Александра. Большая игра 2 (СИ) - Ростов Олег
— Да, Повелитель. И она даже уже родила ему наследника. Сына. Назвала его Константином. — Ответил визирь.
— Константином? — Удивился Селим. — Странно. У них же либо Иван, либо Василий. Ну ещё Юрием могут назвать. — Султан смотрел на визиря. Понял, что тот что-то хочет сказать, но опасается. — Говори, визирь?
— Повелитель, боюсь тебе это тоже не понравится.
— Я сам решу, что мне понравится, а что нет? Говори.
— Поговаривают, но это только слухи, Великий Падишах, что Искандер назвала своего сына Константином в честь императора ромеев Константина Великого, основателя Константинополя.
Сабля описала дугу и разнесла вдребезги кувшин с освежающим напитком, стоявший на низком столике.
— Сука! — Рявкнул Селим в ярости. Потом изрубил сам столик в куски. Бросил саблю на пол. — Это она мне даёт понять, что Константинополь её город. Пусть приходит. Посмотрим, как я распну, как когда-то это сделал мой предок с её предками, а на кресте распну её выблядка, а саму посажу на кол, пропоров её поганое лоно, чтобы больше не смогла плодить ублюдков… — Селим замолчал, некоторое время стоял с закрытыми глазами, стараясь успокоится. Взглянул на побледневшего визиря. — Что с хашшишинами?
— Увы, Повелитель. Но нападение на неё и её сестру окончилось неудачей. Убийцы попали в западню, которую устроила Искандер.
— То есть, она знала о готовящемся покушении?
— Получается, что так. Всех, кто участвовал в нападении казнили, колесовав.
— Вот тебе и хвалёные хашшишины. — Усмехнулся Селим. Он прошёлся по комнате. — Послать войска на помощь Казани я не успею, если полки Василия к ней уже подошли. К тому же там, в большой степи сейчас рыщут отряды монгол или как их зовут калмаки. Да и лишних войск у меня сейчас нет. На востоке персы, эти дети шайтанов. Там идут постоянные столкновения. Исмаил осадил Дьярбакыр. Большая часть Анатолии опять потеряна. Так что мне сейчас не до Казани и ногаев. Мне все войска на восточном направлении понадобятся для разгрома Сефевидов. Надо, наконец, захватить его столицу, Тебриз. Хорошо бы и самого Исмаила взять живым. Слава Всевышнему, хоть на море ничего серьёзного не происходит. Венецианцы, имперцы и испанцы ничего не предпринимают серьёзного. В Морее какое-то затишье.
— Повелитель. Я постоянно получаю оттуда сведения. Гяуры затаились. У меня такое ощущение, что они чего-то ждут.
— И чего, по твоему, они ждут?
— Не знаю, Господин. Пока не знаю. Но мои шпионы активно работают. Если Венеция, имперцы и испанцы что-то готовят, я об этом обязательно узнаю.
— Только поторопи их. А то как бы твои сведения не оказались запоздалыми, визирь…
Османская империя. Юго-Восточная Анатолия. Окрестности города Диярбекир. Ставка сефевидского полководца Устаджлу Кара Хана. Вторая половина месяца Рабиу ас-санни 921 года Хиджры (двадцатые числа июня 1515 года от Рождества Христова).
Устаджлу Кара Хан смотрел на бастионы Диярбекира. Шахиншах Исмаил ас-Сефеви направил его захватить этот город, который являлся ключом ко всей Юго-Восточной Анатолии. Проклятые курды, они принесли присягу султану осман, Селиму. И виноват в этом, сын шакала Идрис Битлиси, личный порученец Селима, который сумел убедить 25 курдских вождей выбрать сторону осман, сыграв на том, что они сунниты, а персы шииты. Ну что же, в этом случае курды, переметнувшиеся к туркам, пожалеют.
