Вашингтонский указ (ЛП) - Адлер-Ольсен Юсси
— Арредондо, глянь в мою сторону, — сказал он в рацию и получил в ответ утвердительный кивок. — Я укрылся за кузовом и ни черта не вижу. Посмотри: дышло прицепа не упало вперед?
— Нет, торчит прямо вверх.
— Ковач! — вызвал он помощника у патрульной машины. — Слушай сюда! Перебегай ко мне, Доди и Арредондо тебя прикроют. Все поняли? — Те подали знаки готовности. — Я оставляю рацию включенной. — Т. скомандовал начать огонь, и снова закружился ад из дыма, огня и комьев земли, которые выбивали пули перед плугом Арредондо. Лицо Ковача было залито потом, когда он заскочил в укрытие к шерифу.
— Толкаем прицеп к дому, понял задачу?
— Будет тяжело. Все шины спущены, босс, он стоит тут сколько я себя помню. Думаю, мы его и на метр не сдвинем.
— Сдвинем, еще как сдвинем. Надо. Уилли жив, я вижу, как он дышит.
Т. навалился грудью на задний борт и уперся в него руками. Затем отставил ногу назад и налег всем телом. Прицеп не сдвинулся, но ощутимо вздрогнул.
— Давай, Ковач, налегай! — скомандовал он.
Как только они ухватились поудобнее и колеса прицепа подмяли под себя первый сантиметр сорняков, в передний борт забарабанили пули. Звуки раздавались с секундным интервалом — резкие, металлические, словно медник колотил по котлу. Т. Перкинс ненавидел автоматическое оружие: ненавидел всей душой, терпеть не мог. Если янсеновский запрет на него действительно вступит в силу, жизнь служителей закона станет куда проще.
— Всё, я больше не могу, — стонал Ковач на каждых десяти сантиметрах их мучительного продвижения вперед. Ну что за нытик. Т. стиснул зубы; его старая спина протестовала каждой связкой и каждым суставом, но черта с два они теперь остановятся.
— Доди, слышишь меня?
— Да, я вызвала скорую, Т., честно вызвала! Прости!
— Быстро звони Дэниелу Смиту, пусть гонит сюда свой экскаватор. Нам нужна подмога, иначе мы тут на этой пашне и останемся, боюсь.
Они толкали прицеп вперед, как могли, пока не уперлись в дерновую кочку высотой всего несколько сантиметров, преодолеть которую у их изможденных тел уже не хватило сил. Они отпустили борт, и Ковач повалился на спину. Т. попытался разогнуться, но спину сковало как доской. Он мысленно выругался, глядя на Уилли, который лежал в двадцати метрах и смотрел прямо на них.
— ЛЕО! — заорал он во всю мощь своих прокопченных табаком легких. — Лео, выходи! Это Т. Перкинс! Если выйдешь прямо сейчас, тебе ничего не грозит. Ты можешь идти, Лео? Выходи, Лео, Уилли совсем плох, он умрет, если ты не позволишь нам забрать его, слышишь?! Мы прекращаем огонь на пять минут!
Он подождал немного, но ответа не последовало. Он уже кивнул Ковачу, показывая, что пора снова толкать, как вдруг в его кармане зазвонил мобильный. «Что за чертовщина!» — подумал он, едва сдерживая желание швырнуть телефон подальше. Т. дольше всех в участке сопротивлялся прогрессу и не хотел заводить личный мобильник. И с тех пор этот аппарат приносил ему одни неприятности.
— Может, это насчет экскаватора? Ответьте лучше, босс.
Т. попытался прикинуть в уме кратчайший путь от строительной конторы Дэниела Смита до дома Маллигана.
— Да, — бросил он в трубку, упрямо выпятив подбородок.
Но это был не Дэниел Смит, а человек, звонка от которого он ожидал меньше всего на свете. Звонил Бад Кёртис.
Голос Бада на том конце провода казался каким-то далеким и приниженным. Он говорил тихо, объясняя, что звонит с нелегального телефона и у него мало времени, так как садится батарея. «Отлично», — подумал Т. Перкинс, краем глаза наблюдая, как Доди Холл у патрульной машины отчаянно жестикулирует с трубкой в руке — видимо, она дозвонилась до Дэниела Смита и теперь пыталась направить экскаватор по проселочным дорогам к югу от города.
