Друг племянника. В ловушке запрета (СИ) - Жиглата Кристина
Потому что не заметить его было просто невозможно. Он был огромным. Настоящая гора мышц, мрачный, неразговорчивый, с ног до головы покрытый пугающими замысловатыми татуировками. В своей кожаной куртке и со своим тяжелым, исподлобья, взглядом он был похож скорее на какого-то опасного бандита из криминальной хроники, нежели на обычного студента престижного вуза.
Помню, тогда, после их первой встречи во дворе, я не удержалась и сразу же засыпала Егора вопросами о его новом странном приятеле. Мне было банально страшно за племянника. Но тот лишь рассмеялся в ответ, заверив меня, что Илья - парень из очень хорошей, влиятельной семьи, и вообще он очень крутой. Дружить с ним в их компании считалось невероятно престижным. А еще Егор добавил, что на самом деле они знакомы сто лет. Просто в какой-то момент семья Ильи уехала жить за границу, и они потерялись. Полгода назад парень снова вернулся в город, они случайно пересеклись, вспомнили детство и мгновенно возобновили свою крепкую пацанскую дружбу.
Я тогда выдохнула, успокоилась и решила больше не лезть в чужие дела. Не хватало еще поучать девятнадцатилетнего парня, с кем ему общаться, а с кем нет. В конце концов, если они знакомы с детства и Егору искренне интересно с этим человеком, то почему бы и нет?
Сама я, хоть убей, не помнила ни этого Илью, ни его высокопоставленную семью. Хотя Егор уверял, что когда-то, давным-давно, они жили в доме прямо напротив многоэтажки моей старшей сестры Аси. В те времена я была там частым, почти ежедневным гостем. Но это было в какой-то другой, прошлой жизни. Очень давно. Когда Егору было всего лет шесть или семь, а его отец был еще жив.
После внезапной смерти мужа Ася так и не смогла оправиться. Она просто не вынесла этого одиночества в их огромной квартире, где каждая вещь напоминала о любимом человеке. Сестра забрала маленького сына и вернулась жить к родителям. Но стены родного дома её не спасли. Спустя всего несколько месяцев не стало и самой Аси… Её нашли прямо под окнами подъезда, на холодном, сыром асфальте.
До сих пор, спустя столько лет, у меня в голове не укладывается этот кошмар. Сердце разрывается от боли и непонимания. Ну как? Как она могла оставить своего маленького, ни в чем не повинного сына и решиться на такой страшный, эгоистичный и ужасный поступок?! Ей было всего двадцать восемь лет. Вся жизнь впереди.
Когда Аси не стало, наша семья начала рушиться как карточный домик. Первым не выдержало сердце мамы - она сгорела от горя буквально за год. А вслед за ней этот мир оставил и папа, просто устав бороться с пустотой внутри. Все эти похороны, гробы, слезы и черные платки произошли со мной за какие-то несчастные пять лет. Мой личный ад на земле.
В итоге мы с Егором остались абсолютно одни во всей вселенной. И я пообещала себе, глядя в его испуганные детские глаза, что никогда в жизни его не брошу. Чего бы мне это ни стоило. Я пахала на трех работах, зубами вырывала каждую копейку, лишь бы у него всё было. Все эти годы я была для него примерной, безупречной тетей. Той самой святой женщиной, которую он безмерно уважал, ценил и слушал беспрекословно.
До сегодняшнего дня. До этой самой проклятой секунды.
Боже мой, меня же сейчас просто стошнит от паники! Я прекрасно знала, какой дикий, неописуемый шок испытает Егор, если узнает, что его «примерная» тетя только что вытворяла в темноте с его лучшим другом. Как она стонала под его руками, как выгибалась навстречу его паху, как умоляла о большем!
«Господи, ну почему, почему я была такой дурой?! Почему я сразу не обернулась? Почему не включила свет, прежде чем позволять чужому мужчине бесцеремонно залезать ко мне под блузку и лапать мое декольте?!» - мысленно кричала я, готовая рвать на себе волосы от стыда. Судорожно, трясущимися пальцами я пыталась незаметно поправить съехавший лифчик и натянуть ворот блузки повыше.
Егор тем временем уже спустился. Он залетел в темную гостиную словно буйный вихрь, на ходу натягивая на себя объемную черную толстовку и отчаянно чертыхаясь.
