Под маской. Моя автобиография - Фьюри Тайсон
Дома в Британии пресса была ко мне очень благосклонна, и в этот новый год я входил в самом приподнятом настроении. Всего год назад на этом же месте в Марибэлье мне приходилось сгонять множество килограммов, но сейчас у меня таких проблем не было.
Когда мы вернулись домой, я с удовольствием водил детей в школу по утрам и играл с ними на выходных. Я ожидал услышать, как продвигается организация боя с Уайлдером, но вместо этого получил неожиданное известие. Мне позвонил мой друг и бывший чемпион мира Амир Хан и сообщил, что меня как никогда желают видеть в Америке.
Амир рассказал, что со мной хочет заключить контракт крупнейшая промоутерская компания Top Rank. Ею управляет легендарный промоутер Боб Арум, работавший с такими боксерами, как Мохаммед Али, Джордж Форман, Шугар Рэй Леонард, Оскар де ла Хойа — самыми успешными и известными людьми в спорте. И теперь, к моей великой чести, он заинтересовался мной. Многие из организованных им боев транслировались каналом HBO, но теперь он подписал контракт с ESPN и их стриминговой интернет-платформой ESPN+. После 30 лет работы ESPN перестали транслировать бокс, поскольку этот бизнес в Штатах сильно менялся. Эдди Хирн заключил договор с платформой DAZN, которая оказывает услуги стриминга по подписке, и ESPN+ были их прямыми конкурентами, как и Showtime, которые продолжают трансляции больших матчей по системе pay-per-view, тем же самым в Великобритании занимаются каналы Sky и BT Sport.
Я знал, что ESPN были очень крупной платформой, вещавшей во множество домов, баров и гостиниц по всем Соединенным Штатам, но меня это не очень интересовало, потому что мой последний бой показывали по системе pay-per-view Showtime, и это уже принесло мне огромную известность.
Но затем поступил звонок от моих менеджеров из компании MTK Global по поводу сделки с Top Rank и ESPN, и они расписали, как меня можно превратить в американскую звезду. Эта часть меня не особо тронула, потому что я никогда не мечтал стать знаменитостью. Просто это не мое. Если бы я захотел, то мог бы побывать на сотне звездных вечеринок за год. Но мне это не нравится. Я обычный человек, которому просто повезло добиться чего-то в боксе. Так что эта перспектива меня не очень привлекала. Однако они предложили мне провести пару боев перед повторным матчем с Уайлдером. Сначала я не был заинтересован, потому что планировал просто встретиться с Уайлдером, после чего повесить перчатки на гвоздь и начать новую главу в жизни.
Но, взвесив крупнейшее в моей карьере предложение — деньги, которые могли обеспечить моей семье безбедное существование и поддержку могущественного американского промоутера, — я понял, что все сходится как нельзя лучше. Наконец, это был мой шанс осуществить американскую мечту. Я согласился подписать контракт с Top Rank в феврале. Фрэнк Уоррен и BT Sport продолжали вести мои дела в Великобритании, но Арум становился основным моим человеком в Штатах. После того как об этом было объявлено, у Фрэнка спросили, как теперь будут идти переговоры с крупными именами в дивизионе — Уайлдером и Энтони Джошуа, на что он ответил: «Теперь это они будут обращаться к нам. Эта сделка с ESPN, возможно, крупнейшая в истории британского спорта. Это уникально».
Я был линейным чемпионом мира — то есть владел неофициальным титулом «истинного» чемпиона, которого еще называют «человек, побивший предыдущего чемпиона» — и теперь у меня была поддержка промоутеров по обе стороны океана, соответствующая такому статусу. Будучи чемпионом по версии WBC и звездой канала Showtime, Уайлдер считал, что решения будет принимать он, как и Джошуа, владевший в начале 2019-го титулами WBA, WBO и IBF и пользовавшийся поддержкой Sky и DAZN. Но моя сделка обернула все в мою пользу. Теперь я сам определял свою судьбу, а мои финансовые возможности не уступали никому в тяжелом дивизионе.