Однако Бад Кёртис продолжал говорить, и Т. Перкинс слушал. Ощущения были абсолютно шизофреническими. С одной стороны, он стоял здесь как страж закона, рискуя собственной шкурой; перед ним лежал мертвый коллега, у которого остались двое детей; позади беззаботно пели птицы в зарослях вьюнка, душившего лесополосу. И одновременно с этим он разговаривал по телефону со смертником, от чьих слов все привычные понятия о праве и справедливости рассыпались в прах. Человек стоял на пороге встречи с Творцом и молил о пощаде, клянясь в своей невиновности. И Т. Перкинс верил каждому его слову, потому что прошлой ночью сам видел видеозаписи, которые это косвенно подтверждали. Он верил Баду Кёртису точно так же, как верил, что вся эта заваруха с Лео Маллиганом — трагическое недоразумение, которое просто вышло из-под контроля.
Из дома донеслись тяжелые удары, разнесшиеся по полю. Похоже было, что Лео Маллиган лупит по стенам изнутри. «Ну, по крайней мере, этот безумный старик еще полон сил», — подумал Т. Оконные рамы задрожали, и одно из стекол с грохотом вылетело наружу. Этот звон окончательно взвинтил и без того натянутые нервы. Раненый Уилли Ривердейл дернулся, пытаясь отползти подальше от ступеней, а из-за плуга Арредондо раздалась автоматная очередь, на которую из дома тут же ответили выстрелами из оружия, звук которого Т. Перкинс не смог опознать. Черт побери, под пули такого калибра лучше не подставляться.
— Мне нужно отключиться, Бад. Поставь телефон на беззвучный, я наберу тебя, как только мы разберемся со всей этой чертовщиной. Время для звонка ты выбрал не самое подходящее, ладно?
Бад попытался возразить, но Т. заверил его, что обязательно перезвонит, что у него есть важные новости и что номер Бада уже определился. Ему потребуется примерно час, после чего он наберет.
Т. нажал на отбой и жестом показал Ковачу, что передышка окончена.
Сухожилия на шеях обоих мужчин натянулись как струны, каждая мышца в плечах ныла от нечеловеческого напряжения, когда они снова принялись перетаскивать прицеп через злосчастную кочку.
— Мы его боком толкаем! — простонал Ковач.
Т. налег на борт изо всех сил и одновременно высунул голову из-за угла прицема. И именно в эту долю секунды он увидел старика. Менее чем в десяти метрах от него в пустом оконном проеме маячил Лео Маллиган; по его лицу струилась кровь. Если они продвинут прицеп еще немного вперед, его траектория пойдет вдоль фасада дома, что заставит Маллигана повернуться на четверть оборота. В этом случае его взгляд упрется прямо в беззащитного Уилли, лежащего на крыльце.
— Стой, — шепнул он Ковачу.
— Лео, ты меня слышишь? — крикнул он.
Ответом ему был незамедлительный выстрел.
Т. схватился за рацию:
— Доди, у Лео Маллигана есть телефон, ты не знаешь?
— К сожалению, нет, босс, по этому адресу телефон не зарегистрирован. Но Арредондо видел, как он разговаривал по мобильному в городе.
— Лео! — крикнул Т. — У тебя есть с собой мобильный?
На этот раз стрелять не стали.
— Смотри сюда! — Т. кончиками пальцев взял мобильник и осторожно высунул его из-за борта прицепа. — Прокричи мне свой номер, и я наберу тебя. Тебе нужно поговорить с кем-то, Лео, слышишь меня?
Грянул выстрел, и Т. почувствовал, как пуля буквально разнесла мобильник у него в руке. Его напарник прижался спиной к борту прицепа и недоуменно уставился на него, пока Т. разглядывал сочащуюся кровь. «Черт, как же больно», — подумал он и сунул руку в рот, проверяя языком, все ли пальцы на месте. Вроде все было в порядке, если не считать крошечного лоскутка кожи на указательном пальце, который улетел в кусты вместе с половиной его новенького телефона. Что ж, хорошо, что он в ближайшее время не собирался участвовать в турнирах по дартсу.
Доди свистнула ему и указала на грунтовую дорогу, по которой, переваливаясь с боку на бок, тащился невероятно дряхлый экскаватор с поднятым перед собой ковшом. Лео Маллиган отреагировал незамедлительно новой очередью, точность которой не уступала предыдущим выстрелам. Даже отсюда, где они стояли, был отчетливо слышен тяжелый металлический стук пуль, бьющихся о ковш.
— Доди! Передай Дэниелу Смиту, пусть рулит прямо к прицепу, — крикнул он в рацию.
