Основано на реальных событиях (СИ) - Салах Алайна
— Друг.. Эй, друг!
Я вытягиваюсь по стойке смирно и во все глаза таращусь на стремительно приближающегося красавчика. Господи, какой же он красивый и высокий. Головы на две меня выше. И голос у него какой! Мужской такой, глубокий.
Игорек отрывается от экрана и непонимающе на него глазеет. Мол, это ты ко мне обращаешься?
Парень подходит вплотную, быстро мажет по мне взглядом, а потом протягивает Игорьку руку и представляется:
— Привет. Я Влад.
Трепеща от ужаса и восторга, я смотрю как растерянный Игорек невнятно пожимает ему ладонь и пятится назад.
— Друг, ты только не обижайся, ладно? – продолжает парень. – Я обычно так не делаю и сам бы в морду дал, если бы кто-то вот так полез…. – и опять на меня мельком смотрит. – Но я очень хочу взять у твоей спутницы номер. Минут сорок на вас смотрел и понял, что не могу уйти просто так. Город-то огромный и неизвестно, как потом искать.
Игорек теряется окончательно. Бледнеет сначала, а потом пятнами покрывается.
А мне наоборот так весело становится и сердце в груди колотится быстро-быстро, как будто вот-вот выпрыгнет. Ну надо же., а? И ведь подошел, не постеснялся. И искать еще потом хотел.
— А почему это ты у него спрашиваешь, а не у меня? – говорю нарочито громко и голову задираю, чтобы получше его разглядеть. – А вроде не кулек с семечками.
Красавчик смотрит мне в глаза и меня опять прошибает током. Всего секунда, а я уже как будто знаю, что он именно тот, кто, не раздумывая, перенесет меня через лужу в моих сногсшибательных дорогих туфлях.
— Чтобы друга твоего не обидеть, — говорит и губами в улыбке дергает. – Привет еще раз. Я Влад.
— Тея, — представляюсь и сама ему руку протягиваю. Я всегда так. Если кто-то понравился – даже для вида не ломаюсь.
Про Игорька, к своему стыду, я тут же забываю. Еще бы. Так смело, как Влад со мной еще никто знакомился. И еще он первый, кто так сильно понравился мне с первого взгляда. А уж у меня-то парней еще со школы навалом было.
Влад бережно пожимает мою ладонь и наклоняется ближе, отрезая от нас весь остальной мир.
— Тея, номер мне свой дашь? Или еще лучше: пошли, прогуляемся? Просто где-нибудь. Поболтаем, ты мне о себе расскажешь. А если тебе интересно станет – то я расскажу о себе.
Еще наша соседка всегда говорит, что с мужиками надо вести себя неприступно и почаще отказывать, чтобы ценили. Но вот как ему отказать? У меня даже ступни вибрируют, от того, как сильно я хочу с ним пойти. Да и у мужика у тети Вали лет десять не было, так что вряд ли она может считаться экспертом в отношениях.
— Ладно, пойдем. Но к девяти вты должен меня домой доставить, — предупреждаю и тут же безбожно вру: — А то у меня папа строгий.
После этого к Игорьку оборачиваюсь и в качестве извинений глажу его по руке.
— Спасибо большое за пиццу. Я тогда с тобой не поеду, ладно? Меня Влад отвезет.
До девяти вечера остается всего четыре часа — столько и гуляем. Я узнаю, что фамилия у Влада – Демин и в прошлом году он закончил факультет вычислительной математики. Работает в айти, живет один, любит фильмы Нолана и Тарковского, увлекается баскетболом. С девушкой расстался полгода назад и не сказал мне про нее ни одной гадости, что определенно хороший знак.
Я тоже все о себе рассказала: про то, что живу с сестренкой и с пьяницами-родителями, про цель поскорее съехать, и про мечту попасть на концерт Эминема и орать в первом ряду его Loose Yourself. Говорить получалось легко, даже о том, о чем я не привыкла говорить с теми, кого хорошо знаю. Все потому, что Влад так чувствовался: предельно близким, как будто мы были знакомы всю жизнь, но по глупому стечению обстоятельств потерялись и наконец снова нашлись.
