Призрак. Пенталогия (СИ) - Фарг Вадим
Сухой треск оборвал его слова, заставив нас вздрогнуть.
– Кто ещё желает оспорить мои приказы? – прошипел искажённый голос Валериус.
В её тоне не осталось ничего от имперской надменности. Только голая и слепая ненависть.
– Курс прежний! Я сама поведу корабль, и Волков сдохнет, даже если мне придётся тащить его в ад на собственном горбу!
Из динамиков снова крики о пощаде и глухие стуки падающих тел. Она хладнокровно убивала собственных рулевых, чтобы встать к штурвалу, делая десятки тысяч солдат заложниками своей одержимости.
– Вот же наглухо отбитая баба, – прохрипел стоявший позади Морж. – Командир, шевели извилинами и сделай что‑нибудь, иначе через минуту из нас выйдет отличный шашлык!
Я опустил глаза и посмотрел на свои руки. В ладонях ровно и тепло пульсировала «Колыбель» – сфера из трёх слитых воедино артефактов Древних. Жертва цифрового Вазара сработала, и теперь внутри этого небольшого шара клубилась невообразимая энергия. Там рождалась целая карманная вселенная, новый идеальный мир за тонкой гранью реальности.
Остатки холодного машинного кода эхом отзывались в моей голове, подкидывая простые решения. Логика подсказывала ударить энергией сферы по реакторам врага и разнести дредноут в радиоактивную пыль. Пожертвовать тысячами жизней ради спасения своих. Обычная математика выживания, которую так любила Империя.
Но я посмотрел на перекошенное от напряжения лицо Гайки, которая продолжала бороться с проводами. На сжавшего челюсти капитана, готового встретить смерть лицом к лицу. На Лиандру, которая молча стиснула аптечку, приготовившись спасать нас до последнего вздоха. И на Ани, чьи золотые глаза смотрели на меня с верой.
Нет, я не начну новый мир с резни и не стану похожим на Валериус или Императора. Мы не бездушные машины.
– Держитесь за что‑нибудь! – заорал я, стараясь перекрыть вой аварийных сирен. – Сейчас будет немного трясти!
Я прикрыл глаза и мысленно потянулся к гудящей «Колыбели». Левая рука покрылась хитином и вспыхнула голубым огнём. Технопатия слилась с первобытной мощью артефакта. Внутри сферы ощущалась давящая масса новорождённой звезды, способная искривить само пространство.
Я направил этот поток не во врага, а прямо по курсу «Левиафана».
– Давай, родной, – прошептал я кораблю, чувствуя его мелкую дрожь. – Прыгай отсюда!
Сфера в руках вспыхнула, и чудовищная гравитационная волна вырвалась наружу, сминая реальность в тугой комок. Пространство перед нами буквально схлопнулось, образуя искрящуюся тёмную воронку. «Левиафан» издал низкий гул, похожий на рёв кита, и рванул вперёд.
Нас ударило гравитацией с такой силой, что рёбра едва не хрустнули. Корабль выстрелил собой в подпространственный разрыв, оставляя звезду позади.
Вспышка света ослепила меня, в ушах зазвенело, а следом навалилась глухая тишина космоса.
Имперский дредноут на полной скорости пролетел сквозь пустоту, где мы только что висели, едва не чиркнув толстой броней по кипящей короне белого карлика, но нас там уже не было.
Мы вынырнули в холодном и спокойном секторе, оказавшись далеко за пределами опасной системы. В рубке повисла тишина, которую нарушал лишь тихий шелест остывающих систем и наше тяжёлое дыхание.
Первым отмер Морж, рухнувший в соседнее кресло и глупо рассмеявшийся.
– Мать моя женщина… – выдавил он, хватая ртом воздух. – Я чуть штаны не испачкал, командир!
Семён Аркадьевич тяжело осел в командирском кресле, а его рука заметно дрожала, когда он полез под навигационную панель за припрятанной фляжкой.
– Влад, сынок, – прохрипел старик и сделал солидный глоток. – Напомни мне никогда больше не играть с тобой в карты. У тебя дикие ставки, так и инфаркт схватить недолго.
Я медленно поднялся, игнорируя предательскую дрожь в коленях. Выпрямился в полный рост и поднял «Колыбель».
– Капитан, – мой голос прозвучал хрипло, но предельно уверенно.
