Песнь Холмов (СИ) - Леонтович Елена "Mrs Adams"
Белла не искала приключений — наоборот, они её утомляли. Она мечтала о спокойствии, о тихих днях, полном расписании уроков и уютных вечерах с книгами. Но напряжение нарастало с каждым днём. И потому она снова — как в прошлом году — стала прятаться на старой крепостной стене Хогвартса, среди бойниц и тёплого камня, подальше от чужих взглядов. Там она укутывалась в плащ, читала, наблюдала и пыталась разобраться в собственных ощущениях.
Школьная обстановка изменилась. Даже самые младшие чувствовали, пусть и не понимали, что именно происходит. Ученики стали чаще ссориться из-за пустяков, группироваться по факультетам, сторониться незнакомых. Магия в коридорах ощущалась колючей, словно воздух пронизали тончайшие иглы. Иногда гобелены вздрагивали без ветра, а тени в углах казались чуть темнее, чем следовало бы.
Тем отраднее для Беллы было наблюдать за переменами в Драко Малфое — их с наставницей недавнем подопечном. Он заметно окреп и телом, и духом. Его магическое ядро больше не напоминало выжженное поле. Теперь оно было ярким, плотным, словно отшлифованным. Белла чувствовала в нём высокородную силу сидхе — демоническое наследие полностью исчезло. Безумие Блэков, некогда грозящее разорвать его волю, больше не тянуло его в бездну.
Поведение Драко тоже изменилось. Он стал сдержанным, уравновешенным. Больше не провоцировал гриффиндорцев, не высматривал, за кого бы зацепиться. Его начали уважать в Слизерине — не как лидера, а как фигуру, к мнению которой прислушиваются. Круг общения тоже изменился: вместо Крэбба и Гойла рядом с ним теперь были Тео Нотт и Блейз Забини. Вместе они составляли странно гармоничную троицу. И, что удивительно, все трое с самого начала учебного года прекрасно ладили с Беллой.
Уже в сентябре Драко подошёл к ней, в своём новом, спокойном облике, и негромко, но отчётливо сказал:
— Если когда-нибудь понадобится помощь — моя или моих друзей — просто скажи. Мы рядом.
С тех пор он держал слово. Не вмешивался, не навязывался, но был рядом — как защита и как напоминание: она не одна.
Октябрь приносил с собой сырость, туманы и нарастающее напряжение. Белла точно знала — на Самайн, в ночь Хэллоуина, случится что-то важное. Предчувствие жгло её изнутри, не давая покоя.
Но всё же она надеялась, что хотя бы сегодняшний ритуал Самайна состоится — пусть и не школьный, а только факультетский, внутри Хаффлпаффа. Утром они с Гермионой Грейнджер договорились, что после ужина та пойдёт сразу в их гостиную и останется на ночь. Профессор Спраут дала своё разрешение, чему обе девочки были искренне рады.
После обеда уроков не было, и Белла, прихватив из кухни щедрую корзину угощений — тыквенный пирог, ореховые лепёшки, ароматный сидр и печёные яблоки с мёдом, — отправилась в своё убежище на стене. Там, устроившись между бойницами, она достала из сумки книгу по целительской магии, найденную в дальнем крыле библиотеки, и с головой погрузилась в чтение.
Время летело незаметно. Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая башни замка в тёплые охристые тона, когда она вдруг вздрогнула — к ней приближались шаги. Тихие, но уверенные. Кто-то шёл прямо сюда.
В этом месте почти никто не бывал.
Белла прижала книгу к груди, замерла и подняла взгляд — сердце застучало быстрее.
Из-за поворота, ступая мягко, словно тень, вышел Блейз Забини. Его лицо озаряла спокойная, чуть ироничная улыбка — та самая, которая всегда уравновешивала тревогу окружающих.
— Вот вы где, мисс Поттер, — сказал он негромко. — А мы вас уже обыскались. Драко назвал возможные места, где вы могли бы прятаться. Я пришёл проводить вас в гостиную — в замке сейчас небезопасно.
У Беллы сжалось сердце. Грудь обожгла резкая волна тревоги.
— Опять тролль?.. Или другое чудовище? — выдохнула она. — Гермиона не пострадала?
Блейз тяжело вздохнул, покачал головой:
— Нет, никто из людей не пострадал. Но… кошку Филча кто-то парализовал и подвесил на канделябр перед дамским туалетом на втором этаже. Над ней была надпись: «Тайная комната снова открыта. Трепещите, враги наследника».
