Под вересковым небом - Танзен Метте
— Да, я не смогла уехать без нее, она просто обязана была отправиться со мной.
— Ох, Фрауке, мне правда безумно жаль. Мое предложение было ужасно жестоким.
— Все в порядке, — я сжимаю руку подруги, — не думай больше об этом. Тебе и так непросто.
Бетти тихо стонет, но потом вытягивает спину и подчеркнуто сильно напрягает плечи.
— А теперь поговорим о тебе. Что случилось с прекрасным пекарем?
Я закатываю глаза, но чувствую, что Бетти хочется срочно сменить тему. Я подробно рассказываю подруге о вчерашнем празднике. Мы приближаемся к дому, сворачиваем на мою улицу. В этот момент история обрывается, как обрываются и мои воспоминания о том вечере.
— А сейчас? Клас не выходил с тобой на связь? — спрашивает Бетти.
Я отстраненно качаю головой, потому что мое внимание переключается на входную дверь. Перед ней стоит высокая стройная фигура с маленькой девочкой на руках и с недоумением разглядывает фасад дома.
Болтушка
— Это Лив! Боже мой, я совсем про нее забыла. — Я поднимаю руку, машу, кричу: — Хэй, Лив, мы здесь!
Лив оборачивается, машет в ответ.
— Я ведь ее знаю, — теперь до Бетти доходит. — Это та девушка с козьей фермы.
— Верно, она хочет что-то обсудить со мной. Лив взяла с собой свою дочку, Валери. Это просто прекрасно!
Последние слова я произношу громче, потому что мы уже подходим к гостям и они вполне хорошо слышат нас. Радостно поприветствовав друг друга, мы вчетвером поднимаемся по лестнице. Валери подробно рассказывает нам о своем падении на детской площадке и раненой коленке.
— Хочешь посмотреть, какой у меня большой пластырь? — спрашивает девочка, когда мы наконец добираемся до квартиры.
— Обязательно! — Я открываю дверь.
— Проходи пока, Валери, — Лив подталкивает девочку в квартиру, пока та уже вовсю закатывает штанину.
В квартире я долго рассматриваю пластырь на коленке Валери и узнаю, что она больше не дружит с Леоном, мальчиком, из-за которого упала. Малышка тараторит без умолку.
— Где я могу порисовать? Мама сказала взять с собой все принадлежности, чтобы не скучать.
Девочка уже хватает свой рюкзак и начинает доставать оттуда вещи.
— Ты знаешь, — включается в разговор Бетти, — для этого отлично подойдет стол в гостиной. Пойдем, если хочешь, я помогу.
— Пойдем. — Девочка послушно исчезает в гостиной.
— Вам двоим, кажется, нужно что-то обсудить? — Бетти бросает на нас многозначительный взгляд. — Приступайте, а то с маленькой болтушкой важный разговор вряд ли получится.
Лив благодарно улыбается, и я открываю дверь на кухню.
— Проходи, присаживайся где нравится, — я указываю на обеденный стол. — Будешь чай?
— Да, с удовольствием.
— У меня есть травяной чай с лакрицей и анисом.
— Звучит вкусно.
— Это и вправду очень вкусно.
Я открываю кухонный шкафчик, достаю оттуда три кружки для нас с Лив и Бетти, ставлю воду кипятиться.
— У тебя тут красиво, — взгляд Лив блуждает по комнате и останавливается на мне. — Как у тебя вообще дела? Все еще болит голова?
— К счастью, уже нет. — Я опускаю чайные пакетики в кружки. — Прогулка помогла. И, признаюсь, две таблетки тоже.
Лив улыбается во весь рот:
— Ну ты даешь, ты вчера вечером просто зажгла. Dancing Queen — просто ничто по сравнению с тобой. И парням ты очень понравилась.
Я не понимаю, плакать мне или смеяться. Боже, как же стыдно!
— Между тобой и Класом что-то есть? — Лив подливает масла в огонь.
И что мне теперь сказать? К счастью, вода закипела, а из-за шума чайника разговаривать просто невозможно. Я наливаю кипяток в кружки и быстро пробираюсь к дивану, бросив лишь:
— Пойду занесу Бетти чай.
Я захожу в комнату и вижу: Бетти сидит на корточках перед журнальным столиком, а Валери старательно сортирует цветные карандаши и кладет их рядом с альбомом.
