Хардкорная история. Апокалиптические моменты от древности до наших дней - Карлин Дэн
Сегодня, когда мы говорим о двух атомных бомбах [230], сброшенных Соединенными Штатами на Японию, мы рассуждаем в контексте морали. Но у тех, кто принимал эти решения, вовсе не было тех вариантов, которые мы им часто приписываем. Нам кажется, что президент Трумэн мог сделать что-то другое и не сбрасывать атомные бомбы на Японию. Но, говоря так, мы не учитываем политические реалии того времени [231]. Как пишет в книге «Власть бомбы» (Bomb Power, 2010) историк Гарри Уиллс: «Если бы было известно, что Соединенные Штаты имели мощное оружие, но не использовали его, семьи американцев, погибших после создания такого оружия, пришли бы в ярость. Общество, пресса и Конгресс обрушились бы на президента и его советников. Раздались бы призывы к импичменту президента Трумэна, а генерала Гровса отдали бы под военный трибунал. Администрацию обвинили бы в том, что они потратили миллиарды долларов и отвлекли ценные ресурсы от других военных проектов — причем совершенно бесцельно».
Конечно, атомная бомбардировка несла с собой особый ужас. Те, кто пережил двадцатичетырех— и тридцатишестичасовые бомбардировки, писали, как странно было выходить из бомбоубежищ и видеть город, который только что был совершенно цел, а теперь лежал в руинах. И все же у людей был какой-то промежуток времени, хотя бы несколько часов, чтобы ментально подготовиться к происходящему. Во время атомной бомбардировки колоссальный ущерб был нанесен в мгновение ока. Люди, которые пережили две бомбардировки японских городов, были просто поражены. Многие умерли от ран и радиации, не успев даже осмыслить, что произошло с ними.
В атомных бомбардировках Хиросимы и Нагасаки (6 и 9 августа соответственно) погибло более двухсот тысяч человек. Эти жертвы стали единственными людьми в истории, подвергшимися ядерной атаке. Они, сами того не желая, стали подопытными кроликами в страшном эксперименте [232]. Выжившие поделились своими историями и рассказали миру о том, насколько ужасна ядерная война.
Рассказы свидетелей тщательно записали и сохранили для будущих поколений. Сьюзен Саутард в книге «Нагасаки: жизнь после атомной войны» (Nagasaki: Life After Nuclear War, 2016) пишет, что за секунду после взрыва бомбы образовался огненный шар 750 футов в диаметре, а температура в центре его достигла 540 000 градусов по Фаренгейту — то есть выше, чем в центре Солнца. «Горизонтальная взрывная волна прошла по городу со скоростью, в два с половиной раза превышающей скорость урагана пятой категории. Она превратила в радиоактивную пыль здания, деревья, траву, животных и тысячи мужчин, женщин и детей. Людей вышвыривало из их убежищ, из домов, фабрик, школ, с больничных коек, их впечатывало в стены или расплющивало под рухнувшими зданиями». И все это произошло за секунду.
Один из очевидцев бомбардировки Хиросимы, Хироси Сибаяма, увидел взрыв и бросился к центру города, где взорвалась бомба. Он писал: «Люди обгорели так сильно, что их трудно было отделить друг от друга. Все почернели, словно покрылись сажей. Одежда их превратилась в лохмотья. Многие были обнажены. Руки их бессильно висели. Кожа рук свисала с кончиков пальцев. Их лица не были больше лицами живых людей». От историй свидетелей мороз идет по коже.
В любой третьей мировой войны те, кому удастся пережить ядерную бомбардировку, будут вспоминать то же самое [233]. Но, как стало ясно всем после двух первых бомб, в следующей большой войне эти бомбы станут более мощными, их будет больше, и они будут у обеих сторон. А что, если вместо двух небольших атомных бомб используют двести больших? Не нанесем ли мы своей планете ущерб, который не сможем восстановить? [234]
Говорят, что однажды Альберт Эйнштейн сказал: «Я не знаю, каким оружием будут воевать в третьей мировой войне, но после нее воевать придется палками и камнями». Генерал военно-воздушных войск Кертис Лемей, якобы собирался «бомбить противника, пока он не вернется в каменный век» [235]. Говорили эти люди такое или нет, но будущая тотальная война отбросит человечество назад по цивилизационной шкале. Впервые в истории люди создали оружие настолько мощное, что теоретически получили возможность вернуться в темные времена.