– Слушаю, – отозвался Семён Аркадьевич.
– Пора нанести визит Императору и дать этому ублюдку то, чего он так отчаянно хочет. Дом.
Глава 16
Я стоял у обзорного экрана и неотрывно смотрел на искажённое пространство за бронированным стеклом, пока Левиафан скользил по «Тёмным Вратам». Те самые скрытые от радаров гипертуннели, о которых знали лишь пираты да покойники, оставленные нам Каэленом.
– Влад, ты уверен, что эта твоя флешка сработает? – пробасил капитан, громко щёлкнув затвором. – Если мы вывалимся из гипера, а там нас будут ждать с распростёртыми объятиями, мой дробовик против имперского дредноута точно не потянет, и мы всё же просто превратимся в космическую пыль.
– Должна сработать, Семён Аркадьевич, – ответил я, стараясь звучать максимально уверенно, хотя внутри всё сжималось от напряжения. – Отверженный отдал её не для того, чтобы мы просто сдохли на подлёте, ведь он верил, что мы сможем всё изменить.
– Да пускай ждут, кэп! – хрипло расхохотался Морж. – Мне за это дельце точно должны доплатить, потому что столько мишеней в одном месте – это же просто праздник какой‑то, и моя малышка давно так не радовалась!
Гюнтер подъехал к центральному пульту управления и принялся точить кухонный тесак о кусок бронепластины. Жуткий металлический скрежет действовал всем на нервы, но никто не решался сделать ему замечание.
– Герр Волков, – громко проскрежетал Гюнтер. – Мой тесак готов крошить жалких мешков с мясом во имя Высшего Порядка и идеального рагу, но как мы пройдём незамеченными через эту ораву? Я рассчитал правильные пропорции машинного масла в крови врагов, однако математика показывает дефицит наших сил, так что нас просто уничтожат до того, как мы успеем приготовить из них ужин!
– Напрямую мы туда не сунемся, Гюнтер, – успокоил я боевого повара. – У нас будет громкий отвлекающий манёвр, поэтому, обещаю, работы тебе хватит.
Я обернулся к команде, заставил себя стряхнуть оцепенение и улыбнулся.
– Каэлен проложил нам этот путь, – сказал я. – И мы не потратим его жертву впустую, так что, слышишь, Гайка, мы доведём это дело до конца ради него и ради всех остальных.
Кира вздрогнула, словно внезапно проснулась от кошмара, подняла на меня большие глаза, блестящие от невыплаканных слёз, и слабо, но уверенно кивнула.
– Мы с тобой, Влад, – тихо произнесла Лиандра. – До самого конца.
Что ж, отлично.
– Смотрите сюда, – я вывел на главный экран схему «Зенита» и обвёл её пальцем.
Голограмма пару раз моргнула из‑за помех и показала циклопическое сооружение, а вокруг станции кружили тысячи мелких красных точек.
– Это личная резиденция Императора, – продолжил я инструктаж и указал на устрашающий чёрный провал в самом центре голограммы. – То самое место, где заперта его раса. Чтобы добраться до Тронного Зала и отдать ему «Колыбель», нам нужно пройти через охрану, где нас ждут миллионы солдат, флотилия дредноутов и толпа обезумевших фанатиков.
– Звучит как план для массового суицида, – басовито хохотнул Морж, закидывая пулемёт на плечо. – Мы точно войдём в историю, командир!
Внезапно Левиафан дёрнулся, когда тёмный туннель схлопнулся позади нас и корабль вывалился в обычное пространство.
От увиденного на панорамных экранах перехватило дыхание, потому что масштабы Имперского флота подавляли любую волю к сопротивлению. Вокруг угольной бездны, искривляющей свет, висели тысячи боевых крейсеров, которые переливались золотом и белизной свежей брони, образуя идеальную и безупречную машину войны. Одно неверное движение, один случайный луч радара – и нас мгновенно испарят.
Левиафан инстинктивно сжался и сразу включил био‑маскировку на полную мощность, но даже живой корабль дрожью реагировал на чудовищное напряжение. Криптик, сидевший на плече у Киры, тревожно зашипел.
– Тихо, малыш, тише, – ласково прошептала Гайка и погладила искрящегося питомца, который немного успокоился, но продолжил злобно рычать на экраны.
