Блистательная Серена - Марзорати Джеральд
На выставке Метрополитен-музея, посвященной по большей части модной одежде, экстравагантность кэмпа была особенно заметна. Для участников показа уже стало традицией наряжаться в соответствии с заявленной темой вечера, и по красной дорожке — вернее, лестнице, застланной розовым ковром и украшенной по краям цветами, за которыми толпились фотографы, — на ужин в музее тянулись пышно и вычурно разодетые гости. Уильямс пришла в ярко-желтом платье от Atelier Versace с изящными розовыми листьями, которые, казалось, парили в воздухе. Из-под платья виднелись лимонного цвета кроссовки — совместное творение Nike и Off-White, брэнда Вирджила Абло. Оганян был в белом смокинге и, стоя на розовой лестнице, наблюдал, как щелкают затворы камер и позирует Серена.
Я вдруг подумал, что в образе Серены не было ничего кэмповского — «уличные» кроссовки к кэмпу никакого отношения не имели, а экстравагантность иногда просто экстравагантность. Еще мне подумалось, что вне корта Уильямс какая-то совсем другая. И Оганян признавался, что женщина, которую он видит на корте, — совсем не та, на которой он женился. И это можно понимать по-разному. С одной стороны, женщина на корте — это неустрашимая и решительная соперница. Об этих ее качествах говорят чаще всего как и о размерах, о ее «нестандартной» красоте, которую она превратила в бренд. Но если посмотреть на лицо Серены вне игры, на лицо звезды — тоже своего рода маску для фотокамер, — то мы увидим женщину с красивыми королевскими скулами, с выразительными миндалевидными темными глазами и непринужденной, но открытой улыбкой (Серена любит внимание). В обычной жизни Уильямс тоже прекрасна.
Через пару дней после выставки я заехал в офис The New York Times, чтобы встретиться с Ванессой Фридман, директором раздела моды и главным модным критиком газеты. Я приехал из Метрополитен-музея, где прошел бал Института костюма, посвященный кэмпу, а Фридман как раз закончила о нем писать, поэтому нам было что обсудить: как здорово, что музейная экспозиция, какой бы она ни была, привязана к определенной идее, как здорово, что она цепляет и заставляет задуматься. Когда я завел разговор о Серене Уильямс, ради которой и приехал к Фридман, первое, что сказала моя собеседница: «Серена не имеет отношения к миру моды. Да, у нее есть своя линейка одежды, как, впрочем, и у многих других. Линия одежды — это модный сегодня способ развития личного бренда. Действенный, поп-культурный прием для привлечения внимания».
Какой же тогда Фридман видела Серену?
«Мне кажется, Серене больше интересна культурная стихия. Она такая сложная личность. Превосходная спортсменка. И определенно хочет быть звездой — посмотрите на ее знакомства. В ней сталкиваются самые разные миры: спорт, слава, кино и телевидение, мода. Met Gala тому доказательство. Социальные сети тому доказательство. Все это поп-культура. Серена пришла в этот мир из тенниса и пытается найти себя здесь».
Фридман вспомнила календарь Pirelli за 2016 год8. Этот ежегодный «предмет искусства» выпускается ограниченным тиражом итальянским производителем шин. Как правило, в календаре 12 фотографий — по одной на каждый месяц — обнаженных или полуобнаженных моделей. Но тот календарь знаменитая селебрити-фотограф Энни Лейбовиц наполнила портретами самых разных выдающихся женщин. Например, филантроп Аньес Ганд. «Крестная мама панк-рока» Патти Смит. Обе на фотографиях полностью одеты. А Серена Уильямс — топлес, но снята сзади, чтобы показать накаченные за годы тренировок спину и плечи, благодаря которым у нее такая подача и такие удары с отскока. «Своего рода заявление о ее достижениях, — сказала Фридман. — Серена медленно, но верно движется к статусу и роли символа».
