Друг племянника. В ловушке запрета (СИ) - Жиглата Кристина
- Я даю вам ровно один день на размышления… - тихо, с затаенной угрозой цедит он мне в лицо. - И ещё кое-что. Если Илья узнает хоть одну деталь о нашем сегодняшнем разговоре, я лично позабочусь о том, чтобы вот эти замечательные кадры…
Он свободной рукой неторопливо достает из кармана пиджака свой мобильный телефон, одним движением разблокирует экран и демонстративно разворачивает дисплей ко мне. Я опускаю взгляд… и мое сердце просто перестает биться. На экране светится четкий, качественный снимок. На нем мы с Ильёй в его машине, жадно целуемся. Фото было сделано днем, в тот момент, когда в один из обеденных перерывов мы с Ильей покинули территорию ресторана, укрывшись в укромном уголке. Это был наш второй или третий день вместе… Наш сладкий, порочный секрет.
- Чтобы эти занимательные фото в ту же секунду получил ваш дорогой племянник. Мгновенно! - добивает он меня, хищно прищурившись. - Я слишком хорошо знаю, Исла, что вы тщательно и в полной панике скрываете от него свою порочную связь с его лучшим другом. Представляю, как сильно Егор обрадуется такому сюрпризу.
У меня внутри всё окончательно леденеет и рушится в бездну. Шантаж. Мерзкий, грязный шантаж. Я резко, изо всех сил вырываю свою руку из его жесткого захвата, с силой толкаю дверь и буквально вылетаю из душного салона машины на прохладный уличный воздух.
Но я не убегаю испуганно. Гордость и злость заставляют меня обернуться. Я опираюсь руками на открытую дверь внедорожника и с дикой ненавистью смотрю на этого холеного ублюдка.
- Да пошел ты! - выплевываю я ему прямо в лицо.
В этот момент я искренне, всем сердцем не верила в то, что этот напыщенный мужчина действительно сможет как-то разрушить то, что вспыхнуло между нами. Он не властен над нашими чувствами.
- Видимо, ты действительно был самым паршивым, самым эгоистичным отцом во вселенной для Ильи, раз ты вообще, ни черта не знаешь своего собственного сына, - говорю я, переходя на презрительное «ты». - Даже если я сейчас смалодушничаю, испугаюсь твоих угроз и попытаюсь бросить его, он всё равно никогда не оставит меня в покое! Потому что он меня по-настоящему любит! И потому что он чертовски, намертво упрям. Если ты так сильно хочешь причинить очередную боль собственному сыну - что ж, давай, попробуй нас разлучить. Но я абсолютно уверена, что никакие мои фальшивые слова о разрыве его не остановят, не сломают и не изменят его окончательного мнения обо мне. Я не скажу Илье о нашей сегодняшней встрече, но сделаю я это только для того, чтобы не причинять ему лишнюю боль… Ведь еще каких-то пару часов назад я дура, упрямо убеждала его в том, что вы - хороший отец, который просто по-своему заботится о нем. Но сейчас… сейчас я слишком ясно вижу, что он не зря всю свою жизнь относился к вам так отстраненно, холодно и ненавидел твой контроль, - добавляю я с глухим торжеством и с грохотом, со всей силы захлопываю тяжелую дверь джипа, отрезая себя от его ледяного взгляда.
Глава 44.
Глава 44.
Экран мобильного коротко вспыхивает, прерывая мое оцепенение. Илья пишет мне сообщение, что немного задержится в офисе своей фирмы, чтобы окончательно решить кое-какие важные рабочие вопросы перед нашей долгожданной поездкой на море. А еще он с присущей ему наглой нежностью дописал, что сегодня ночью обязательно и с лихвой реабилитируется передо мной за эту вынужденную задержку. От его слов по коже пробегают привычные мурашки, но сейчас они не приносят былой радости.
Я возвращаюсь в его шикарную квартиру в центре города спустя всего полчаса после той жуткой встречи с его отцом на дорожке у моего дома. Внутри меня всё буквально кипит, горит синим пламенем, сердце бешено болит от обиды и страха, а в голове царит самый настоящий, неуправляемый хаос.
Что, черт возьми, мне делать дальше? Как поступить?
Действительно ли этот жестокий, холеный мужчина прямо сейчас отправит те фотографии Егору, если я нарушу его ультиматум и честно расскажу Илье о нашем разговоре?
