Сценарий сериала. Как написать историю, достойную Нетфликса - Ландау Нил
Собственная «темная лошадка» Родриго — «темная лошадка» персонажа — появляется позже в виде его бывшей жены Анны-Марии (Нора Арнезедер). Она возвращается в его жизнь в тот момент, когда ему начинает казаться, что все стабилизируется. Она совершенно сумасшедшая: непредсказуемая, взвинченная скрипачка, впадающая в ярость при малейшей провокации, а также раскаленная, сексуальная динамо-машина, способная соблазнить Родриго и оторвать его от музыки. Он не знает точно, как угодить ей, и все еще без ума от нее, несмотря ни на что; в одну минуту она притягивает его, а в следующую отвергает. Парадокс заключается в том, что блестяще разрушительной и дисфункциональной Анне-Марии Стил удается полностью обезоружить разрушительного Родриго. Мы видим, как Родриго, тот, кто стоит выше всех и живет неземной жизнью, которая ему подходит (в то же время дестабилизируя всех остальных), реагирует на того, кто глубоко дестабилизирует его.
В этой сцене Родриго заходит в гримерку Анны-Марии «поговорить» с ней после выступления. Хейли ждет снаружи, но, когда он не выходит, она решает войти и спасти его. Она входит и застает их целующимися.
ХЕЙЛИ
Маэстро, машина... О боже, простите.
РОДРИГО
Эй! Хейли!
АННА-МАРИЯ:
Кто это?
ХЕЙЛИ
Я? Я с маэстро. Работаю на него. Ниже его. Под ним.
АННА-МАРИЯ
Ты с ней целовался?
ХЕЙЛИ
Что? Нет, нет, нет.
РОДРИГО
Нет, нет, нет! Она играет на гобое. Нет, это моя ассистентка.
АННА-МАРИЯ
Возможно, я увидела будущее.
РОДРИГО
Анна-Мария, успокойся. Посмотри мне в глаза. Успокойся, посмотри мне в глаза. Хорошо. Сделай глубокий вдох...
Анна-Мария вскрикивает по-испански, вскакивает и выгоняет Хейли из комнаты.
АННА-МАРИЯ
Когда ты уехал дирижировать в Осло, ты стал неверным. Стал изменником. Когда ты покинул Мексику. Когда ты порвал с моей семьей, ты нарушил нашу связь. Ради чего? Ради известности? Поклонения дешевых девиц?
РОДРИГО
Нет! Я же сказал, она играет на гобое!
АННА-МАРИЯ
Да, а может, ради извращенной погони за славой!
РОДРИГО
Славой?
АННА-МАРИЯ
Да!
РОДРИГО
Ты думаешь, это все ради славы?
АННА-МАРИЯ
Да!
РОДРИГО
Слава — это для футболистов. А для меня главное магия, магия, ясно?
Он пытается уйти; Анна-Мария хватает его и крепко обнимает.
АННА-МАРИЯ
Стой, стой, прости меня. Прости. Давай... давай... не будем устраивать сцен.
РОДРИГО
Да.
АННА-МАРИЯ
Мы теперь взрослые люди, верно?
РОДРИГО
Конечно.
АННА-МАРИЯ
Пожалуйста, милый. У меня есть вопрос. Когда ты засыпаешь поздно ночью в своей дорогой квартире и твоя звуковая машина заглушает все звуки города, как ты себя чувствуешь?
РОДРИГО
Я понимаю, к чему ты клонишь.
АННА-МАРИЯ
Ты тешишь свое эго, создавая мертвую музыку в своем стерильном мире, который славится лишь безжизненной искусственностью?
РОДРИГО
Не говори так.
(Она толкает его к зеркалу.)
АННА-МАРИЯ
Как ты себя чувствуешь, mi amor?
РОДРИГО
Я понял, о чем ты.
АННА-МАРИЯ
Ты мне просто отвратителен.
