Выживалити (ЛП) - Мейер Марисса
Сердце подскочило к самому горлу.
Re: Кастинг-видео Картер Келли
Уважаемая мисс Келли!
Мы рады пригласить вас стать участницей пятого сезона реалити-шоу «Выживалити»…
Кастинг-видео: Бек Мэтисон
ВЫЖИВАЛИТИ: ПЯТЫЙ СЕЗОН
У парня густая прядь каштановых волос, зачёсанная набок под ковбойской шляпой, губы настолько яркие, будто он только что сосал вишнёвый леденец, и ангельская улыбка. Сам он находится, судя по всему, в салуне Дикого Запада.
— Здорово! Меня зовут Бек, и я рад приветствовать вас в салуне «Свитбрайер». Известном также как… сарай для садового инвентаря моих родителей, — он подталкивает керосиновую лампу, свисающую с потолка. По деревянным стенам пляшут тени. — В прошлом году я превратил это место в свою шестую квест-комнату. И да, её тема вдохновлена Сокровищами Свитбрайера. Я просто помешан на этой теме! В тот момент, когда я услышал о призовом фонде этого сезона… — Он изображает, как взрывается его голова. — Но я вряд ли единственный, кто так себя чувствует, так что же выделяет меня из толпы? Одно слово: лазеры. В смысле, лазерная концентрация.
Он берет колоду карт и начинает ее тасовать.
— На создание этой комнаты у меня ушло пять недель. Я обошёл все блошиные рынки и магазины для рукоделия в поисках реквизита. Оленьи рога вон там я урвал на распродаже частной коллекции. Пивные бочонки и бутылки из-под алкоголя — в основном из комиссионок, — он начинает делать трюки: веером раскладывает карты по всей руке, а затем переворачивает их завораживающей волной. — Этот старый кассовый аппарат — детская игрушка, раскрашенная так, чтобы выглядеть аутентично. Даже эти карты сделаны вручную, — он раскрывает карты веером и поворачивает их к камере, демонстрируя тузы, пики, черви и трефы. — Подсказка: в картинках спрятан шифр, но вам придётся сыграть в игру, чтобы узнать, какой именно.
Он запрыгивает на барный стул:
— У меня было много увлечений. Кодинг. Механика. Турниры по пинболу. Альпаки… Долгая история. Но квесты уже много лет остаются моей главной страстью. Проходить их и создавать их. Одно дело — решать головоломки, и совсем другое — быть их автором. Я, конечно, не говорю, что мечу на место Гейм-мастера, но мне хочется верить, что я смогу достойной заявить о себе в этом состязании. Так что, Луис Август Рассел? — Он спрыгивает со стула, выхватывает пистолет из кобуры на поясе и целуется им в камеру. — Я вызываю вас на дуэль!
Пистолет издает невразумительный щелчок. Бек ухмыляется:
— Также вполне возможно, что у меня просто слишком много свободного времени. Так что… позвоните мне? Хотя я также принимаю сообщения по телеграфу и пони-экспресс.
Он смеётся над собственной шуткой, и видео заканчивается.
Заметки продюсера:
Знает тему квестов изнутри, отлично подойдёт для интервью СМИ.
Он сказал «альпаки»??
Одержимость «Свитбрайером» — у него будет отличная мотивация.
Обожаю этот наивный олений взгляд и оптимизм. Мы сожрём этого паренька живьём.
Глава 2
Бек
В мире судебной экспертизы не утихали споры о том, сколько информации можно извлечь из рисунка брызг крови. Но в случае с квестом в стиле средневековой пыточной комнаты, который Бек недавно начал оборудовать в гараже родителей, брызги крови несли в себе прямой текстовый посыл. Если «узники» будут достаточно внимательны, они заметят, что багровые пятна на бетонном полу соответствуют буквенному шифру, выведенному под настенными кандалами.
Создание квест-комнат было тем редким хобби, которое удерживало внимание Бека, потому что на самом деле объединяло в себе сотню разных увлечений. Здесь он был одновременно инженером, археологом, исследователем, математиком, художником, электриком, криптографом, историком и рассказчиком.
Здесь он был Гейм-мастером.