— Жду не дождусь узнать, о чем же вы говорили, — произносит Бетти и подмигивает мне. — Спасибо за чай.
— Спасибо тебе, — я указываю подбородком на Валери.
Я возвращаюсь на кухню, беру две оставшиеся кружки и, немного помедлив, сажусь за стол рядом с Лив.
— И? — Женщина смотрит на меня с ожиданием. — Что между вами теперь? Ты же понимаешь, что с ним спокойной жизни не будет.
— В смысле? — замечание Бетти меня заинтриговало.
— Ну, он человек нестандартный. Делает все что хочет, даже в отношениях. А поскольку он очень неплохо выглядит…
— …он может себе это позволить, — заканчиваю я мысль Лив.
— С другой стороны, — моя собеседница качает головой, — Клас тоже со временем не молодеет. В любом случае он стал спокойнее. Он уже три года живет в Люнебурге. Никто и подумать не мог, что блудный сын выдержит так долго в своем родном городе. Насколько я слышала, после окончания школы он был постоянно в разъездах. Весь мир повидал, — на секунду во взгляде Лив скользит что-то мечтательное. — Это удивительно.
— Клас рассказывал мне, что некоторое время жил во Вьетнаме. Но теперь, — я пожимаю плечами, — он достигает того возраста, когда спрашиваешь себя, где же твой дом. Кроме того, у него ведь здесь пекарня.
— Да, это правда, — Лив тянется к кружке, осторожно делает глоток. — Ох, какой вкусный чай!
Я улыбаюсь. Знала, что Лив понравится мой любимый чай.
— Но ты пришла не за чаем. И не для того, чтобы поговорить о Класе. — Я внимательно смотрю на Лив.
— Нет, конечно нет. — Взгляд женщины вдруг становится деловым. — Я хотела спросить, не хочешь ли ты поработать у меня.
— Не хочу ли я… — я теряю дар речи, ведь рассчитывала услышать что угодно, но только не это.
— Мне нужна помощь на рынке, и притом срочно!
— Но я…
— Да, я знаю, что ты работаешь в той судоходной компании. Но ведь ты проводишь тренинги не каждый день.
— Нет, только по понедельникам, вторникам и четвергам…
— Замечательно! Тогда ты сможешь помогать мне на рынке по средам и субботам. А если все сложится с рождественской ярмаркой, то еще и по воскресеньям.
Фух, от услышанного у меня начинает кружиться голова. Но Лив продолжает:
— На рождественской ярмарке мне особенно понадобится твоя помощь. И мне нужны идеи. Идеи подарков! Для сыра из баррика нужно будет придумать по-настоящему благородную упаковку, а еще мне очень понравилась твоя идея с пеплом. Как же назывался тот французский сыр, не могу вспомнить…
— …Croûte cendrée.
— Точно! — лицо Лив сияет. — Я хочу усовершенствовать свой ассортимент. Именно так, как ты и предложила. Ведь изысканные лакомства — это идеальные подарки! До открытия рождественской ярмарки у нас есть достаточно времени, чтобы придумать еще парочку интересных подарков, опробовать упаковку, рассчитать цены…
— Стоп, стоп, стоп! — я начинаю нервно размахивать одной рукой, а другую руку прижимаю ко лбу. — Мне ведь нужно будет все освоить.
— Пф-ф! — Лив откидывается на спинку стула. — Я даже и не знаю, чему тебя учить. Работать с кассовым аппаратом разве что, но на этом всё. Мой ассортимент ты уже и так знаешь, а в том, что ты умеешь продавать, я убедилась еще на рынке. Ты полна энтузиазма, поэтому у тебя не может не получиться!
— Но я не знаю, не будет ли эта нагрузка для меня слишком большой. Судоходная компания, а потом еще работа на рынке… — Я снова пытаюсь уклониться от ответа, но бросаю это дело, когда вспоминаю, что у Лив из-за работы в хлеву вообще нет ни одного выходного, а у меня по-прежнему останутся пятница и (пока что) воскресенье. Вполне достаточно, чтобы более или менее хорошо подготовиться к тренингам. Кроме того, ту стандартную программу, которую требует компания, я знаю как свои пять пальцев.
— Фрауке, я правда не хочу тебя уговаривать. — Лив берет в руки кружку с чаем, делает несколько глотков. — Ты так же страстно увлечена кулинарией, как и я. Поэтому я и подумала, что ты будешь рада моему предложению.
