Черновик для Эффы 4 (СИ) - Ильин Владимир Леонидович
— А я уже взял…
— Что взял?
— Водку… Мы на вокзале. — Якобы смутился я.
— Ну, на вокзале вряд ли паленую сейчас продают. Неси. — Хмыкнул он. — Не последнюю забрал? — Уточнил майор, когда я принес литр «Пшеничной прохлады».
— Да я два ящика…
— Два ящика? На двух парней и трех девчонок? — Хохотнул он, тут же поморщившись от боли. — А что, нормально распорядился. И вот так нес через вокзал?..
— Ну да. Честно же куплено.
— Везучий ты, Савой. Напоролся бы на военную комендатуру — нам двоим пришлось бы невесело.
— Простите, сэр.
— Это просто тебе на будущее… Чтобы не таскал водку в военный гравилет. Сначала прикрыть чем-то надо. А уже потом… — Дышал он устало, явно успокоившись за свою судьбу. — Все, вези меня.
— Да, сэр. — Задержался я, чтобы прикоснуться к руке и отправить его в сон.
Потом осторожно забрал сумку, прижатую им к животу — пришлось разгибать его пальцы, которыми он намотал лямку — и переместился с ней на Аликс.
И уже там спокойно перебрал все содержимое.
Положение всех документов до начала обыска — делаем фото. Все, что лежит внутри — аккуратно выташить и перебрать по порядку, оставляя в памяти телефона. Затем сложить в том же порядке обратно.
Документы на номерные вклады с распечатками сумм — делаем фото. Карты на имена чужих людей — тоже фото. Какой-то журнал с закладками — на каждый лист две фото. Небольшой фотоальбом — тоже. Отпечатки стереть. Прощупать подкладку — что-то твердое. Потайной замочек на тыльной стороне крупной молнии — тянем аккуратно и смотрим внутрь.
Явный прибор с выдвигаемой антенной — проигнорировать. Ключи — фотография всех изгибов. Потом сообразил и перешел на свой гравилет на Аликсе — там нашелся банальный пластилин. Им снял отпечаток. Карточка с номером телефона, без имени — сделать фото.
Завершив, сложить обратно — проверить по первой фотографии. Вроде все соответствует. Вернуться, добавить Лоуду сна и намотать лямку обратно на пальцы.
«А ведь повезло — крепко повезло. Он же на этот выход брал модуль шифрования — вместе с записной книжкой. Иначе ни за что эту сумку с собой бы не потащил — вон как бережно прижал».
И это везение следовало развивать.
По адресу «Набережная Фару, дом четыре» находилось небольшое поместье на первой линии побережья — со своей площадкой для посадки. Система диспетчеризации, к слову, была крайне против нашего приземеления — «только закрытый список жильцов» — поэтому, оставив гравилет в воздухе, я пошел будить майора.
— Это дом хорошего друга, он уже в отставке. — Прокомментировал Лоуд, протирая глаза и глядя на часы. — Мне оставил код доступа. Сам он обычно в столице обитает — там внуки.
Знаю я одного человека, который вообще охранником в чужом доме… Но да ладно.
После введенного кода диспетчер согласилась нас пропустить на территорию — и не грозила больше вызовом полиции.
Как бы майор не уговаривал, но я провел его под руку до входа. Самому ему идти тяжеловато явно — незнакомец, хоть и легкий, но бил от души. Что, впрочем, не помешало Лоуду забрать сумку и короб с таллиумными браслетами в дом. Этот груз ему тяжелым не показался.
— Выздоравливайте, сэр. — Пожелал я ему.
И рванул через воздух сначала на мебельный склад — во всем должен быть порядок. Там, оставив гравилет под загрузку — сунул две красные купюры менеджеру, чтобы он сам проследил за сборкой заказа — принялся звонить в столицу своим юристам.
У них там был полдень — так что ответили сразу.
Объяснил им вводные: мол, есть родственник при смерти, который решил перекинуть мне свои капиталы в обход процедуры наследования. По счастью, капиталы он хранит на номерных счетах, в третьей стране, так что родня пусть и догадывается о них, но не уверена точно. И можно ли что-то сделать, если на меня оформлена неограниченная доверенность?..
Оказалось — нужно, пока доверенность не забрали. Ведь старики, особенно при смерти, ветренее юной девчонки и меняют решения по десять раз на дню.
