свои умения.
К моменту как я встаю с постели и начинаю надевать новенький белоснежный сарафан, который явно приготовили для меня заранее вместе с бельём, возвращается хозяин дома.
– А тебе идёт! Красавица!
– Это у тебя отличный вкус, – смеюсь кружа и показываю, как колоколом встаёт юбка. Верх же прикрыт фигурным вырезом до талии. Спина оголена, но в такую жару это самое то.
– На моей невесте всё выглядит шикарно! А теперь пошли! – Мне протягивают руку, которую я тут же принимаю.
К удивлению, мы не поднимаемся и не опускаемся, а просто преодолеваем небольшую гостиную с диванами и телевизором и тормозим у белой двери.
– Знаешь, мне приятно, что ты поделилась своим прошлым. Думаю, мне стоит сделать то же самое. Как это ни странно, но именно детство оставило наиболее яркие отпечатки в моей памяти. – Страхов приоткрывает дверь и пропускает меня в просторную комнату, залитую солнечным светом, где повсюду одни стеклянные стеллажи. И с чем!
– Это что, камни? – спрашиваю с неверием, подходя к одной из стоек, где в отдельных ячейках лежат разные экземпляры! Сотни, а в комнате их вообще тысячи! Большие и маленькие, огранённые и словно только что добытые. И у каждого камушка своё окошко в этой сокровищнице.
– Именно! Ты вчера заговорила о них, и я решил, что тебе понравится моя коллекция.
– Ник, это потрясающе! У тебя тут и драгоценные камни есть! – говорю в шоке, смотря на особый стеллаж, где стекло явно толще, а камни лежат на мягких подушечках.
– Если коллекционировать, то всё!
– Невероятно! Ты сколько лет это собирал?
– Пятнадцать. И если быть честным, это не моё. – Что?
– Хочешь сказать, кто-то прячет у тебя такое чудо? – Поворачиваюсь к Нику с неверием и замираю, так как теперь он смотрит на меня иначе. Если точнее, я впервые вижу в его чёрных глазах столько тепла.
– Я собирал эту коллекцию для подруги, которая пропала.
– Подруги?
– Да, у меня тоже был друг детства, которым я очень дорожил, – начинает свой рассказ, отходя в сторону, а я стою и просто слушаю.