Он говорил спокойно, но в голосе слышалось что-то стальное, напряжённое. Белла ощутила, как по спине пробежал холодок.
— Подозревают Уизли и Лонгботтома, — добавил он будто между делом.
Девочка вскинула на него внимательный взгляд.
— Но вы, мистер Забини, в это не верите, — тихо и уверенно сказала она.
Тонкая бровь мальчика чуть приподнялась.
— Нет, — ответил он после короткой паузы. — Не думаю, что кто-то из них мог бы оставить такую надпись. Особенно с этим… тоном.
Он взглянул в сторону коридора, словно прислушиваясь к вибрациям магии в стенах.
— Писавший знал древние формулы. Это не просто глупая шутка. Но и настоящий наследник Слизерина так бы себя не повёл, — добавил он с холодной усмешкой.
Белла нахмурилась. Мистер Гонт придёт в ярость, когда узнает. Кто-то посмел назвать себя наследником Салазара: как минимум, это было дерзко, как максимум — смертельно опасно.
— Вы что-то знаете об этом? — спросила она, чуть наклонив голову, взглядом пронизывая собеседника.
Блейз усмехнулся уголком губ:
— Кто это сделал — не знаю. Но одно могу сказать точно: настоящий наследник тут ни при чём. А вот гриффиндорскую импульсивность исключать не стоит.
Белла невольно усмехнулась. «А мальчик-то проницательный», — с удовольствием отметила она про себя.
Дети шли по замку медленно, стараясь не нарушать тишину, словно само здание прислушивалось к их шагам. Полы были прохладными, стены дышали стариной, а факелы отбрасывали дрожащие тени на вытертые гобелены. В воздухе витал запах воска, сырой каменной кладки и слабый металлический привкус магии.
Белла и Блейз разговаривали вполголоса, стараясь не поддаваться тревоге.
— Если никто не пострадал, почему вы так беспокоились и искали меня? — тихо спросила Белла, глядя на спутника.
Блейз скосил на неё взгляд, лицо его было спокойным, но в голосе прозвучала жёсткость:
— Потому, мисс Поттер, что кое-кто очень постарался сделать вас виновной.
Белла удивлённо приподняла брови, на мгновение остановившись.
— И кто же это? — спросила она, вглядываясь в его лицо, пытаясь угадать ответ.
— Мисс Уизли с Гриффиндора, — ответил Блейз с лёгкой усмешкой. — Пришла позже всех и с порога заявила, что вас не было на ужине. А значит, вы подозреваетесь в нападении.
Белла сбилась с шага.
— Но меня никогда не бывает на ужине, если хорошая погода... — растерянно сказала она. — Это ведь знают почти все!
— Вот именно, — кивнул Блейз. — И этим сегодня воспользовались. Обвинение выглядело логично — слишком логично. На ваше счастье, вы ученица Хаффлпаффа. Профессор Спраут сразу же вмешалась и задала мисс Уизли несколько весьма неудобных вопросов. И чем дальше заходил разговор, тем очевиднее становилось: юная леди что-то скрывает. Но тут как по команде вмешалась профессор МакГонагалл — и на этом допрос закончился. Правды мы так и не услышали.
Они свернули в широкий проход, ведущий к центральному холлу. Массивные каменные колонны поддерживали готические своды, в арках поблёскивали витражи, сквозь которые пробивался мягкий свет закатных чар. В этом холле расходились пути к разным факультетским гостиным: налево — спуск к Слизерину, направо — поворот к кухне и вход в уютную округлую дверь Хаффлпаффа.
— Слава Мерлину! — послышался тревожный голос.
Из полутени вынырнул Драко Малфой. Он быстро подошёл к Белле, напряжение явственно читалось в его лице. Плечи были чуть приподняты, пальцы сжаты.
— Белла, ты в порядке?
— Со мной всё хорошо, Драко, — заверила она спокойно, но с благодарностью коснулась его руки.
— Она была на крепостной стене, в том месте, что ты упомянул, — подтвердил Блейз, обмениваясь с другом понимающим взглядом.
Оба мальчика молча встали по бокам от Беллы, сопровождая её ко входу в гостиную Хаффлпаффа. Этот молчаливый, почти ритуальный жест дал ей понять: теперь она под защитой.