После согласования многомилионного контракта встал вопрос о том, откуда начать мое американское приключение. Мы с Top Rank быстро определили, что лучшего места, чем Лас-Вегас, не найти. В качестве арены была выбрана знаменитая гостиница MGM Grand, и бой был назначен на 15 июня. Уайлдер и его команда, ожидавшие, что я захочу реванш как можно скорее, были ошарашены моими новыми возможностями и решили пока организовать другие бои. За месяц до моего поединка в Вегасе, в мае, Уайлдер должен был выступить против Доминика Бризила, которого Энтони Джошуа нокаутировал в седьмом раунде. У Джошуа тем временем была намечена защита титула против американца Джаррелла Миллера, но его поймали на допинге, так что вместо него 1 июня на ринг в «Мэдисон-сквер-гарден» должен был выйти мексиканец Энди Руис. Тяжелый дивизион переживал свои лучшие времена за последние 20 лет, как когда-то в эпоху Майка Тайсона, Эвандера Холифилда, Риддика Боу и Леннокса Льюиса.
В качестве моего оппонента для дебюта в Вегасе был выбран непобежденный немец Том Шварц. Бен видел, как Шварц боксирует, когда ездил в Германию с другим своим подопечным, и предложил его кандидатуру компании Top Rank, а они согласились.
Боб Арум точно не шутил, когда сказал, что сделает из меня настоящую звезду, потому что с того момента, как я прибыл в Америку, я посетил все главные ток-шоу на телевидении. Мы приземлились в Нью-Йорке, пообедали с командой Top Rank, и последующие несколько дней началась настоящая раскрутка. На телешоу я прямо рассказывал о трудностях, с которыми мне приходилось бороться, и моих проблемах с психическим здоровьем, и, кажется, людям было действительно интересно об этом услышать. Я описывал отчаяние, в котором пребывал во время депрессии, и видел, как у операторов текут слезы, публика реагировала так же. После шоу многие, в том числе ведущие, подходили ко мне, чтобы поделиться своими историями. Меня это очень трогало. И хотя я никогда не стремился попасть на телевидение, должен признать, что оценил теплоту и уважение, которые исходили от американской публики. Я старался отвечать тем же каждому американцу, с которым общался.
Одновременно мне нужно было готовиться к бою, назначенному на 15 июня, поэтому рано утром мы с Беном бегали по Нью-Йорку, и статуя Свободы всегда виднелась неподалеку. Это было очень кстати, потому что я еще никогда не чувствовал себя настолько свободным, как в то время. Я сбросил оковы и готовился выступать на боксерской арене, которая, как мне казалось, была уготована мне с самого начала. Следующая остановка — Вегас.
Тим Элкок, один из ключевых людей в моей команде, организовал для нас дом в Вегасе, в котором мы должны были провести следующие четыре недели, и это было очень удобно. Когда мы, наконец, выбрались на Лас-Вегас-Стрип, у всех слегка перехватило дыхание при виде моего лица на каждом плакате и рекламном щите. Единственное, что волновало Бена, — это не размякну ли я из-за отсутствия того напряжения и опасности, которые присутствовали в схватке с Уайлдером.
Но я всегда помнил, что должен показывать класс во время, до и после боя.
Когда мы прибыли в Вегас, в Нью-Йорке Уайлдер как раз расправился с Бризилом в первом раунде. Это была впечатляющая победа, и теперь дело было за Энтони Джошуа, который готовился к защите титула против Руиса, пухленького мексиканца, который в 2016 году проиграл по очкам Джозефу Паркеру в поединке за титул WBO (впоследствии Джошуа отобрал у Паркера пояс).
Усаживаясь смотреть матч, мы были уверены, как и практически все боксерское сообщество, что Джошуа без проблем защитит титул, но эта уверенность улетучилась, когда мы увидели, как он выходит на ринг в «Мэдисон-сквер-гарден». Мы с Беном сразу поняли, что с ним что-то не так, потому что он вышел на ринг «холодным», то есть на нем не было ни капельки пота. Перед каждым боем боксер обязательно разогревается, так что тело блестит от пота, когда выходишь из раздевалки. Но Джошуа выглядел по-другому. У него был нервный вид, как будто он хотел оказаться в другом месте. До этого я думал, что он выиграет по очкам, но, увидев это, я повернулся к ребятам и сказал: «Его нокаутируют».