Устаджлу нахмурился. Вспомнил Чалдыранскую битву в прошлом году, когда султан Селим привёл почти 150-ти тысячную армию. А шахиншах имел в два с лишним раза меньше, около 65 тысяч сабель. Кроме того, у осман была артиллерия и пехота. То, чего у кызылбашей изначально не имелось. Пехота осман была вооружена не только копьями и ятаганами, но имелись ещё и стрелки, которые несли с собой мушкеты и аркебузы. Как опытный полководец Устаджлы понимал, что разгром был неизбежен. И он бы случился, если бы не эти русские, которых послала Искандер-Султан. Говорят, что она византийская принцесса и осман ненавидит как бы не больше, чем они сами, кызылбаши. То, что русские и сама Искандер-Султан неверные, христиане, в данном случае, ничего не значило. Ибо враг моего врага, мой друг. Именно исходя из этой формулы и стал действовать Шахиншах Исмаил ас-Сефевид. Пусть он был молод, но не даром он стал Шахиншахом Азербайджана и Персии. Хотя среди высшей знати кызылбашей были и те, кто выступал против союза с христианкой. Но Шахиншах сумел настоять. Сам Устанджлы был удивлён по началу, так как знал, что Исмаил относился к огнестрельному оружию с презрением. Якобы это подлое оружие, а настоящие воины всегда сходятся лицом к лицу.
К тому же, Искандер-Султан предложила возродить древний шёлковый путь, и не только из Китая, но и из Индии. И пройти он должен был в обход осман. До Персии, потом по Каспию и дальше в земли Москвы. А это сулило большие доходы. Глуп тот правитель, который откажется от такого. Шахиншах не отказался. А потом пришли торговые суда с севера Каспия. Они и привезли пушки. Причём это были пушки осман, которые захватила Искандер-Султан в битве с ними. Как сам Шахиншах, так и Устаджлы, и другие военачальники кызылбашей, несколько раз прослушивали рассказ о том сражении. Задавали вопросы. А ведь у Искандер-Султан войск было тоже меньше, чем у крымского хана и турецкого паши, командовавшего турецким корпусом. И после того, как внимательно выслушав не только рассказ о ходе битвы, выслушав ответы на вопросы, оба поняли, что исход сражения решили именно пушки, артиллерия.
Артиллерия Шахиншахом была захвачена в 908 году Хиджры (1502 г.) после разгрома армии султана государства Ак-Коюнлу Алвенда. Правда артиллерия была слабая, с не очень хорошими пушками местного литья. Исключения составляли пушки, захваченные ранее армией Ак-Коюнлу у осман, с которыми те воевали последние лет двадцать, то нанося османам поражения, то терпели их сами от турецких войск. Поэтому Шахиншах и не обратил на неё внимания. Но времена меняются.
Исмаил договорился с Искандер-Султан, через посланников о военном союзе. Исмаил ас-Сефевид обязался уважать интересы Искандер-Султан, а она — уважать интересы Сефевидов. Что вопросы веры затрагиваться не будут. Что люди Искандер-Султан не будут проповедовать христианство на территории Персии и подвластных ей территориях. Точно так же Сефевиды берут на себя обязательство, что их проповедники не будут заниматься проповедованием ислама среди её людей и на подвластных ей территориях, и землях. Договорились о взаимовыгодной торговле. Шахиншах открыл доступ русским купцам во внутренние районы Азербайджана и Персии, туда, куда раньше путь для не мусульман был закрыт. Персидские купцы так же получали доступ, как по всей территории Московского государства, так и на территорию Ливонии.
Шахиншах выделил людей из своего войска, для обучения их пушкарскому делу. А ещё послал мальчиков из известных семей военной элиты Персии в Москву, в Корпус Искандер-Султан, учиться на артиллеристов и на офицеров пехотных войск. Конечно же, никто из этих мальчиков не должен быть обращён в христианство. В чём Искандер-Султан дала своё слово.
К тому моменту, как армия Султана Селима и армия Шахиншаха Исмаила сошлись на равнине Чалдыран, у сефевидов уже была артиллерия. Конечно, не такая многочисленная, как у осман, как думал Кара Хан. Но битва на равнине показала, что она не уступала турецкой. И всё благодаря, что часть этой артиллерии была русской, которая поступила с новыми торговыми судами через Каспий. Пятнадцать пушек были на колёсных лафетах, приспособленных для быстрой конной езды. И одна пушка, которую русские называли мортирой, была на четырёх маленьких колесах, которые двигались по двум странным железным полосам. Как пояснил молодой военачальник Искандер-Султан по имени Юрий, это рельсы. Они необходимы потому, что мортира сама по себе тяжела, плюс отдача при выстреле очень сильная. Военачальники русских, командиры их отрядов называют себя офицерами. Русский офицер, прибывший с этими пушками, в помощь уже имеющимся здесь людям Искандер-Султан, назвал их единорогами, как мифических животных. Этот офицер был очень молод. Хотя, понятие молодости здесь условное. 20 лет. Сам Устанджлы в 20 лет был уже закалённым воином, имел семью и детей.