Именно поэтому, когда он вдруг взял меня за руку и сплел наши пальцы, это не ощущалось чем-то странным. Как и то, что буквально в следующую нашу встречу он попросил к нему переехать, а еще через три недели сделал мне предложение в перерыве финального матча по баскетболу за кубок страны. Нас даже по телеку показали и еще в куче интернет-роликов.
Ну а я на каждую инициативу Влада, конечно, счастливо кричала «Да!», потому что с первой же встречи была влюблена по уши. Мы оба были.
3
В квартиру, доставшуюся нам с сестрой от покойной бабы Гали, решаю пока не ехать и вместо этого бронирую номер в отеле неподалеку. Месяц назад Диана съехала от Кости, так что побыть одной не получится. А мне очень надо.
Лишних комнат в однушке нет, так что пореветь без посторонних глаз и сочувственных взглядов не выйдет. С сестрой мы близки, но сейчас мне надо самой… Без чувства стыда провалиться в жалость к себе и оплакать кончину некогда такого счастливого брака.
Забрав ключ-карту у администратора, я поднимаюсь на третий этаж. Номер такой крошечный, что двоим здесь было бы просто не развернуться. В похожий мы однажды загремели с Владом, приехав в Венецию. Как только я разложила чемодан, стало невозможно пройти в туалет.
От нечаянного воспоминания слезы опять текут рекой. Твою же мать. Еще и часа не прошло с момента ухода, а я уже умудрилась вспомнить об Италии. Всего-то потребовалось заселиться в маленький номер. Господи, неужели прошлое теперь по любому поводу будет меня догонять?
Развесив одежду в узком шкафу-купе, я осторожно заползаю в кровать и обнимаю подушку. Наволочка оказывается прохладной и будто накрахмаленной. Точно такая же была в больнице, куда я загремела лет пять назад с острой болью в животе.
— Тея, зайди ко мне. У меня вопрос по отчету.
— Да, сейчас, всего пару минут, — лепечу я в трубку и морщусь от жуткой схваткообразной боли под пупком. Какого черта происходит с животом? Месячные закончились на прошлой неделе, а кроме овсянки на завтрак я больше ничего не ела.
— Тей, все нормально? – Настя, второй помощник главбуха настороженно наблюдает за мной из-за монитора. – Ты белая как мел.
— Живот что-то крутит… — От нового приступа боли я измученно верещу и хватаюсь за край стола. – У тебя обезболивающее есть?
— Какое еще обезболивающее? Тебе скорую надо.
— Не надо, ради Бога, никакой скорой. Не хватало еще через весь город катить с мигалками.
— Тогда давай такси тебе вызовем. А то у моего дяди так аппендицит проморгали.
Больниц я боюсь как огня, поэтому решаю посидеть еще немного и дать организму шанс на реабилитацию. А спустя пять минут наш крепыш-сисадмин выволакивает меня, скулящую и корчащуюся от боли из здания, чтобы закинуть на заднее сиденье своей праворукой Тойоты и отвезти в ближайший приемный покой.
Лежа на прокуренном диванчике и клацая зубами от боли, я кое-как набираю сообщение Владу.
«Пуся, меня везут в больницу на Горького. Страшно болит живот»
Пуся – самое неподходящее обращение для двухметрового атлета, и именно потому я так прозвала мужа. Прозвище пришло случайно в насмешку уменьшительно-ласкательным зайцам, котам и солнышкам, и неожиданно закрепилось.
Артур выгружает меня у стойки приемного покоя, берет обещание позвонить после осмотра врача и уезжает.
Пожилая женщина в шапочке и белом халате протягивает мне планшет с бумагами.
— Заполняйте пока. Полис с собой?
Ручка скачет по бумаге в такт схваткам: то отпустит секунд на двадцать, то скручивает так, что темнеет в глазах. Согласие на обработку персональных данных я подписываю почти вслепую.
— Ложитесь сюда, — медсестра кивает на каталку в углу. — Сейчас врача позову.
Минуты кажутся мне вечностью. Поджав колени к животу — только в такой позе боль становится немного терпимее, — я гипнотизирую телефон. Влад еще даже не прочитал сообщение. Наверное, сидит на очередном совещании. У них в компании хлебом не корми, только дай пособираться и что-нибудь пообсуждать. Ну или он просто увлекся проектом. Черт, как же больно. Если бы Влад был рядом и держал меня за руку, точно стало бы легче.