РОДРИГО
Я тебе отвратителен? Ладно. Хорошо. Отпусти меня. Отпусти. Знаешь что, я пойду! Ладно? Для меня главное — магия. Магия — это еще подлежит определению. Так говорят в этой стране. Подлежит определению!
АННА-МАРИЯ
Подлежит определению! Подлежит определению!
Он выходит, хлопнув дверью, пока она продолжает кричать.
«Темная лошадка» самой «темной лошадки» — потрясающая динамика. Работая над пилотом, нужно задать себе вопрос: какие влияния дестабилизируют? Как только все становится спокойным и слишком гармоничным, нужно встряхнуться. Помочь в разработке сериала может план по введению персонажа — «тёмной лошадки» с учетом того, когда и как он сильнее всего проявит себя (или смешнее всего, или и то и другое). На Родриго также разрушительно действует Алессандра/Ла Фиамма, огненная оперная певица в исполнении Моники Белуччи, появляющаяся в начале третьего сезона.
Иногда часть природы «темной лошадки» связана не с персонажем или сюжетом, а со стилем сериала. Эти характеристики могут создать уникальный и беспокоящий в хорошем смысле элемент сериала. В «Моцарте в джунглях» при первом упоминании Родриго мы видим величественные стилизованные кадры, созданные исполнительным продюсером Романом Копполой; представление Родриго возвышенно. Позже в сезоне есть прекрасная сцена с ним и Хейли в такси на мосту, когда он слышит щелчки и хруст дороги. Мы начинаем слышать Нью-Йорк так же, как слышит Родриго, — и то, что он слышит городской шум как музыку. Он говорит об этом Хейли, и она тоже начинает ее слышать. Из поездки в такси вырастает симфония. В другой сцене Родриго ведет оркестр на пустырь в городских джунглях. И снова это удивляет и смущает, но выступление становится прекрасной магической частью сериала.
Родственная соседская душа: «Несгибаемая Кимми Шмидт»
Комедийный пример персонажа «темной лошадки» — Тит Андромедон (Титус Берджесс) в «Несгибаемой Кимми Шмидт». Он — лучший друг и сосед Кимми по квартире. Тит — уникальное создание, которое, конечно, в некоторых смыслах связано с актером, его играющим. Но в то же время Тит — это нечто большее. Он марширует в такт собственному барабану и видит мир по-своему. Он желает славы, но остается неизвестным, поскольку из-за своей необычности не находит успеха в мейнстриме и его поступки работают против него. Кимми смотрит на Тита как на наперсника и в каком-то смысле ролевую модель. И, поскольку она не знает, что такое «нормальность», особенно в первом сезоне, то считает, что люди, которых она встречает, являются типичными жителями Нью-Йорка. Это парадокс персонажа Тита: Кимми смотрит на него и учится у него, но... подобных ему больше нет. Он единственный в своем роде, и мы не знаем, что он сделает в следующий раз.
Именно поэтому персонаж Тита так свеж. Я не буду сравнивать его с кем-то еще; в «Несгибаемой Кимми Шмидт» нет клише. Тон сериала уникален и в некоторой степени повторяет жанр ситкома, давая нам протагониста, которого раньше не было. Кимми 15 лет прожила в бункере, прежде чем ее освободили; она невинна, наивна и идеалистична, почти как Поллианна. Она едет в Нью-Йорк узнавать жизнь. В городе она абсолютно чужая и упивается этим, несмотря на окружение из циничных, жадных, материалистичных людей. Кимми — наш проводник в эту форму идеализма. Отчасти она хочет быть как все, не отставать, потому что знает, что не похожа на других, но остается верной себе. В ее словах всегда есть правда, и это освежает, потому что еще один аспект этой страты Нью-Йорка — то, что люди могут притворяться и следовать за материальными благами и статусом. В Кимми есть глубина и душа: она несгибаема. Тит обладает тем же непокорным духом, и это делает его неожиданной родственной душой Кимми.