И, как великие Гейм-мастера до него — Луис Август Рассел, Виктор Каннингем, Джаспер Барретт, — он знал, как важно довести каждую деталь до совершенства. Это был кропотливый труд. Смешать краску так, чтобы получить правильный оттенок красного, нужную консистенцию и нужный глянец после высыхания. Нанести её так, чтобы на первый взгляд всё казалось хаотичным… но только не при внимательном осмотре.
На верстаке стоял его ноутбук: пока парень работал, на экране крутились старые выпуски «Выживалити». Он пересматривал сериал по кругу с тех самых пор, как его утвердили в качестве участника предстоящего сезона. Сейчас он вернулся к первому сезону, второму эпизоду — комнате в стиле подпольного бара времён Сухого закона, одной из его любимых.
Бек отвлёкся от кисти и поднял взгляд, когда Сиерра Анджелос на экране закипела от некомпетентности Илайджи. Трудно было сказать, кого она ненавидела больше — Илайджу или собственную сестру. Пока Сиерра толкала тираду, во рту у Бека зашипела узнаваемая смесь синего «Kool-Aid» и шипучего шербета. Любые звуки вызывали у него подобный эффект — форма синестезии, которую Бек любил считать своей тайной суперспособностью. Вкусы по большей части были случайными. Сирены отзывались вкусом золы, смешанной с перцем чили. Лай собак ощущался так, будто он жуёт палки, а если лаяли мелкие тявкающие шавки — то словно рот забился щепками. Пинбольные автоматы трансформировались в кислые конфеты и медяшки на языке, а звучание музыкальных инструментов варьировалось от крендельков и маршмеллоу до асфальта.
— Его вообще не должны были выбирать капитаном команды, — продолжала Сиерра. Выглядела она как панк — из тех девиц, что носят в берцах складной нож. Её прямые смоляно-чёрные волосы и чёрная помада контрастировали с бледной, как смерть, кожей. — Все знают, что я здесь…
— …самая умная в этой команде, — передразнил её Бек. — Да, Сиерра, мы знаем.
Ей никогда не надоедало это повторять. И, возможно, это была правда. Бек полагал, что нужно быть чертовски умной, чтобы выйти сухой из воды после убийства. Хотя все знали, что это сделала она, у полиции не хватило улик для ареста.
— Клянусь богом, — не унималась она, — если Илайджа разрушит мой шанс попасть в финал, я устрою ему настоящий ад.
Каждое произнесённое ею слово было кислым, сладким и шипучим. Даже когда она была стервозной и желчной, ему безумно нравился вкус её голоса.
Он только вернулся к краске, когда мама крикнула:
— Бек! Они приехали!
С подпрыгнувшим от волнения сердцем он бросил кисть в банку с мутной красной водой и выглянул в окно гаража. У дома стоял микроавтобус без опознавательных знаков. Из тех, что принадлежат либо похитителям людей, либо съёмочной группе реалити-шоу.
Темнокожая женщина в безупречном белом костюме стояла посреди подъездной дорожки, осматривая фасад дома Бека, пока курчавый белый парень в джинсах и сандалиях открывал заднюю дверь фургона и вытаскивал массивную камеру. Бек смыл фальшивую кровь с рук в технической раковине и направился в дом.
Родители уже стояли у входной двери, встречая гостей.
— Привет, — сказал Бек. — Спасибо, что приехали.
Острый взгляд женщины скользнул от босых ног Бека к его испачканной краской футболке. Её чёрные волосы блестели, были идеально прямыми и подстрижены в каре до плеч, а губы пылали ярко-алым.
— Я Раниэль Рассел, исполнительный продюсер «Выживалити».
Её голос отозвался на языке Бека дорогими духами. Он постарался не закашляться.
— Раниэль Рассел… — задумчиво произнёс он. — Родственница Гейм-мастера?
Её губы сжались в узкую нить.
— Луис — мой муж, — она жестом указала на курчавого парня за спиной. — Сегодня мы будем снимать. Притворитесь, что его здесь нет.
Раниэль пожала руки родителям Бека и оценила обстановку гостиной. Мебель из секонд-хенда. Картина Томаса Кинкейда в рамке. Вышитая подушка с дикими лошадьми, которую мама купила на гаражной распродаже.