Человечество не сталкивалось с подобной перспективой тысячу лет или даже больше. Легко забыть, что с нами может произойти то же самое, что много веков назад с цивилизациями творила чума [236], землетрясения или извержения гигантских вулканов. Невероятно, что сейчас такое может произойти по воле человека, присвоившего себе права Бога. Гибель цивилизации в результате ядерного холокоста станет делом рук человеческих. Если подобное когда-нибудь случится, то это будет решение одного человека или нескольких людей. Человек не может приказать вулкану извергаться, а волнам цунами обрушиться на берег. У древних греков были мифы, связанные с тем, как люди присваивали себе божественные способности [237]. Кто из людей способен ответственно справиться с грузом подобной власти? [238]
Появление ядерного оружия впервые в истории позволило одному человеку уничтожить десятки и даже сотни миллионов жизней — и сделать это за считаные минуты. Самые страшные персонажи истории — Чингисхан, Александр Македонский, Адольф Гитлер — ничего подобного не могли. Когда в XIII веке Чингисхан решал стереть с лица земли империю или государство, ему нужно было время. Если государство было велико, как, например, Китай, то на захват уходили десятилетия. Но если бы президент Ричард Никсон в 1969 году решил нанести ядерный удар по той же территории, он убил был сто миллионов китайцев за полдня.
Если человечество будет относиться к новому супероружию так же, как к любому другому эффективному оружию прошлого, следующая мировая война приведет нас к гибели богов. Многие из тех, кто был свидетелями начала атомной эпохи, поняли это в тот момент, когда в американской пустыне взорвалась первая бомба. «Ныне я есть Смерть, Разрушитель миров», как сказал Оппенгеймер.
Реакция американцев, как и реакция ученых, была смешанной. Когда ты участвуешь в мировой войне и твое правительство получает супероружие, то этому нельзя не радоваться [239]. В книге «В тени войны» (In the Shadow of War, 1995) историк Майкл Шерри описывает реакцию американцев на телевыступление президента Трумэна с сообщением о ядерной бомбардировке. Он сообщил народу, что это было за оружие и почему Штаты его применили. «Некоторые гордились американскими достижениями и радовались, что японцам удалось отомстить». Кое-кто желал продолжения войны, чтобы можно было сбросить на Японию новые бомбы. «Другие же, особенно солдаты, которые считали, что единственной альтернативой бомбардировке было бы вторжение на острова, радовались наступлению мира. Бомба сократила войну и могла стать орудием сохранения мира в будущем».
Но были и те, кто видел всю картину, — для них бомба стала доказательством чудовищности современной войны. А кто-то предчувствовал, что сулит нам будущее. Ведущий канала CBS Эдвард Марроу сказал так: «Редко когда, а то и никогда, война заканчивалась, оставляя победителей с чувством неопределенности и страха — с осознанием того, что будущее туманно, а выживание не гарантировано».
Поколения, выросшие в первые десятилетия после Второй мировой войны, жили в тени ядерного конфликта. Они говорили об этом, писали и пели об этом, ядерная война являлась им в кошмарных снах. В американских школах часто проводили учения на случай бомбардировки. В литературе и фильмах того времени постоянно встречалась тема ядерной (а позже термоядерной) войны. «Конец света» стал популярной фантазией. И неважно, если ты живешь в так называемой нейтральной стране, потому что нигде нельзя укрыться от третьей мировой войны. В эпоху, когда супербомбы только появились, самые разные люди: ученые, военные, политики, артисты и философы — начали задумываться о такой вероятности, словно от этого зависела их жизнь.