Нет, конечно, за последние дни я уже очень часто думала о наших отношениях с Ильёй. Я твердо осознала, что люблю его, безумно хочу быть с ним и категорически не хочу всё это заканчивать. А это значит, что рано или порно нашу связь всё равно придется полностью раскрыть - не только перед осуждающим обществом, но и перед моим племянником. Это неизбежно. Но я планировала сделать это гораздо позже! Когда наша связь сильнее укрепится, когда мы станем единым целым и наши отношения пройдут хоть какое-то минимальное испытание временем, ну хотя бы пару месяцев. К тому же я свято хотела рассказать Егору всё сама, лично, глядя ему в глаза. Хотела выбрать правильный момент, подготовить его, а не чтобы вся эта грязная правда вывалилась на него вот так, через левого, стороннего человека.
И именно поэтому меня сейчас безжалостно грызли сомнения, разрывая душу на части. Я не хотела ничего скрывать от Ильи, у нас не должно быть секретов, тем более когда речь идет о такой важной и опасной информации - его собственный отец пошел против нас войной. Но в то же время я смертельно не хотела рисковать нашими доверительными отношениями с Егором. Я обязана была видеть его глаза, когда буду говорить ему эту шокирующую правду, чтобы лично понять, насколько сильно для него это станет ударом и готов ли он вообще когда-нибудь принять мой выбор.
Я думала об этом битый час, меряя шагами просторную гостиную Ильи, но так и не пришла ни к какому логичному решению. Голова раскалывалась. По идее, я должна была прямо сейчас всё рассказать Илье, как только он переступит порог. Я ведь люблю его и хочу быть вместе. Но этот его отец… Я ведь действительно совершенно не знаю этого человека, как и говорил Илья. Я не знаю, на что он способен ради достижения своих целей и кто он такой на самом деле. Что у него в голове?
Что, если для начала, прежде чем предпринимать какие-то резкие шаги и устраивать скандал, осторожно, издалека расспросить об отце у самого Ильи? Узнать, насколько опасны его угрозы. Это было единственное более-менее разумное решение, к которому я в итоге пришла, решив больше не мучить себя и не изводить паранойей.
Так в удушающем ожидании прошел еще один час. Я уже на автомате ждала возвращения Ильи домой, вздрагивая от каждого шороха в коридоре, но он пока не возвращался. А затем мой телефон на журнальном столике снова резко зазвонил. На экране высветился незнакомый, скрытый номер. Внутри всё сжалось от дурного предчувствия, и я мгновенно приняла вызов, поднеся трубку к уху.
- Да… Слушаю.
- Здравствуйте, Исла. Еще раз, - услышала я на том конце провода низкий, властный голос отца Ильи. Этот баритон с его примечательной, сухой хрипотцой я теперь безошибочно запомнила на всю оставшуюся жизнь.
- Что вам еще от меня нужно? - резко, ледяным тоном спросила я.
Я физически чувствовала, как мое сердце пускается в бешеный, рваный галоп, а к горлу подкатывает паника от одной только мысли о том, откуда этот всесильный человек мог так легко достать мой личный номер мобильного.
- Я прекрасно понимаю, Исла, что наша первая встреча сегодня в машине была, мягко говоря, крайне неприятной и грубой… И я искренне хочу извиниться перед вами за свой тон и напор, - вдруг спокойным, ровным голосом говорит он.
Эти слова бьют меня наотмашь, заставляя меня впасть в самый настоящий ступор. Я стою посреди комнаты с открытым рот, шокированная этой переменой.
- Дело в том, что Илья сегодня буквально час назад сам позвонил мне. Он пообещал лично приехать ко мне в офис, познакомиться с моей женщиной и нормально поговорить… И он прямо сказал мне, что делает этот шаг навстречу только благодаря вам. Благодаря вашему настойчивому совету. Я хочу выразить вам свою глубокую, искреннюю благодарность за это, Исла. Теперь я отчетливо вижу, что сильно ошибся в вас изначально. Вы положительно, благотворно влияете на моего сына. И поэтому… поэтому я полностью пересмотрел свое решение насчет ваших отношений. Я больше не против, - вдруг говорит он, и у меня окончательно теряется дар речи.