Одна только беда — надо знать точно номер. Фамилия и данные владельца — хранятся внутри счета и сверяются во вторую очередь. Полной анонимности быть не могло — слишком порочна практика, когда силой выбивали номер и пароль. Поэтому паролем выступала сама личность обладателя — разумеется, если после ее ввода она подтверждалась любым законным способом.
Скинул юристу все сделанные фото с номерами и суммами. В ответ через какое-то время получил «Поздравляю!!!» — весьма искреннее, ведь иметь очень платежеспособного клиента это очень хорошо. С номерных счетов собралось около шестисот сорока миллионов. А ведь были и другие счета… Какую цель он преследовал все эти сорок лет — для чего было копить такие суммы? Чтобы, закрывшись на все замки, просто перебирать банковские выписки? Предательство, чужие жизни — ради того, чтобы в следующем месяце цифра стала больше?..
Завершив с мелкой пакостью, стал обдумывать более крупную. Ну а пока — скинул очередную партию фотографий папаше Аллиты. Как раз срок подошел.
В этот раз — в Харрит ушли фото спящей девушки, обнимающей подушку. Были видны плечи и руки — чистые, без следов побоев, чтобы не переживал. Торчащие из-под одеяла ноги — большие пальцы замотаны пластырем, ботинки у нас не самые удобные. Счастливая улыбка.
Пока работал, в гравилет стали грузить заводские упаковки — наши диваны и кресла еще предстояло собирать. Правда, отчего-то упаковок было сильно больше трех… И больше семи… А когда принялись втискивать тридцатую упаковку с маркировкой «уличный бассейн с гидромассажем» — стало понятно, что разговора с капитаном Навин не избежать. Накладную-то я у менеджера посмотреть не догадался — на руках только номер заказа…
Ну а как посмотрел накладную, мрачно констатировал, что водку можно вообще не прятать — все равно будет скандал. Хотя лучше не усугублять, конечно — поэтому ящики я все равно перенес в кабину пилота.
Потом отправился забирать майора Лоуда — в «поместье друга» меня не пустили, пришлось постоять на парковке торгового центра рядом, так как пароль доступа майор мне не сказал, а на звонки не отвечал.
Вот и ожидал, слегка фоня радиацией на округу — хотя я по пути в Танер окунул борт в какое-то не сильно фонящее озерцо, чем несомненно устроил небольшую экологическую катастрофу… Но лучше там смыть пыль, чем тащить ее в населенный город.
Майор перезвонил через час — было почти девять вечера — и велел дожидаться там, где я нахожусь. Приехал он на такси — чистый, выбритый, опрятный и без следов близкого знакомства с чужими ботинками. Можно сказать, бодрячком был — разве что невольно берег рукой левый бок, но смотрелся абсолютно здоровым. Чудеса медицины — ну или ударные дозы обезболивающих с блокадами под присмотром биоэнергета. Так можно и полумертвым танцевать — если есть такая потребность.
Сумки с собой — как и коробки с браслетами, разумеется — у майора с собой не было.
— Как на складе?
— Отлично, сэр. Все выдали.
— Тогда я доверенность отзываю. — Кивнул он.
— Да, сэр.
— Что-то много вы заказали, — прокомментировал майор, поднявшись по трапу. — Я ведь только артикулы передал… — Был тот весьма задумчив, переступая через очередную коробку.
А потом даже озадачен, когда в следующем трюме ящиков оказалось не меньше.
— Это не я, это девчонки выбирали.
— Да уж…
— Капитан Навин будет недовольна, — вздохнул я следом. — Да и полковник вон Хемли скандал поднимет, если узнает…
— Знаешь что, Савой… А давай скажем — ты все купил? За свои?
— Сэр, как можно.
— А это мой тебе подарок, — хлопнул он меня по плечу. — Ты мне жизнь спас — и я только начал долг отдавать. — Уверенно выговорил он, глядя в глаза. — Будь уверен.
«Да какие между нами долги — все уже сняли…»
— Но это же очень дорого! Мы-то скажем, а Империя как потом оплатит?..
— Да уж спишу как-нибудь потом. Не переживай.
— Спасибо, сэр!
— Все, полетели. И так нас, поди, заждались уже…
