Будешь моей, новенькая! (СИ) - Сью Ники
— Кира, — доносится сзади. Ну кто еще там?! Оглядываюсь и с удивлением замечаю Вику, она подходит ко мне, сжав на плечах лямки от маленького кожаного рюкзачка. Ветер развивает ее короткие темные волосы. В этой картинке она напоминает куклу. Дорогую. Красивую. Такую, о которой мечтает любой парень, и которая знает себе цену.
— Что? — спрашиваю я, раздраженно.
— Я думаю, это из-за Ромы. Либо сам Рома сотворил. Он… не верь ему, — звучит вроде как по-доброму, но что-то в этих словах меня смущает. А может дело в самой Вике.
— Рома? Хочешь сказать, это он мне мобильник в рюкзак подкинул?
— У них подход такой, — вздыхает она, проводя языком по алым припухлым губам.
— У них? У кого у них?
— А ты глянь, — она показывает в сторону толпы. — Это Тимур изводит Таю, девчонку из параллели. Она отказала ему, и он превращает ее жизнь в ад. Шаг за шагом, вот уже на протяжении многих лет. Мстит так сказать.
— А я тут причем?
— Ну ты ведь тоже… вроде как пытаешься не играть в их игры. Я видела сегодня, как ты зарядила Безрукову пощечину.
Сглатываю. Пульс словно ставят на паузу. Значит, она видела и поцелуй. Вот же проклятье… Больше всего на свете я бы не хотела, чтобы кто-то знал про него. Потому что мне Рома не нравится, и встречаться с ним я не собираюсь. А то, что у него в голове — меня не касается. И если телефон у меня оказался реально из-за Безрукова, то я и подавно вдвойне ненавижу этого парня. И хочу, чтобы все думали также, а не строили иллюзий, будто я им тут перешла дорогу.
Вика смотрит на меня внимательно и делает ещё полшага ближе. Наверное, мне стоит послушать ее версию, хотя в идеале бы уйти и не слушать никого. Мне нужно вернуть Роме деньги, а чтобы их вернуть, надо их заработать.
— Понимаешь… — продолжает свою историю Ланская. — Рома и Тимур — они из одного теста. Им нравится, когда девочки сначала сопротивляются, а потом… ломаются. Становятся послушными. Это как игра для них. Сначала ухаживают красиво, домой подвозят, цветочки всякие дарят, проблемы решают, затем выхватывают свой победный, героический поцелуй… а потом — бац! — и ты уже должна. Должна улыбаться, должна молчать, должна благодарить. А если не понимаешь намёков — тебя просто ставят на место. По-разному ставят.
— К чему ты… ведешь? Мне не нужен Рома, я здесь, чтобы доучиться последний год.
— Он уже решил, что ты — его следующая игрушка. А когда игрушка не хочет играть по правилам… её либо ломают, либо подставляют.
— Вика, — строже и грубее говорю. Ненавижу загадки. — К чему ты ведешь?
— Мне кажется, что телефон — это начало. Он извернет все так, что ты придешь к нему сама и попросишь помощи, защиты.
Я сжимаю кулаки, прокручивая в голове слова Ланской. Мне всегда казалось, что подлых людей — их видно сразу. По повадкам, манере общения, даже грубости. А Рома… не знаю, как объяснить. Меня раздражает то, что он делает в отношении меня, но в то же время, я не испытываю какого-то давления. Страха, что если откажу еще раз, меня сломают. Наверное, поэтому то, о чем говорит Вика, тяжело укладывается в голове.
— Ладно, я просто хотела предупредить. Ты с виду мне показалась нормальной, — Вика улыбается, затем обходит и идет к черной иномарке. Там ее ждет личный водитель, полагаю. Ждет, чтобы забрать в другой мир.
— А ты? — кричу ей, она оглядывается. — Попадала в его сети?
Она задумывается, словно пытается вспомнить, затем легко отвечает.
— Мы даже не здороваемся, мне это не светит. Пока, Кира.
Вика садится в салон, и иномарка мягко трогается с места. Ланская уезжает, но ощущение, будто стоит все еще напротив меня, и смотрит. Задается вопросом, как я поступлю дальше… А я ведь и сама не знаю, как поступить…
Черт, можно мне обратно в свою школу? Я уже устала от этих игр…
Глава 14
Глава 14
После работы меня встречают ребята: Олег и Зоя. Раньше такого никогда не было, так что я удивляюсь им, но приятно удивляюсь. Зоя — высокая, худенькая, с вечно кудрявыми рыжими волосами — тянется меня обнять. Мы стоим так пару минут, словно прошла вечность с последней нашей встречи. От нее вкусно пахнет ванилью, ее мама кондитер, так что дома у них всегда есть вкусняшки. А от меня, полагаю, пахнет кофе. Этот запах въедается практически в кожу за то время, что я пребываю на работе.
