Корпорация «Автократия». Диктаторы, которые хотят править миром - Эпплбаум Энн
Уже сама инаугурация Трампа, в соответствии с новой атмосферой, нарочито демонстрировала клептократические ценности его администрации. Самыми видными гостями были руководители американских технологических компаний, но и несколько иностранных бизнес-партнёров Trump Organization также присутствовали на инаугурационных мероприятиях, позировали с Трампом для фото и указывали на связи с президентом в своих рекламных материалах [8]. Несколько менее известных компаний, на тот момент — участники переговоров с правительством США по вопросам регулирования и прочим, тоже без лишнего шума пожертвовали на инаугурацию Трампа сотни тысяч [9]. Вскоре после этого в ходе ночной чистки Трамп уволил семнадцать генеральных инспекторов, то есть всех людей, отвечающих за пресечение коррупции и этических нарушений в правительстве [10].
Да, богатые люди всегда играли чрезмерно большую роль в американской политике (как и почти везде). Но с начала второго срока Трампа одному богатому человеку была отведена роль, беспрецедентная в американской истории. Илон Маск, не имея никаких полномочий, кроме личного благословения президента, получил огромное влияние на те самые правительственные учреждения, которые долгое время субсидировали и регулировали деятельность его компаний. Под его руководством так называемый Департамент эффективности правительства (DOGE) сократил рабочие места в Национальном управлении безопасности дорожного движения — это федеральное агентство контролирует безопасность автомобилей и расследования аварий, в том числе и связанных с Tesla, компанией Маска [11]. Он провёл массовые увольнения и в других регулирующих органах, начавших более тридцати расследований в отношении его компаний, включая SpaceX, Tesla и Neuralink [12]. Крупные правительственные агентства, в частности Администрация общих служб и Федеральное авиационное управление, стали использовать Starlink, продукт SpaceX, или рассматривать такую возможность [13], а Государственный департамент планировал закупить [14] бронированные машины Tesla.
Федеральная политика тоже сделала неожиданный разворот в пользу непрозрачной деловой практики и против простых американцев. Министерство финансов объявило [15], что больше не будет наказывать американские компании и частных лиц, не раскрывших информацию о собственности по закону о прозрачности корпораций, — и тем самым усложнило борьбу с отмыванием денег. Трамп приказал полностью остановить работу [16] Бюро по защите прав потребителей финансовых услуг, которое было создано, чтобы ограждать людей от манипуляций со стороны банков и других финансовых учреждений. Кроме того, он уволил высших должностных лиц [17], отвечающих за соблюдение этики, защиту информаторов и трудовые права, включая руководителей Управления по этике при Правительстве США, Офиса специального прокурора и Совета по защите системы заслуг.
Внешнюю политику США стало определять ядовитое сочетание транзакционализма и империализма — способом, тоже не имеющим аналогов в современной истории. Во время переговоров с президентом Украины Владимиром Зеленским представители Трампа передали команде Зеленского меморандум о взаимопонимании, в котором Украине предлагалось на неопределённый срок уступить Америке половину доходов от добычи своих полезных ископаемых [18]. При этом в переговорах Трампа с Россией с самого начала преобладало не желание установить справедливый и прочный мир в Украине, а стремление помочь американскому бизнесу и, возможно, бизнесу президентской семьи получить прибыль от снятия санкций с России. Хаотические таможенные пошлины дали Трампу возможность заключать индивидуальные сделки с другими странами, а также с американским и иностранным бизнесом — это обеспечило ему беспрецедентную власть.
Внутренняя политика Трампа отражает ту же новую установку: отказ от верховенства закона, от институтов, созданных Конгрессом, и сосредоточение власти в собственных руках. Под фальшивым предлогом экономии средств Департамент эффективности правительства Маска инициировал массовые увольнения и сокращения программ, даже не попытавшись провести аудит или хотя бы понять назначение многих из пострадавших институтов. В их числе оказались зарубежные американские вещательные компании [19], включая «Голос Америки», «Радио Свободная Европа/Радио Свобода», «Радио Свободная Азия» и другие СМИ, которые десятилетиями занимались независимой журналистикой в тех частях света, где её нет. Маск сократил финансирование организаций, выступающих за демократию и избирательные права. Он уничтожил Агентство США по международному развитию (USAID) — эта благотворительная организация через свои гуманитарные программы обеспечивала едой и лекарствами беднейших людей на планете. Все эти программы долгое время служили противовесом российским, китайским, иранским и другим кампаниям влияния, с которыми администрация Трампа, очевидно, больше не заинтересована бороться.
Маск заявил, что сократил эти программы, потому что хотел сэкономить. Но учитывая, что на них идёт ничтожная доля бюджета США, такое объяснение нельзя счесть удовлетворительным. Зато их уничтожение, наряду с ущербом, нанесённым внутренним департаментам и агентствам, контролирующим образование, научные исследования, здравоохранение и социальное обеспечение, выглядит целенаправленной попыткой повлиять на поведение и ценности государственных служащих. С конца XIX века федеральных служащих в Америке учили уважать верховенство закона, почитать конституцию, сохранять политический нейтралитет и поддерживать законные политические изменения, от какой бы администрации — республиканской или демократической — они ни исходили. Они должны были оценивать объективную реальность (например, свидетельства загрязнения окружающей среды) и реагировать соответственно. Беспристрастность как ценность этой системы давно уже признали все — от агентов ФБР, голосующих за республиканцев, до сотрудников природоохранных организаций, голосующих за демократов.
В первые же недели после инаугурации кабинет Трампа начал готовить план по замене этих государственных служащих лоялистами, отобранными не в соответствии с заслугами, а в соответствии с верностью идеологии. Уже в первые недели работы администрации как минимум двум кандидатам на высокие должности в ФБР было велено заявить, кто, по их мнению, проявил себя как «настоящий патриот» 6 января 2021 года {1}. Другими словами, их попросили не просто продемонстрировать свою преданность Трампу, но и повторить откровенную ложь, нарушив старый этический принцип, который требовал от госслужащих принимать решения на основе фактов, а не мифов или вымыслов.
Эти перемены повлекли за собой скорые и тяжёлые последствия. Внезапно — и не случайно — люди, работавшие на американское федеральное правительство, испытали то же, что люди, оказавшиеся под оккупацией. В марте 2025 года я получила письмо от женщины, которая большую часть своей карьеры проработала правительственным учёным в крупных университетах. Она прочитала мою статью об опыте жизни в условиях смены режима, и в ней это отозвалось. По её словам, ей тоже «скоро придётся встать перед выбором: дать себя уволить, уйти в отставку или считаться соучастницей нынешнего режима». Прежде американцам не приходилось делать такой выбор. Но жителям автократического мира, описанного в этой книге, он хорошо знаком.
