Последний выключает свет - Калинин Сергей
Дальше туман. Нестерпимый стыд. Вопросы, хотелось врать, но говорил правду. Благо Лена осталась на коридоре и не видела этот позор. Капельница, наверное, сгорел бы со стыда и ощущение, что он, взрослый мужик, сильный, решительный, умный и вот… Вдруг стало легче. Словно спадала пелена. Отпустила боль, внезапная ясность в мозгу, показалось, что движения стали легче, пропала тошнота и, невероятно, пропало желание выпить. В это было невозможно поверить.
— Сейчас справку выпишем, — девушка на ресепшене улыбалась все той же дежурной улыбкой.
— Не надо, — Руслан схватил Лену за руку и выволок на улицу. — Дурдом сегодня, а не день.
— Ты невероятный, — Лена шла за ним следом, не забирая руку.
— А чего так дорого? — Руслан вдруг остановился. — Черт! Там что, гипнотизеры? Я не помню, как рассчитывался.
— Это частная клиника. Зато лекарство хорошее. Сейчас тебе сделали капельницу, станет лучше. Но три дня нужно не пить. Потом, — Лена взяла Руслана под руку и прошептала, словно заговорщик, — потом нужно еще раз прийти. И таблетки вот эти нужно принимать. — Она протянула коробочку, которую он послушно спрятал в карман.
— Еще раз! — Руслан набрал воздуха, но выдохнуть побоялся, понимая, что вырвется не совсем то, что можно произносить при девушке. Точнее, могло бы быть все равно, но Лена… — Завтра решим.
На самом деле, желание выпить действительно пропало. Может от нервов, может, реально помогла капельница, может, просто что-то щелкнуло в мозгу. В целом, все получилось неожиданно и…
«И что сейчас? Как уснуть? Делать что? На вечер какие планы? Как?! Как это случилось?», — Руслан в легкой панике шел по улице, под руку его держала Лена, и вдруг стало страшно. В забытьи было проще, в безмыслии понятнее. Сейчас нужно что-то думать, что-то искать, что-то менять. Достал сигареты. Стало опять стыдно. Купил подороже. Чтобы хоть как-то соответствовать моменту. Лена с хитроватой улыбкой наблюдала за его метаниями:
— Ну, что? Домой?
— Давай по кофе и поехали, — ему вдруг захотелось, как когда-то, посидеть за столиком у окна кафе с видом на осенний парк, заказать… Привычное меню было нарушено.
Взял горький Expresso и пил молча, разглядывая трамвайные пути и бегущих прохожих. Лена увлеченно и эмоционально делилась планами. Внезапно проявилась легкая зависть. В ворохе проблем она сохранила оптимизм, жажду деятельности и мечты. А он?
«У нее дочка, и она, по сути, почтальон, которая еще надеется вернуться в журналистику. Куда? Когда? Как? Снимать жилье? Она не потянет. Плюс ребенка не оставить. С садиком не решит быстро. Но верит, что сможет работать по вечерам, мотаться в город, чтобы освещать события выходного дня. Как кто? Статуса журналиста нет. Как обычный прохожий? Заберут. В первый же день заберут. А я? А я поеду крутить хвосты коровам. Пить нельзя и работать, по сути, придется бесплатно. Охренеть. Виктор за деньги еще ни с кем не работал, и не факт, что я первый. А я точно трезвый умею вилами махать в хлеву? Ни разу еще не пробовал. С ней понятно. Сумасшедшая. А я? Я тоже. Но, черт возьми, она крутая, и с ней не скучно. Интересно, я готов ее из тюрьмы ждать? Ну, смотря сколько дадут. Или… Черт! Не о том думаю. И все же она классная. Красивая и революционерка. Гремучий коктейль. Точно скучно не будет», — он так задумался, что перестал слышать, о чем говорит Лена и очнулся, лишь когда она повторила вопрос, чуть повысив голос:
— Ты не уснул?
— Поехали. Домой по любому нужно возвращаться, — Руслан остановил Лену. Которая попыталась достать деньги. — В этот раз плачу я. Кто тут, в конце концов, кавалер.
— Неожиданно, конечно, но кавалер действительно ты, — Лена рассмеялась, и снова показалось, что она немножко издевается, не обидно, словно провоцируя.