А я… я просто замерла в углу, как пойманный на месте преступления вор. Сердце колотилось в самые уши, а к горлу подкатывал липкий, удушающий страх. С широко раскрытыми от ужаса глазами я смотрела на Илью.
В отличие от меня, этот огромный татуированный гад выглядел абсолютно, пугающе невозмутимым и спокойным. Будто это не он минуту назад доводил меня до оргазменного состояния на этом самом диване. Свет с лестницы слабо падал на его лицо, и на нем не дрогнул ни один мускул. Илья продолжал стоять ровно за спинкой дивана, намертво вцепившись в нее своими огромными, сильными ладонями. Он сжимал кожаную обивку так сильно, до побеления костяшек, что мне показалось - прочный каркас мебели сейчас треснет под его напором.
И пожалуй, этот бешеный, мертвый захват пальцев был единственным, что выдавало его внутреннее состояние. Но что именно он чувствовал в этот момент? Что скрывалось за этим каменным лицом? Недовольство от того, что его прервали на самом интересном месте? Злость? Дикое раздражение? Или презрение ко мне, тридцатипятилетней дуре, которая так легко растаяла под пальцами мальчишки?
- Блин, Иллюх, ты не поверишь, какая лажа! - Егор наконец-то просунул голову в горловину толстовки и резко включил свет в гостиной.
Яркая вспышка люстры больно ударила по глазам, заставив меня зажмуриться, а реальность - окончательно и бесповоротно рухнуть мне на голову.
- Всё, с Лизкой мы больше не тусуем, нахрена нам такие траблы! - продолжал на ходу тараторить племянник, абсолютно не замечая той звенящей, взрывоопасной атмосферы, что царила в комнате. - Не умеет пить, какого хрена тогда ввязывается…
Егор наконец-то замолчал, застегивая замок на куртке, и поднял глаза. Его взгляд сначала упал на меня, сиротливо жмущуюся у стены со слегка растрепанным пучком, а затем перевёлся на Илью, который всё так же неподвижно стоял у дивана.
- О, тетя Исла, а ты уже вернулась? - удивленно моргнул племянник, переводя взгляд с меня на своего друга и обратно.
Глава 3.
Глава 3.
Егор виновато округлил глаза. При мне он никогда не ругался, тщательно фильтруя свою речь. Для меня он всегда старался быть хорошим, воспитанным и правильным мальчиком. Но я ведь не дура. Я прекрасно понимала, что он уже взрослый парень, и в кругу своих друзей он далеко не спокойный и не тихий отличник. Как и все парни в девятнадцать лет, он матерится, пьет алкоголь, дерется, влипает в дурацкие передряги и вечно ищет приключения на свою задницу. Но я любила его любого. Со всеми его косяками и юношеским максимализмом. И он любил меня больше всех на свете, считая самым близким человеком.
И именно поэтому мне сейчас хотелось провалиться сквозь землю. Больше всего на свете я боялась потерять его доверие и любовь. Потерять из-за той дикой, безумной, непростительной ошибки, которая только что произошла на этом самом диване по моей собственной вине.
- Кхм… - Егор неловко прочистил горло и нервно покосился на Илью.
В его взгляде читался немой упрёк другу. Племянник явно злился на него за то, что тот вовремя не дал ему знать о моем появлении и не предупредил. Ведь Егор понимал, что я могла услышать весь его нецензурный бред про пьяную Лизку. Но, боже, если бы он только знал, насколько мне сейчас было плевать на его маты! У самой внутри всё ходуном ходило от парализующего страха, жгучего стыда и глубочайшего шока. Сердце колотилось в ребра так сильно, что, казалось, оно сейчас сломает мне грудную клетку.
- Не знал, что ты уже вернулась… Неужели уже пора? - Егор растерянно вскинул руку и посмотрел на наручные часы.
- Почти полпервого ночи… Видимо, это ты немного загулялся, - ответила я, едва подавляя сильную дрожь в голосе.
Я отчаянно пыталась звучать естественно, как обычная строгая тетя, но связки меня почти не слушались. Я изо всех сил старалась смотреть исключительно на племянника, упорно игнорируя Илью. Но физически чувствовала, как этот огромный татуированный хищник продолжает буравить меня взглядом, не отводя глаз ни на секунду.