— Ты исхудала, — замечает подруга. — И перестала отвечать в общем чатике.
— Простите, — каюсь я, хотя мне совсем не до чатиков. Тут с отцом бы разобраться, да с классом.
— Наши уже несколько раз обсуждали тебя, — делится Дубина. — Егорку пересадили с Васькой, а Олег поругался с Денисовым.
— Ты? С Денисовым? — присвистываю я. Бывший одноклассник нет-нет задирал нас, но мы старались не отсвечивать, так что такое даже странно. Не в стиле Олега.
— Он достал, — бурчит друг.
— Ага, достал еще как, — Зойка хватает за подбородок Олега и показывает мне его разбитую губу.
— Отвянь, — тот толкает ее и хмурится. — Шрамы украшает мужиков.
— Да уж, приукрасился. Прямо елка.
— Так ему и надо, — поддерживаю я Олега. — Пусть знает наших.
— Вот! Видишь, Кира всегда на моей стороне, — Бодров приобнимает меня и оставляет короткий поцелуй в висок. Я округляю глаза, каждый раз реагируя на эти странные нежности. Не сказать, что это неприятно, просто… Странно как-то. Лучше бы обойтись без такого, простого рукопожатия достаточно. Хватит мне одного наглеца в лице Безрукова. И вообще, у всего ведь границы есть, мои почему-то никто не соблюдает.
— За это ты жениться на ней обязан, — подшучивает Зоя. И я невольно замечаю, как на щеках Бодрова прослеживается легкий румянец. Нашел из-за чего смущаться. Глупая шутка же. С другой стороны, никто из нас никогда не был в отношениях. Наверное, поэтому мы и шутим на эту тему и смущаемся. Все нормально. Для таких как мы, по крайней мере.
— Пошли на самокаты, — предлагаю я. — А то темно и поздно. Вы удумали, конечно, встречать меня.
— Соскучились, — подмигивает Зоя, и мы выдвигаемся к ближайшей парковке каршеринговых самокатов. Они как раз через дорогу валяются. А уже там, на месте Олег открывает приложение, сканирует два ближайших — один для себя, один для меня.
— Я бы сама, — отнекиваюсь.
— Да ладно, мне не жалко. Тут фигня выходит.
Я не спорю, нет ни сил, ни настроения. Мы становимся на самокаты, и одновременно выезжаем на пустую трассу. Зоя как обычно пытается исполнять финты: балансируя на одной ноге, вторую поднимает, делая вид, что она балерина. Едет быстрее всех, мы только поспеваем за ней.
— Не отстаем, — кричит она.
Мы не выравниваемся, просто едем, позволяя сентябрьскому ветру щекотать щеки. В воздухе пахнет пылью, которая поднимается от земли, из-за шумных нас. Самокаты тихо жужжат, колёса мягко шуршат по асфальту, темные переулки остаются позади. И мне совсем не страшно, хотя обычно я возвращаюсь домой с опаской. А тут, когда рядом друзья — спокойно.
— Смотрите, я — королева скорости! — Зоя отпускает одну руку, пытаясь на скорости маневрировать.
— Посмотрим, кто кого, — догоняет её Олег, и вот они уже ровняются, на спуске это сделать особенно легко. Я же плетусь позади, экстрима во мне в разы меньше, чем в друзьях, и просто слушаю. Их голоса, смех, тихое гудение моторов — всё это как будто возвращает меня в прошлую осень, когда мы вот так же гоняли по району, а когда шел дождь, ели мороженое под козырьками подъездов. Вроде это было недавно, но я вдруг ощущаю невероятную тоску, словно прошлое навсегда остается именно там, где должно. А настоящее… в нем одиноко, грустно и страшно.
— Кир, ты чего отстаешь? — оборачивается Зоя.
— Я просто ямки объезжаю.
— Черт, ямы! Я забыл, что у нас на районе их пруд пруди, — бурчит Олег и объезжает одну из таких засад, чудом не врезавшись в фонарный столб. Зоя смеется с него, я тоже подхватываю эту волну смеха. На секунду становится почти легко. Почти как раньше. На самом деле, я скучаю по школе, друзьям и этим ощущениям. Где-то внутри стараюсь не отрицать, что жалею, о смене учебного заведения. Клянусь, если бы не отец с его вечными “гулянками”, я бы не стала переводиться. А так… у меня даже шанса не было на поступление, не с нашими учителями. А мне кровь из носу нужен диплом, иначе застряну в этой дыре и никогда не смогу вырваться.