Автобуса до их деревни, точнее хутора, как его однажды окрестил Руслан, не оказалось. Собственно, два километра по хорошей погоде не выглядели ужасным испытанием. Ждать два часа или прогуляться от трассы, проходящей чуть в стороне — выбор оказался несложным. Они вышли на перекрестке. Постороннему человеку, оказавшемуся здесь, было бы немного странно наблюдать остановку, где не было ни людей, ни домов. Вокруг густой, потемневший к вечеру лес, шум ветра, слегка уставшая от летнего солнца, пригнувшаяся и потерявшая яркость трава. И дорога. Дорога, уходящая в неизвестность. Само наличие асфальта говорило о том, что здесь бывали и иные времена, но сейчас он потрескался, зарос с краев и внезапно обрывался. Да и сам лес подбирался все ближе. Не так велика была их деревня, и внимания ей доставалось все меньше. У колхоза и без того проблем хватало. Чуть дальше, не больше километра от места, где они вышли, был сельсовет, школа, магазин, который работал каждый день. Там кипела жизнь, как раз там и жил Тарас, брат Лены, и там была та почта, где она работала. Летом она добиралась на велосипеде, зимой подстраивалась под расписание автобусов, школьного и парочки рейсовых, утром и вечером. Непростая жизнь, но и это было удачей — иметь хоть какую-то стабильную работу.
— Подожди, — они отошли от перекрестка метров пятнадцать, когда Лена, словно опомнившись, направилась в сторону остановки.
Руслан остановился и закурил, в ожидании девушки. Лена подошла к остановке, обошла вокруг, словно что-то выискивая. Не удержавшись, Руслан пошел следом, чувствуя, что его помощь не будет лишней:
— Что ищем? Где-то здесь ты спрятала секрет в далеком детстве и сейчас планируешь раскопать, но не можешь вспомнить, где именно?
— Прозаичнее, — Лена достала из сумочки конверт, сорвала несколько объявлений, видимо, посчитав, что информация устарела и потеряла актуальность, отделила слой, защищающий клейкую сторону листовки, и аккуратно приклеила, тщательно прижимая края и уголочки.
Примерно так клеят обои, выдавливая воздух и стараясь, чтобы не осталось складок и воздушных пузырей. Большего украшение это строение не видело никогда. С обшарпанной стены ярко, бросаясь в глаза каждому проезжающему мимо, смотрел бело-красно-белый флаг, символ перемен и нового времени.
— Сорвут, — Руслан вздохнул. — Здесь не в тренде.
— Выше нужно, — Лена посмотрела на Руслана изучающе, и в этом взгляде был даже не вопрос, а предложение решить поставленную задачу.
— Согласен. На козырьке шикарно будет смотреться, — Руслан прочел этот взгляд, но сделал вид, что к нему это отношения не имеет. — Смотри, если вот здесь на дерево залезть, потом на крышу, а сверху наклеить, супер будет. — В детстве лазила? — И не дожидаясь ответа девушки, добавил. — Ты же дама деревенская. У вас нельзя было по деревьям не лазить.
— И думаешь нет? — Лена решительно направилась к дереву, но Руслан схватил ее за руку.
— Я, конечно, не против оценить твое мастерство, тем более в такой юбке, но…, — он взял листовку и сбросил пиджак. — Чувствую себя партизаном. Сейчас совершаем диверсию, и сразу в лес. Придется залечь на дно. Для этой местности мы и так навели достаточно шума. Председателю просто гарантирован инфаркт, а участковому придется брать собаку и идти по следу. Кстати, ты не думала, уходить будем болотом?
— Держи, — Лена достала флаг, который был несравнимо больше. — Сможешь его на дереве повесить?
— Не жалко? Снимут и выбросят.
— У меня еще три есть.
— Понял. Мы вышли на тропу войны и домой попадем не скоро. Только один вопрос: как ты их уместила в дамской сумочке?
— Дома они. Давай быстрее и повыше. Лови, — Лена бросила маленький рулончик скотча. — Как-нибудь там вяжи посильнее.
— Повыше я могу упасть и разбиться, — Руслан с притворным ворчанием лез на дерево, и за уголочки примотал флаг к ветке, которая казалась поровнее.
Они отошли метров на десять, осмотрели результаты трудов.
— Ну, кажись все. Победа за нами, — Руслан стряхнул невидимую пыль с брюк.
— А что?! Отличная работа! Давай селфи на этом фоне. Мы просто супер! — Лена достала телефон.