Фридман не знала наверняка и не была уверена в том, знает ли об этом сама теннисистка, откуда это у Серены. Размещая истории в социальных сетях, раздавая советы и вдохновляя других, Уильямс сама придумала себе роль работающей мамы-звезды. Потом начала говорить о своем браке как о современном партнерстве равных людей. (Оганян в своих постах и интервью тоже много говорит об отцовстве, о равенстве супругов, об обязанностях мужа в семье.) Кроме того, Серена превратилась в предпринимателя и инвестора — женщину с деньгами, которая не прочь помогать другим женщинам строить бизнес. Фридман напомнила мне о Рианне, чья линия косметики Fenty Beauty, запущенная в 2017 году, имела мгновенный успех благодаря огромному разнообразию тонов румян, пудр, средств для автозагара и так далее, которые можно было купить в онлайн— и офлайн-магазинах более чем 100 стран. Лидер в индустрии роскоши, компания LVMH тут же объявила о создании модного лейбла Fenty, и Рианна стала первой цветной женщиной из мира поп-звезд, чья линия одежды и аксессуаров получила поддержку международного конгломерата. «Это говорит о том, что больше не нужно подстраиваться под схему, придуманную полвека назад маленькими белыми женщинами для себя», — сказала Фридман и сознательно улыбнулась. Стройная белокожая женщина.
Но Уильямс, вспомнила Фридман, не ограничилась одной лишь линией модной одежды. Несколько недель назад Серена объявила о создании компании Serena Ventures9. Она уже инвестировала, в основном на ранних стадиях, в 34 стартапа, большинство которых связаны с модой, косметикой и электронной торговлей. В этом ей помогают Оганян и подруга Шерил Сэндберг, главный операционный директор Facebook, а также член совета, куда входит и Уильямс, компании программного обеспечения SurveyMonkey. Стартапы, запущенные женщинами или темнокожими предпринимателями, получают лишь небольшой процент венчурного капитала. Уильямс это знает, поэтому и решила изменить ситуацию: по данным Forbes, 60 % средств она вкладывает в молодые компании, принадлежащие женщинам или представителям меньшинств.
«Настал момент — момент расцвета темнокожей женщины, — сказала Фридман. — Опра, Гэйл Кинг. Это Рианна, это Бейонсе. Это бодипозитивная рэперша Лиззо. Сегодня важно быть настоящей собой. Стоять за себя. Старые модели рушатся».
«Если ты умна, у тебя умный менеджер или агент, ты говоришь “Это мое место. Это мое” и доводишь свой бренд до совершенства, привлекаешь к себе внимание, наращиваешь свое влияние. Вот кто такая Серена».
Открытый чемпионат Италии проводится в Риме в спортивном комплексе «Итальянский форум» (Foro Italico), расположенном в богатом жилом районе Виттория вдоль северного берега Тибра. Комплекс «Форум Муссолини», как называли его раньше, был возведен в 1930-х годах для проведения Олимпиады-1940 в Италии. (В итоге право на проведение Игр получил Хельсинки, но они так и не состоялись: помешала война.) Форум с его парадным плацем и колоссальными скульптурными группами, навеянными туманным, героическим прошлым Римской империи, до сих пор остается выдающимся образцом фашистской архитектуры. Ежегодно его современные теннисные корты собирают тысячи самых преданных и внимательных фанатов профессионального тура. В тот пасмурный, не по сезону прохладный понедельник в ожидании начала первого матча Уильямс главный корт Форума Campo Centrale был заполнен до отказа.
В матче второго круга — Уильямс была посеяна и освобождена от первого раунда — ее соперницей стала шведка Ребекка Петерсон, с которой Серена встречалась семь недель назад в Майами, и это был последний сыгранный ею матч. Петерсон попала в турнирную сетку Открытого чемпионата Италии через квалификацию. В первые минуты она показывала неплохую игру, в четвертом гейме даже взяла подачу Уильямс и вырвалась вперед 3:1. Но Ребекка практически не заставляла Серену двигаться и слишком часто посылала мяч прямо под форхенд соперницы — расплата за эти тактические ошибки не заставила себя ждать. Уильямс тут же отыграла брейк, ее подача и удары стали резче и тяжелее. Петерсон вызвала на корт тренера (и отца) — это разрешается правилами женских турниров, не входящих в серию Большого шлема, — но несмотря на это, ей так и не удалось подстроить бэкхенд: большинство мячей она принимала слишком поздно. Уильямс выиграла первый сет 6:4, а затем и второй, даже быстрее и еще решительнее — 6:2. Она пробила 28 виннеров, сделала девять эйсов и неплохо двигалась по площадке.
