Кина не будет - Каневский Александр Семенович
Просторная мастерская инженеров-физиков. Беспорядок на столах, бумаги, приборы, провода. На полу, на электроплите, греется чайник. Слышен раздражённый голос Бродова:
— Ничего утешительного от меня не ждите! Чай кипит, чего не скажешь о работе! Знаю, знаю! Сидите здесь по 20 часов в сутки. Это напоминает школу продлённого дня! Начальную школу! За неделю спроектированы узлы, в которых за год никто не разберёётся! Не возражайте!
Камера скользит по лицам. Несмотря на «разнос», лица почему-то улыбаются. Камера останавливается на Яше.
Голос Бродова принадлежит ему. Яша довольно удачно копирует директора института. По-бродовски решительно он переходит от одной группы к другой, бросая резкие замечания. На одном из столов свернулся калачиком долговязый инженер. К пиджаку прикреплена записка: «До 19 часов не будить!»
Яша останавливается возле спящего.
— А Сережа спит! Спит уже 10 лет. Он сладко дремал на лекциях, сопел в аспирантуре и теперь спит. И что, вы думаете, ему снится? Ему снится, что он… спит!
«Бродов» резко оборвал смешок, раздавшийся в группе возле чертёжной доски.
— Ничего смешного! А если бы даже было смешно, вам стоило бы воздержаться! За четыре дня втроём вы сделали работу, которая у меня заняла бы 15 минут! Что? Не сделал бы? Кто это сказал? Вы? Возможно, вы правы! И потом, кто разрешает курить?.. Дайте сигареты! — Отобрав пачку, он закуривает сам.
— Безобразие! Понадавали столько обещаний, а сами? Если уж вышли на ринг, надо бить!
Дверь комнаты распахнулась от сильного удара. На пороге стоял настоящий Бродов.
— Здравствуйте, затворники!
Инженеры ответили нестройно и настороженно.
— Что у вас так тоскливо? — поинтересовался директор. — Сейчас я вас развеселю.
Он высыпал на стол содержимое огромного пакета.
— Как ты думаешь, он слыхал? — тихо спросил Яша у соседа.
— По-моему, нет! — успокоил его тот.
— Чай! — вдруг закричал кто-то. Бросились к плитке — крышка чайника уже подпрыгивала. Откуда-то появились стаканы.
— Виктор Сергеевич не появлялся? — тихо спросив Бродов у Яши.
— Нет.
— К столу! — пригласили девушки шефа.
— Спасибо, я тороплюсь! Интересно, кто разрешает курить?! Дайте сигареты!
Яша протянул ему пачку, и Бродов, закурив, сунул её в карман. Все невольно рассмеялись, вспомнив этот момент в исполнении Яши.
— Ничего смешного! — бросил Бродов уже с порога. — Я побежал!
— А разбор работы за сегодня? — удивлённо спросил кто-то.
— Разбор сделает Яша, — не без ехидства произнёс Бродов. — У него это получается даже лучше, чем у меня! Счастливо оставаться!
Все замерли. Булка застряла в горле у несчастного имитатора. Когда дверь за Бродовым закрылась, из комнаты раздался взрыв хохота.
…Чей-то кабинет в Академии наук. В кабинете человек 10–12. Среди них Бродов.
Докладчик (продолжая):
— К сожалению, дорогие коллеги, нас до сих пор великолепнейшим образом водят за нос. И это будет продолжаться до тех пор, пока Юрий Николаевич, — он повернулся к председательствующему, — не снимет всемогущую трубочку своего телефона и…
Дверь приоткрылась, заглянула секретарша:
— Юрий Николаевич, снимите трубочку.
Председательствующий снял трубку.
— Да!.. Да… Здесь… Хорошо! — Он повернулся к Бродову. — Василий Аркадьевич! Вызывают! Срочно! Совещание в министерстве!.. Машину уже выслали.
На лице Бродова страшное недовольство. Он разводит руками — ничего не поделаешь — и прощается с присутствующими.
Вот он выбегает из подъезда академии и вскакивает в ожидающую «Победу».
Шофёр поворачивается — это Метелёв. Оба хохочут.
Бродов:
— Откуда звонил?
Метелёв:
— Из автомата. — Снова хохочет.
Бродов:
— Спасибо… Фу!.. Наконец у меня свободен целый вечер! Пусти — я поведу!
— Они меняются местами. Машина трогается.
— Куда ты меня везёшь? — спрашивает Метелёв.
— На свадьбу!.. Честное слово!.. Дочь моего старого друга выходит замуж. Училась в Питере. Три года не видел. Чудная девчонка! Смотри не влюбись!..
Машина стремительно мчится по городу.
— Куда ты гонишь? — с усмешкой спрашивает Метелёв.
— Вперед! — задорно отвечает Бродов, и машина несётся ещё быстрее.
Дворец бракосочетаний. У тротуара выстроилась вереница такси.
Цветы, поздравления, шутки, весёлые возгласы. Невольно останавливаются прохожие и улыбаются шофёры такси.
Только один из них, грузный, небритый, ни на что не обращает внимания и, не выходя из машины, сосредоточенно жуёт бутерброд с курицей. В окно машины заглядывает женщина.
— Свободен? — обращается она к шофёру.
— Женат, — мрачно отвечает тот и снова вгрызается в бутерброд.
Раздаётся смех. Это смеются Метелёв и Бродов, наблюдавшие эту сцену.
— Скорей! — Бродов захлопывает дверцу машины. — Наше время семь тридцать… Опаздываем!
И они влетают во дворец.
Большая нарядная комната во дворце. Здесь тесно и шумно. Заметив поблизости белое платье невесты, Бродов облегчённо вздыхает:
— Успели!
Он подходит к девушке, трогает её за руку.
— Здравствуй!.. Здравствуй, Зинушка! Как ты изменилась! Ну, поздравляю!.. От всей души! — Он обнимает и несколько раз целует её.
— Василий Аркадьевич!
Бродов оборачивается, видит ещё одну невесту и… узнает в ней настоящую Зину. Девушка смеётся:
— Вы перепутали?.. Сейчас наша очередь, а они следующие!
Ошеломлённый Бродов смотрит на растерянную невесту, которую он все ещё не выпустил из объятий, на её жениха, подозрительно разглядывающего его, и, приложив руку к сердцу, пятится назад.
— Простите!.. Умоляю, простите!.. — Он поворачивается к Зине и виновато разводит руками:
— Вот ведь какая штука!.. Ну, здравствуй!.. — Он раскрывает объятия, но вдруг останавливается. — А ты — уже настоящая?!
Девушка смеётся. Он обнимает её.
— Знакомься! Это мой друг.
Метелёв вручает девушке букет.
— Спасибо! — говорит она. — Я позову папу.
— Не надо! — поспешно говорит Бродов, но она уже возвращается вместе с отцом.
Это профессор Воронин. Увидев Бродова, он останавливается. В это время Зину окликнули, она отошла. Мужчины стоят друг против друга. Пауза. Наконец Бродов произносит:
— Скоро будешь дедушкой… Поздравляю!
— Спасибо! — отвечает Воронин и добавляет: — Вчера я отправил в министерство официальный рапорт.
— Спасибо! — говорит Бродов.
Снова пауза.
— Поговорили? — спросила подбежавшая Зина.
— Поговорили! — ответил Бродов.
В этот момент к ним подошла маленькая полная женщина, беспощадно затянутая в талии. Это сотрудница дворца. Она по-деловому ткнула пальцем в Бродова:
— Вы — молодой?
— Увы, нет! — ответил тот.
Женщина повернулась к Зине.
— Берите своего молодого и пошли! — Она громко хлопает в ладоши. — Товарищи, построились! Молодые впереди, гости сзади!
В комнате поднимается обычная в таких случаях суматоха. Часть гостей выстраивается.
Пожилая дама (мужу):
— Миша, слышишь, зовут гостей! Пошли!..
Первый жених:
— Михаил Ильич! Куда? Вы же наши гости!
Сотрудница:
— Товарищи, не переманивайте гостей!
Жених Зины (к подвыпившему мужчине):
— Товарищ, вы наш?
Первый жених:
— Он — наш!
Подвыпивший мужчина (миролюбиво):
— Я — общий! Я уже третью свадьбу сопровождаю!
Сотрудница:
— Вперёд!
Свадебная процессия тронулась.
Огромный светлый зал, в котором толпа гостей почти затерялась. На возвышении, под портретом В. И. Ленина, стоят две молодые женщины. Перед ними смущённые и счастливые Зина и её жених.
— Каштанов Пётр Николаевич… — звучит торжественный голос. — Год рождения тысяча девятьсот сорок первый…
— Год нашего призыва… — тихо говорит Бродов Метелёву. — Помнишь?
— Да! — взволнованно отвечает жених. Очевидно, его спрашивали, любит ли он свою избранницу.
